Ведьминские сладости (СИ) - Маркова Анастасия

Ознакомительный фрагмент

— Ой нет, только не это! — с девичьего лица схлынула кровь. — Я не хочу его убивать. Пусть живет и любит меня до беспамятства.

«Да он сам помрет от удара, едва придет в себя после страстной ночи и глянет на твою убийственную красоту».

— «Эликсир забвения»? — продолжила представление, но в следующий миг поняла, что пора его заканчивать, если не хочу лишиться клиента и возможности отыграться на Бейкере. — Ладно, положись на меня. Я обязательно что-нибудь придумаю. По старой дружбе. Приходи завтра. Желательно до открытия. Только я должна предупредить тебя, что с первого раза может ничего не получиться. Лэр Бейкер очень силен. Его магию будет непросто сломить, — я лгала и не краснела.

Но и не предупредить не могла. Иначе как потом объяснять неэффективность зелья?

Появившаяся на миг улыбка вновь сползла с круглого лица Рубинс.

«Нет, ну вы поглядите на нее! — возмутилась я про себя. — Хочет, ничего не делая, жизнь устроить! Еще и заплатит за мои труды, как за стакан семечек. Хотя я и сама больше двух серебряников с нее не возьму, иначе этот слон точно потом заглянет ко мне в лавку и все тут перебьет».

— Это, конечно, усложняет задачу, но лучше, чем ничего.

Катрин собиралась добавить что-то еще, но внезапно зазвонивший колокольчик на входной двери заставил ее промолчать.

Я взглянула на посетителя и почувствовала, как под ногами качнулся пол. Или это никогда ранее не подводившие меня колени превратились в желе?

«Помяни зло, вот и оно!» — подумала я, ошарашенно глядя на Бейкера. За прошедшие несколько месяцев он ни капли не изменился: все те же коротко подстриженные темно-каштановые волосы, широкие брови, гладкий лоб, высокие скулы, стального цвета глаза, квадратный подбородок, прямой нос. Я до сих пор помнила, как раздувались его ноздри, когда Бейкер сердился.

Услужливая память весьма кстати напомнила мне о случае, который хотелось позабыть. Благодаря воспоминаниям страх вмиг исчез, и все внутри заклокотало от гнева. Я с такой силой стиснула стойку, что побелели пальцы. Собрав всю свою выдержку, гордо вскинула голову и приготовилась к первому раунду боя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Линар Бейкер

Я вышел из здания управления и сделал глубокий вдох. Приятные нотки ванили тут же коснулись моего носа, следом заурчал желудок, с укором напоминая о пропущенном обеде. Глаза сами собой устремились в другой конец площади — именно оттуда доносился восхитительный аромат свежей выпечки.

Сбиваться с маршрута, конечной точкой которого был двухэтажный дом, выделенный мне империей на период пребывания в Шеффилде, в мои планы не входило. Но горячий ужин сегодня меня не ждал. Приготовить его тоже было некому. Наверное, именно поэтому я не удержался и заглянул в лавку «Сладости для радости».

Запах корицы и сладкого теста внутри был и вовсе головокружительным. Он будоражил аппетит, подначивал меня устроиться за одним из столиков, застеленных белоснежными скатертями, и утолить голод.

К этому располагало и отсутствие посетителей. Вернее, одна горе-клиентка здесь все же имелась. Но после навязчивого внимания, что меня удостоил едва ли не весь приунылый розарий Шеффилда, с девицей, спина которой была шире моего шкафа в общежитии, я точно справлюсь. И занялся рассматриванием витрин.

Вся выпечка хранилась под сверкающими хрустальными крышками. Ее разнообразие поражало даже такого искушенного столичными изысками гурмана, как я. Эта маленькая неожиданность приятно порадовала меня.

— Добрый вечер, — проговорил я, отрываясь от разглядывания лакомств и переключая все внимание на булочницу.

Остальные слова застряли в горле. Меня начал душить хохот. Ведьма в кондитерской лавке?! Анекдот какой-то! Друзья со смеху попадают, когда я расскажу им, какое чудо повстречал в этом захолустье.

«А если серьезно, что она здесь делает? Подменяет кого-то? Или это заведение лишь прикрытие для ее черных дел? И почему она злится, глядя на меня? Может, мы знакомы?» — пронесся в голове рой тревожных мыслей.

