Влюбиться в своего мужа (СИ) - Ибис Александра

Помимо неё, мало кто из иномирцев приживался при дворе Ада, среди демонов.

У браков, особенно если они несчастливые и вынужденные, есть неприятная особенность: семейные разговоры, в которых супруга обязана участвовать. Нельзя простой уйти, если беседа неприятна, потому что муж и жена живут в одних покоях и спят в одной постели. Повседневная жизнь становится невыносимой, когда вы постоянно в ссоре или игнорируете друг друга. Вот и приходится разговаривать.

— К чему было это представление? — устало спросил Дир, едва дверь супружеских комнат закрылась за нашими спинами и мы остались наедине. — Изира, ты ведь могла просто не вмешиваться.

— Я выполнила просьбу Арины, только и всего, — спокойно отозвалась, пожав плечами. — Чем ты недоволен?

— Тем, что Соранна дала понять, что этого делать не стоит, а ты вновь поступила по — своему. Ты могла навредить здоровью этих детей, — муж стоял, прислонившись плечом к поверхности двери в дворцовый коридор. Красивый, с приятным голосом, сексуальный. И при этом, живя со мной, не мой.

— Ты настолько не уверен в способностях Соранны? — усмехнулась я, присаживаясь на устланный по моей инициативе пледом и маленькими подушками диван в гостиной. — Или настолько не доверяешь мне? До сих пор?

— Причём здесь это?! — возмутился Дирлих. — Мы говорим о том, что ты своевольничаешь.

— Ну, я же не собака, чтобы только и делать, что выполнять команды! — не преминула повысить голос в ответ. — Дир, признайся, что тебя волнует больше: то, что я немного жестковато донесла до человечков правду или то, что своими действиями я могла расстроить обожаемую тобой Линаину?

— Ну, а принцессу-то ты зачем приплетаешь?! — муж отошёл от двери и прошёл ко мне, деланно расслабленно откинувшейся на спинку дивана.

— За тем! Ты наблюдаешь за ней! Постоянно! И меня это раздражает, потому что я пытаюсь быть тебе хорошей женой! — я не дала ему присесть рядом: соскользнула с сиденья и быстро прошествовала к книжному шкафу в другом конце комнаты.

— Я гвардеец её мужа, а, значит, и её. Это нормально: постоянно присматривать за своей принцессой, — отозвался Дирлих у меня за спиной.

— Будь она просто твоей принцессой, ты бы так на неё не смотрел, — мрачно ответила я, пробегая пальчиками по корешкам книг, чтобы сохранять подобие спокойствия. — И мы оба это знаем.

Я выудила томик стихов и сказок Нижнего Мира и развернулась к мужу, прижимая его к груди.

— Дир, даже я уже успокоилась и отпустила его. Когда же ты, наконец, отпустишь её? — изо рта вырвался болезненный вздох. — Демоны живут долго. Слишком долго, чтобы лгать всем, всегда и везде.

Дирлих мрачно смотрел на моё лицо, а после скользнул взглядом ниже, к потрёпанному томику.

— Помню, как удивился, увидев тебя, читающей сказочную историю, — слабо улыбнулся он.

— Ты тогда сидела в этой гостиной, такая ранимая и беззащитная, не желала разговаривать. Мне хотелось тебе помочь.

— И ты помог, — неохотно признала я и направилась к выходу из гостиной и супружеских покоев.

— Куда ты? — чуть запоздало окликнул меня муж.

— Пойду помогать другим. Наилучший способ познакомиться с миром — прочесть его истории.

— Изи! — я успела коснуться золотой ручки, когда он, похоже, собрался остановить меня. — Пожалей их.

Однако нет. Останавливать не стал.

Не зная, что на это ответить, я толкнула дверь. Выйдя в коридор императорского дворца, освещённый огнём факелов и отблесками радужных звёзд из окон, я не сдержала утомлённого вздоха и упёрлась лбом в холодный камень стены. Здесь, в Аду, в отличие от Среднего Мира, не было солнца, потому демоны круглыми сутками были окружены огнём и темнотой. Не сказать, чтобы меня это напрягало: я родилась и выросла в Нижнем Мире, под сиянием зелёных, голубых и красных звёзд, в тепле согретых пламенем камина комнат. Для меня не было места прекраснее.

