Дылда Доминга - Изоморфы

Когда люди начали расходиться, глава вновь обернулся к Сергею Витальевичу:

— А Вы достаньте мне эту девушку, — Коэн постучал длинным пальцем по папке, — хоть из-под земли.

— А как же Гай? — осмелился уточнить Сергей.

— Гаем я займусь лично, — удостоил его ответом глава и первым покинул офис.

Сергей Витальевич опустился на стул, почесывая голову. Ему было даже жаль эту девчонку-курьера, которая по большому счету не имела к изоморфам ровно никакого отношения. Чего Коэн так взъелся? Все из-за этой грустной истории с Дюпре? Костя успел уже ему объяснить, что случилось, и Сергей только диву давался, на что готовы французы ради любви. Убийства из ревности всегда казались ему прерогативой пламенных испанцев. Впрочем, глядя на Дюпре, нельзя было с уверенностью сказать, что в его жилах не течет испанская кровь. Но, в любом случае, мужик он был неплохой, пусть и сорвало у него башню от какой-то красотки. И у Сергея возникло сильное желание навестить все-таки Антона в камере предварительного задержания.

По дороге в милицию он набрал Костю.

— Да, Сергей Витальевич, — взволнованно отозвался тот.

— Ты у гостиницы? — уточнил старший.

— Да.

— Там скоро приедет Конь, может, еще кто. Ты не пугайся. Тут такое дело: они решили прикрыть лавку и всех повязать.

— Кого всех?

— Всех, с кем общался Гай. Ну, и самого Гая.

— А Саша? — вырвалось у Кости.

— Да, что до девчонки, то ее возьмем мы с тобой. Личный приказ Коня.

На этот раз даже дурацкое прозвище Коэна, которое приклеил к нему Сергей Витальевич, не улыбнуло парня. Буквально полчаса назад они расстались с этой новой, незнакомой ему Сашей, вызывавшей уважение и сострадание, как на нее уже открыта охота. И больше не имеет значения, изоморф она или нет — девушка все равно в списке подозреваемых. Что сделают с ними дальше, оставалось только предполагать, но Костя не настолько был наивен, чтобы не понимать, что ничего хорошего им не светит.

— Когда? — чужим голосом поинтересовался Костя.

— Что когда? — не понял Сергей Витальевич. — Конь приедет с минуты на минуту. Жди его. А потом, как освободишься, звони — поедем за девушкой.

Костя ругал себя на чем свет стоит: ну почему он снова не додумался взять ее номер. Теперь у него опять не было возможности предупредить ее об опасности. Только на этот раз бесполезно было следить за Гаем, не говоря уже о том, что Гая вот-вот повяжут.

Коэн с подмогой действительно прибыл буквально через несколько минут. Костя почти не удивился, когда спустя непродолжительное время, группа покинула гостиницу с плотно завязанным извивающимся мешком в руках. Кто внутри — догадаться было не сложно.

— Что с ним будет? — не удержался Костя от волновавшего его вопроса.

— Вы еще так юны, Костя, — снисходительно заметил Коэн, довольный проведенной операцией. — Для таких, как он, только одна дорога. Причем, для Гая и его друзей дорога будет такой, что они позавидуют мертвым, — холодно ухмыльнулся Коэн, а у Кости мороз пошел по коже от выражения его лица и интонации, с которой он это произнес.

— Но среди них ведь могут быть обыкновенные люди, — несмело возразил он.

— Что ж, в таком случае этим людям не стоило связываться с врагами человечества. У всего есть своя цена. Дюпре за общение с изоморфом заплатил своей жизнью. Но их жертва, по крайней мере, не будет напрасной, если позволит нам продвинуться с результатами исследований.

— Вы отдадите их в лабораторию? — ужаснулся Костя.

— После того, как с ними поработают наши специалисты, да.

В этот момент Костя безоговорочно поверил в то, что лучше быть мертвым, чем в списке Коэна.

— Вы свободны, Костя.

Парень машинально поблагодарил Коэна и проводил взглядом удаляющийся неприметный фургон. Вот также неприметно исчезнут и те, кто имел несчастье общаться с Гаем.

Костя пулей помчался к дому Саши. Он должен был успеть первым.

Костя нашел ее сидящей на скамейке у подъезда и от неожиданности даже не сразу успел затормозить.

— Что ты здесь делаешь? — спросила девушка, но, судя по голосу, ее вряд ли на самом деле это интересовало.

— А ты? — спросил он и, не дождавшись ответа, тут же продолжил: — Впрочем, к черту. Тебе нужно убраться из города, как можно дальше, залечь на дно и не высовываться какое-то время, пока я не дам знать.

— Куда залечь? — удивленно моргнула Саша. Значит, что-то все же способно было ее еще удивить.

— Не знаю. Лучше, к кому-то не из родственников, потому что такие связи легко просчитать.

— Ты меня сдал? — грустно улыбаясь, произнесла Саша.

— Что ты говоришь, — оторопел Костя, — нет, конечно. Очнись, у нас очень мало времени, тебе нужно уходить! — он, как мог, пытался внушить ей страх, чтобы она начала шевелиться и действовать, а не пребывать в своей странной апатии.

— Не хочу, — проговорила она.

— Не хочешь чего? — их разговор с каждой секундой становился все более и более странным.

— Ничего не хочу. Не хочу прятаться и убегать. Хотят меня поймать — пускай.

— Ты не понимаешь, — едва не заорал Костя, хватая ее за руки и встряхивая. — Они не просто поймают тебя, они будут ставить над тобой эксперименты, мучить, пока ты не начнешь мечтать о смерти, но они не сжалятся, а продолжат, и постараются растянуть эту муку настолько, насколько смогут. Это не полиция и не правосудие, это люди, которые делают все, что хотят и считают нужным, ради своей цели.

— Отпусти, — зашипела на него девушка, и он вынужден был разжать руки, настолько зло и агрессивно она на него посмотрела.

— Ты услышала то, что я тебе только что сказал?

— Что за мной охотится группа садистов? Так зачем ты среди них? — сейчас она снова выглядела, как совершенно незнакомый ему человек.

— Следить и путешествовать по миру — это одно, — произнес Костя, — а мучить людей — совершенно другое.

— Неужели ты открещиваешься от них?

— А что, только тебе можно? — огрызнулся парень, и Саша как-то сразу сдулась.

— Куда мне идти, — безнадежно произнесла она, — я никого, кроме родителей, не знаю.

— Ну, не знаю, к подругам, друзьям, в конце концов, к бывшему парню.

— У меня никого нет, — обреченно прошептала Саша. И это прозвучало до боли искренне.

— Ладно, — Костя начал лихорадочно соображать, у кого из его родни девушка могла бы укрыться на время. — Вот, номер тети Лены, — начал писать он на чьей-то визитке, выуженной из кармана, — позвонишь ей, скажешь, что я прислал. Скажешь, что приехала поступать, из… сама придумаешь, откуда.

— Костя, — остановила его Саша, — а что, если они найдут меня там? Они ведь не пожалеют твоей тети, а когда поймут, чья это родственница, не пожалеют и тебя, как сообщника. Я не хочу больше никого тянуть за собой, — покачала она головой.