Наталья Мазуркевич - Императорская свадьба или Невеста против

Ознакомительный фрагмент

— Думаешь, поможет? Этот кот еще тот прохиндей.

— Лишним не будет, — заверил Вильгельм, открывая папку.

С первой страницы на него смотрела типичная представительница чистокровных оборотничьих семей.

— Известно, из какого клана? — спросил Вильгельм, не отрываясь от изучения бледного личика с большими карими, но, как он подозревал, меняющими цвет в моменты сильных эмоций глазами.

— Нет, я же сказал, что придется идти на поклон к Майнлу. Директриса того пансиона, где учится девочка, давала клятву о неразглашении многих интересующих нас подробностей, и клана в том числе. Единственное, что удалось узнать: девочка связана с принцем Корвусом. Как? Не спрашивай. Но мне четко дали понять, что любая информация о ней будет даваться только с разрешения принца или его полномочного представителя.

— Внебрачная дочь? — вскинулся в догадке Вильгельм.

— Не знаю, но сомневаюсь, что это бы скрывали. У оборотней свои понятия о браке…

— … и о законных детях, — рассмеялся император, припомнив всю ораву детишек вышеупомянутого посла.

— Точно, — согласился советник и, посерьезнев, добавил: — Но, мне кажется, тут другое. Кроме того, глянь на девочку — черты лица более правильные и гладкие, нежели у принца, цвет глаз… У Корвуса светлые при любых обстоятельствах, а для оборотней это важно. И есть еще один факт, который тебе, несомненно, понравится, — загадочно начал Скайтер. — Девочка против участия в отборе.

Сайлейн восприняла отведенные ей покои без трепета. Просто зашла и скинула вещи на кресло, сама упав на низкий диванчик. Так она и пролежала в полусне-полудреме, пока расторопные служанки раскладывали ее малочисленные вещи по полочкам, расставляли обувь и, что греха таить, перетирали косточки еще одной невесте императора. Пару раз они подходили к ней вплотную, желая лучше изучить лицо, но Сайлейн это не волновало. Она знала, что у них нет никакой возможности причинить ей вред — интуиция оборотня плюс несколько отравленных игл, кинжал в голенище сапога, да и стража у дверей покоев охраняли претендентку на руку и сердце императора.

Девушка поднялась со своего ложа только тогда, когда все ушли, плотно притворив за собой дверь. Она бесшумно прокралась в спальню и застыла у окна, разглядывая парк. Было уже поздно, и бутоны цветов успели закрыться, но Сайлейн не интересовали краски. Она вглядывалась в извилистые дорожки, старые деревья, которые не могли вырасти за один день, и, наконец, облегченно выдохнула. Здесь она уже была. И, несмотря на все старания сопровождающих, прекрасно представляла, в какой стороне город, где ближайшее поселение собратьев-оборотней и местная темная гильдия, куда этой ночью она и намеревалась сходить. Только сначала… Да, так будет правильно.

Отговорившись плохим самочувствием, Сайлейн не спустилась на ужин и вообще не покидала комнату, пока в доме не затихли голоса слуг. Напороться на стражу девушка не боялась: за время своего отдыха и ожидания, она успела рассчитать, через какой промежуток меняются караулы в доме, а расстановка постов во дворе вряд ли намного отличается от прежней… На худой конец, местность она знает, выкарабкается.

Так думала Сайлейн, переоблачаясь в тонкие облегающие штанишки, свитер, накидывая сверху тунику — все из волокон медвежьего кустарника, не пропускавших ни ветер, ни холод, но бывших на удивление легкими, приятными и, разумеется, безумно дорогими. С тяжелым вздохом девушка рассталась с последней частью своего обычного гардероба — сапогами на высокой, с локоть, подметке. В их ношении, кроме соблюдения одной старой традиции, крылось еще несколько причин, одна из которых была проста. Необходимость ходить на такой высоте, корректировала ее походку и помогала лишний раз не выдавать некоторых аспектов своей жизни.

Сайлейн легонько надавила на подошву под пяткой и почувствовала, как вместе с ощутимым куском подошвы с ног свалилась тяжесть прятавшихся в обуви запасных кинжалов.

Покачавшись с ноги на ногу и размяв кисти, Сайлейн аккуратно приоткрыла окно и выскользнула во двор. Точнее, сначала забралась на крышу и оттуда, петляя и уворачиваясь от охранных сетей, выбралась за забор. Оглянулась и неодобрительно покачала головой: как же плохо они побеспокоились о безопасности невест, если она беспрепятственно вышла?

Решив не терять времени, девушка бросилась глубже в лес, окружавший загородную резиденцию. Она не стремилась пройти его насквозь, нет, ей просто нужен был водный источник и желательно с чистой водой. Вскоре отыскав искомое, Сайлейн коснулась воды кончиками пальцев и нараспев прочитала:

— Сила моя пусть наполнит тебя, власть моя пусть подчинит, воля моя путь укажет, а в о ды твои мне семью покажут.

Кромка дрогнула, по воде прошла рябь, и Сайлейн встретилась взглядом с Лузаникой, женой принца Корвуса, жрицей двуликой богини Таоки и своей старшей сестрой.

— Малыш, куда ты встряла? — не повышая голоса, но довольно прохладно спросила сестра.

— Я не хотела, ты же знаешь: моей вины в этом нет, и… — начала быстро оправдываться Сайлейн.

— Сайлейн? — В поле зрения девушки появился принц. — Тебе что-нибудь нужно? Приказать Майнлу, чтобы передал?

— Нет и да. Что сделать, если я попала на выборы невесты императора Вильгельма?

— Они теперь публичные? — удивился Корвус. — Смелый поступок со стороны его величества.

— Нет, — замотала головой Сайлейн, — я как кандидатка попала.

— Откажись, — выдохнула Лузаника.

— А как же международные связи?

— Скажем так, — аккуратно начал принц, — в виду последних обстоятельств, Таске не выгодно с нами ссориться, более того, я ожидаю от императора прошения вступить в Союз.

— Но здесь оборотней меньше пяти процентов! — возразила Сайлейн. — Это противоречит духу Союза.

— Зато исторически Таска — сердце независимых оборотничьих территорий. Спроси у сестры, если не веришь.

— Верю, но здесь о таком не говорят…

— Это закономерно, не бери в голову. Хочешь — участвуй, не хочешь — Майнл заберет тебя завтра.

— Это не все, что я хотела сказать, — помявшись, решилась Сайлейн. — На отборе был тот самый кулон, про который я тебе рассказывала, Лузи. И он засветился ярко-ярко…

Договорить она не успела.

— Они видели кольцо? — разом побледнев, спросила сестра.

— Нет, я не показывала, как ты и велела. Но оно изменяется, становится все отчетливее и чаще игнорирует мои приказы исчезнуть из виду…