Однако для ряда людей, вероятно, не нашлось бы места ужаснее, и именно потому мне следует поддержать попавших сюда детей. Чем быстрее они приживутся и примут новый мир, тем меньше проблем доставят.

Держа томик в одной руке и придерживая подол платья в другой, я целенаправленно двинулась на этаж выше покоев высокопоставленных придворных. Если императору и императрице принадлежало отдельное крыло, то покои их наследников располагались на выделенном им этаже жилого крыла. Зная Линаину, она наверняка привела детей отобедать прямо в свои комнаты: и попаданцам спокойнее, и придворные в общем зале за неподготовленными ребятками не наблюдают. Преодолевая широкие каменные ступени, я размышляла о насмешках судьбы и о том, как же сильно мне хочется есть! Утренний суд, открытие межмирового портала и появление иномирцев, а так же очередной неприятный разговор с Диром пробудили во мне просто зверский голод. Я жаждала вцепиться зубами в мясо и меньше думать.

Нужная дверь нашлась сразу: когда-то я грезила о жизни в этих комнатах. Влюблённая в недосягаемого принца, что стремится к возвышенному, прельщённая большим богатством и более высоким положением, мечтающая о короне на своей златокудрой головке. Не скажу, что я отказалась бы её носить, выпади мне такая возможность сейчас, но точно не с Ансором в паре. Он был для Линаины, которой я была должна за тысячи спасённых жизней демонов, считая и мою собственную.

Короткий стук, и я вхожу в небесные покои. Так их прозвала принцесса, но мне больше нравится другое их название: покои звёздного света. Иссиня-чёрные стены, разрисованные золотыми и серебряными звёздами, прохладный мартовский ветерок из открытого окошка, создающий иллюзию полёта…

Посреди гостиной, в которую открывалась дверь из коридора, поставили массивный стол из светлого дерева. Явно достали для попаданцев, чтобы было хоть какое-то светлое пятно. Кресла и диван отодвинули в сторону, вокруг стола стояли светлые стульчики с бархатными синими подушечками. Однако вместо спокойной картины я застала нечто. поразительное в своей нелепости.

Трёхлетний принц Кантор тар-демена Ризуд был собственником и довольно капризным ребёнком. Я как-то слышала, как Ансор жаловался Диру, что не может с собственной женой надолго уединиться, потому что с нянечками мальчишке было совсем не так хорошо, как с матерью, а если принц был с матерью, то с отцом её делить не хотел. Нет, разумеется, его можно было оставить на нянь, но не тогда, когда с ними в комнате находилась Линаина. Тут же. маленькое Высочество сидело на ручках Арины и явно не хотело слезать. Наследная принцесса стояла рядом со стулом девочки и пыталась забрать ребёнка, а он хныкал, говорил «Нет!» и «Не хочу!» и цеплялся за кофту с коротким рукавом Арины, обнаруженную под синей курткой. Линаина обеспокоенно посматривала на сидящего во главе стола Ансора, Денис явно не знал, смеяться или плакать, Арина хлопала глазами и пыталась отдать ребёнка матери.

— Не хочу! Хочу с ней! Она особенная! — противился Кантор.

И это действительно была совсем не типичная и странная для него реакция.

— Кажется, наш сын повстречал истинную пару, — когда Линаина бросила на него очередной взгляд, объявил во всеуслышание Ансор.

Томик выпал из моих рук, довершая всеобщую поражённую картину. И это Денис и Арина ещё не осознают, что это значит.

Глава 2. О дрянной правде

Дрянной день. Дрянные две недели. Дрянные последние пять лет. И в особенности дрянная минута.

— Доброго вам дня, отец, — поприветствовала я высокого лорда Кебера, одного из тех, кто отвечает за императорскую безопасность. Всегда чистые, кристально белые рукава рубашки. Навечно окровавленные пальцы. Идеальное острое лицо хищника. И взгляд, полный презрения. Папа смотрит на меня, как на человека, притом бедного и грязного, всю жизнь прожившего в выгребной яме и зря оттуда вылезшего.

— Что это за отвратительная толстая коса? — брезгливо поджав губы, спросил отец. — Ты похожа на крестьянку, а не на леди Адского двора.