Марьянна Кей - Стихийница (СИ)

Остаток вечера мы провели подшучивая над кронпринцем, и его будущей "счастливой" обладательницей столь сложной фамилии. Интересно, а ему там не икалось?

Глава вторая

Подъем. Сколько обреченности и неизбежности в этом слове. Оно совсем не такое ласковое и доброе как "пробуждение". Наверно у всех адептов именно "подъем" вызывает гнев и раздражение, а произнесенное после четырех месяцев практики и каникул, еще и осознание начала тяжких учебных дней. Однако вопль: "подъем, девчонки!" звучал звонко, бодро и очень радостно, от чего у меня, например, вызвал очень острый приступ желания особо изощренно убить кричавшего эти ненавистные слова. Мысленно пожелав увлекательную и незабываемую прогулку в Мэрд*, я перевернулась на другой бок и накрылась с головой одеялом, только бы не слышать это проклятое слово 'подъем'.

Как бы яростно я не сопротивлялась, все же одеяло с меня стащили, и мне на лицо пролилось пара капель холодного дождика. И судя по раздраженному бормотанию, не я одна такая.

— Девочки, ну имейте же совесть! Мне ваш и еще один этаж будить. Так что вставайте!

Пущенная Зэрол подушка угодила прямо в будившего нас домового. Сильно обидевшись и бурча что‑то на тему "вот стараешься для них, а они…." он, мстительно хихикая, вылил на нас целый поток ледяной воды. Я резко вскочила, и, возмущенно озираясь, хотела все‑таки осуществить свое убийственное намерение, но домовенок как можно скорее, что бы не попасть под горячую руку, исчез с характерным хлопком.

А вставать действительно надо, сегодня первой была лекция "Боевое направление использования стихий". Возмущений на тему: "ну, и какого лыра целителям боевая магия?" высказано было много, и тем, кто придумал эту глупость, мы желали с пикантными подробностями прогуляться в самые низы Мэрда. Но идти все равно надо, боевая магия в этом году сдаваться будет экзаменом и соответственно, сдать ее досрочно не представлялось возможным.

Поднявшись с кровати и схватив свои вещи, я неспешно направилась в ванную комнату. В нашем общежитии в каждой комнате были отдельные туалетная и ванная комнаты, но среди некоторых адепток все равно проходили нешуточные баталии за право первой понежится под водой. Мне в этом плане повезло — Зэрол обычно принимает водные процедуры вечером (ее густые волосы сушить долго, а она очень любит их накручивать), а Кайли все равно когда ходить. Она всегда успевает их высушить и сделать красивую прическу. Подозреваю, что в таком умении, замешана еще и ее наследственная эльфийская магия.

И все равно, даже после такой побудки, сон не отпускал. Поэтому, я решила принять как можно более холодный душ. Стоя под ледяными струями воды и поминая добрым словом всех верховных демонов Мэрда, я выдержала эту пытку, и даже относительно приподняла себе настроение.

Выйдя из ванной, мне открылась привычная картина, которая происходит каждое утро. В комнате уже во всю шли сборы. И, как это было не удивительно, сборы проходили в полнейшей тишине. Зэрол с задумчивым видом подбирала к своему темно — зеленому с переливами костюму обувь, при этом кокетливо накручивая на пальчик локон длинных черных волос. Кайли наносила макияж сидя у своего зеркала, а ее густые русые волосы уже были уложены в сложную прическу.

Мда — а-а, что‑то я задержалась в ванной комнате. Подбежав к своей кровати, которая была у самого окна, я схватила расческу и начала судорожно расчесывать свои длинные непослушные волосы цвета горького шоколада. Высушив их при помощи простейшего заклинания бытовой магии, которому нас обучили еще на первом курсе, и, завязав в высокий хвост, я быстро стала наносить макияж на лицо. Как ни странно, накрасилась я очень удачно, и, оценив качество работы, подумала, что надо почаще наносить макияж в условиях экстренных сборов, получается аккуратнее и элегантнее.

Подлетев к шкафу, достала свою повседневную бело — серебряную форму, означающую мою принадлежность к факультету Воздуха, и повязала тончайший фиолетовый шарф, означающий, что я не только воздушница, но ещё и целительница.

Одевшись, я выбежала на коридор, и влилась в разноцветную толпу таких же опаздывающих адепток. Почти у самого выхода, меня догнала моя однокурсница, такая же целительница, как и я.

— Малдия! Сиятельных дней! — поздоровалась она в стиле адептов Огня.

— Налия, и тебе легких дней! — приветливо улыбнулась рыжеволосой девушке, спешащей рядом со мной, на пары. — Как настроение перед началом?

— Горелое. — Налия недовольно поправила короткие, до плеч, волосы. — Какой лыр вселился во всех, зачем нам поставили боевую? И зачем на первое занятие брать специальную форму?

— Не знаю, — настроение после этих слов стремительно падало с уровня 'радужных надежд' в самый низ, надеюсь, что до уровня 'хуже только у неудачного эксперимента некромантов' оно не опуститься.

— Нам лучше поторопиться, иначе одеться мы не успеем, — сказала Налия, посмотрев на изящные часы, на не менее изящной ручке.

Не давая вставить хоть слово, девушка схватила меня за руку и потащила к уже видневшимся порталам перехода. Все так же, не размыкая рук, мы прошли через портал и оказались в большом холле нашей Академии. Везде стояли уже сформировавшиеся группки адептов, которые спешили на первые занятия. Мы нашли знакомые лица и влились в общую массу целителей пятого курса всех факультетов. Кто‑то шутил, кто‑то возмущался, но в воздухе вокруг витало острое ожидание и предвкушение начала нового для нас предмета.

До начала пары оставалось совсем ничего, и мы все поспешили в комнаты, прилегающие к залу для занятий боевой магией. В первый раз захожу в кабинет для переодевания, испытывая некое волнительное чувство. За пять лет обучения, ввиду отсутствия в принципе у нас предметов хоть издали напоминающих боевое направление, я не была в зале, не говоря уже про эти маленькие комнатки, где мы будем оставлять повседневную форму. Сама планировка комнатки не отличалась особой изобретательностью. Рассчитанная на одного человека, она вмещала небольшую лавочку и черный шкафчик, для хранения одежды

Специальная форма, которая очень отличалась от привычной, состояла из туники с широкими, но плотно облегающими запястье рукавами, свободных брюк, легких сапог и широкого пояса. Вся одежда была привычных цветов для нашего факультета, белого и фиолетового. Зайдя в комната для переодевания постаралась как можно быстрее скинуть с себя повседневную форму и надеть непривычную специальную форму. Когда я была уже готова, отыскала вход в зал для боевой практики и направилась к нему. Зал был большим, выкрашенным в сине — красные цвета (в основном боевиками становятся или воздушники или огневики), и никаких лавочек, стульев или чего‑то, куда можно сесть в ожидании Наставника.