Я решил тщательнее присмотреться к стоявшей за прилавком миниатюрной девушке. Ее рыжие волосы волнами спадали на спину из-под глубоко надвинутой на лоб остроконечной черной шляпы. Но широким полям было не под силу скрыть недобро прищуренные зеленые глаза, изогнутые дугой брови и сжатые в полоску губы. В ушах поблескивали тяжелые серебряные серьги, на запястье — браслет. Других украшений я на девушке не обнаружил, хотя подобные ей создания ужасно любили всякие побрякушки. Тяга к золоту нередко подводила их и помогала нам, магам, в поимке преступивших закон ведьм.

Как ни странно, булочница очень походила на адептку с факультета зельеваров. Ужасно норовистую и строптивую, тем не менее довольно одаренную. Но как такое возможно? Нет, это не она! Скорее всего, просто похожая девушка или в крайнем случае ее сестра. Однако всплеск эмоций заставил меня проронить:

— Этель?

— Что желаете, лэр Бейкер? — мгновенно отозвалась булочница. — Позвольте предложить вам лимонные булочки с изюмом. Только из печи достала. Или вы с проверкой сюда нагрянули?

Посетительница у торговой стойки вздрогнула, то ли на звук моего голоса, то ли на обращение ведьмочки, и медленно повернулась. Но мне сейчас было не до нее.

— Вот так встреча! — ошеломленно протянул я, пропуская мимо ушей череду вопросов и не придавая значения ее недружелюбному тону.

Лично мы не были представлены друг другу. Но когда ты учишься в столь элитном заведении, как Имперская академия, да еще изо дня в день сталкиваешься в коридоре с такими яркими личностями, как Этель Грэхем, подобного не требуется. Достаточно указать на человека, спросить у прихвостней, кто это, и тебе вмиг доложат не только имя, но и всю его подноготную. Однако Этель была непростой ведьмой. У нее имелось несколько секретов. И раскрыть их не удалось даже мне.

Правда, выглядела она теперь немного иначе. Менее официально, чем в академии, и… дьявольски привлекательно. Временное назначение, изначально казавшееся мне ссылкой, обещало стать не таким уж скучным.

— Не думал, что увижу в этой дыре кого-нибудь из знакомых. Рад тебя видеть.

— Не могу сказать о себе того же! — в ее голосе сквозило презрение, что немало удивило меня.

Я проигнорировал выпад Этель и спросил привычным спокойным тоном:

— Что делаешь?

— Работаю, — отрезала она.

В зеленых глазах ведьмочки полыхнула злость, отчего они потемнели. Что за муха ее укусила?

— Это я уже понял. Но имел в виду другое. Почему ты не в академии? Как оказалась здесь?

— Не без вашей помощи! — фыркнула Этель.

Я заметил, что костяшки ее пальцев, которыми она вцепилась в край столешницы, сильно побелели.

— Моей? Не понимаю, о чем ты.

— Вы посмотрите на него, — недобро рассмеялась она. — Не понимает он. Не ломайте комедию! Не перед кем!

— Этель! — попыталась осадить ведьму посетительница, но та разошлась не на шутку.

— Не лезь не в свое дело, Катрин! Если вы не будете ничего заказывать, лэр Бейкер, прошу покинуть лавку. Вам здесь не рады!

От услышанного я опешил. Первой мыслью было осадить заносчивую Грэхем, хлопнуть дверью и больше никогда здесь не появляться. Но я решил не доставлять ведьме подобного удовольствия и сделать в точности наоборот. Чем, несомненно, окончательно выведу Этель из себя. Возможно, тогда я пойму, что на нее нашло. Потому что сама она объясняться явно не собиралась.

К тому же меня насторожило происходящее в лавке. Единственная посетительница заметно дергалась. Она ничего не купила до моего прихода и, судя по отсутствию кошелька в руке, не планировала. Однако уходить не торопилась, словно какое-то важное дело было еще не решено. Забежала поболтать? Вряд ли. Подругами я бы их не назвал. Тогда что она здесь забыла? Не мешало бы понаблюдать за ними.

— Почему не буду? — с язвительной ухмылкой отозвался я. Она стала еще шире, когда увидел, как покраснели щеки Грэхем, став пунцовыми. — Мне, пожалуйста, чашку чая, две лимонные булочки с изюмом, клубничное пирожное и один маковый рулет с собой.