Вечность - Джеймин Ив

что души обладают бесконечной энергией. Они являются источником энергии, не похожим ни на какой другой. Вот почему потеря души приводит к смерти. Это также делает природу силы Эсты ещё более тревожной.

В настоящее время она контролирует бесконечное количество душ и, следовательно, обладает огромной силой.

Несмотря на всю информацию о природе душ, в ней ничего не говорится о том, что происходит, если демон отделяется от своих душ. В одном из текстов даже утверждается, что у демонов нет душ. Я пытаюсь не обращать внимания на очевидные предубеждения, поскольку это написано ангелами, но в конце концов закрываю эту книгу.

Наконец, я поднимаю взгляд и встречаюсь с затуманенными глазами своей стаи. Все они закрыли книги, которые читали, и на лицах у них унылое выражение. Даже Роман устало трёт глаза, а силы счастья Коды нигде не видно.

— Всё, что написано в этих книгах, только подтверждает, как трудно будет обуздать Джарета, — говорит Таня. — Ничто не говорит нам, как помочь ему.

Малия, похоже, не так слаба, как все мы. Она похлопывает по стопке выброшенных книг.

— Здесь нет ответов, но я постараюсь найти больше завтра, — она продолжает бормотать. — Если Адриэль позволит.

Я протираю свои ноющие глаза и, подавляя зевоту, поднимаюсь на ноги.

— Мне нужно поспать. Давай вернёмся к этому завтра.

Снаружи воздух чист и прохладен, и я испытываю облегчение оттого, что нахожусь вдали от света камина — до тех пор, пока мы с Романом не входим в нашу хижину и камин снова не зажигается.

Я морщу лоб, глядя на это, чувствуя, как по моему телу разливается чистое тепло, из-за которого почти невозможно сопротивляться сну.

Роман хватает меня за руку.

— В постель, — говорит он и тянет меня за собой в спальню.

Оказавшись там, я прижимаюсь к нему и оставляю сонный поцелуй на его шее.

Он уже спит, и мгновение спустя я тоже засыпаю.

Глава 25

На следующий день я заставляю себя встать с кровати, но только для того, чтобы покачнуться и снова опуститься на её край. Роман крепко спит на животе, его грудь мерно поднимается и опускается, и он не шевелится.

У меня такое ощущение, будто кто-то ударил меня по голове.

Я прижимаю кончики пальцев к вискам и щурюсь от солнечного света, проникающего сквозь застеклённое окно в спальне. И снова я сбита с толку углом падения солнца.

Похоже, уже полдень.

Слегка вздрогнув, я подталкиваю Романа локтем, чтобы он проснулся.

Он приоткрывает один глаз.

— Хм?

— Наверное, уже прошло время после завтрака, — думаю я. — Может быть, даже позднего обеда… Я не уверена.

Наконец, скатившись с кровати, я направляюсь в ванную, чтобы умыться и призвать на помощь свою демоническую силу.

Это помогает. Немного.

В зеркале моё лицо бледное и осунувшееся, а тёмные круги под глазами свидетельствуют о том, что я мало спала.

Проклятье. Моя усталость, должно быть, как-то связана с лунным светом, при котором мы сидели за ужином, или, может быть, с яркостью книг, которые мы изучали несколько часов прошлой ночью.

Роман обнимает меня сзади, выражение его лица такое же усталое и осунувшееся, а вес такой же тяжёлый, как будто ему тоже трудно держаться на ногах.

— Чтение ангельских текстов, похоже, истощило нас больше, чем я ожидал, — говорит он, вторя моим мыслям. — Сегодня нам нужно быть осторожными.

К тому времени, как мы одеваемся и выходим на крыльцо, мы обнаруживаем моих демонов-волков, растянувшихся в тени дуба, и Малию, возвращающуюся с Адриэлем.

Она взяла с собой меньше книг, чем вчера, но выглядит немного счастливее. В её волосах цветы, как будто они упали с деревьев пастельных цветов, когда она возвращалась. Адриэлем тоже выглядит спокойнее, и мне интересно, удалось ли им каким-то образом найти общий язык этим утром. Это маленькое счастье даёт мне силы двигаться вперёд, спускаться по ступенькам крыльца и останавливаться на краю затененной зоны.

— Я могу отнести твои книги в хижину, — говорит Адриэль, указывая на тома, которые несёт Малия.

По её кивку он добавляет их к своему грузу и исчезает в средней хижине, оставляя Малию спешить к нам.

Ее улыбка быстро исчезает, когда она подходит к нам, и она сосредотачивается на наших лицах.

— Нова? Роман? Вы в порядке?

Я снова прижимаю ладони к вискам.

— Мы просто устали. Этот мир… — я отодвигаюсь от солнечного света, падающего на траву за тенью, и натыкаюсь на Романа, когда мы оба прячемся от солнца.

Я криво усмехаюсь и пытаюсь отнестись к этому легкомысленно. Каламбур.

— Кажется, этот мир превращает нас в вампиров. Вы видели Коду или Таню?

— Они оба были в моей хижине, когда я уходила. Кода заходил рано утром. Он хотел ещё раз просмотреть книги, но выглядел ненамного лучше, чем ты, — она тянется ко мне, проводит пальцами по моим щекам и прижимает ладонь ко лбу, как будто измеряет температуру.

Я вспоминаю вчерашнюю решимость Коды поговорить с нашим отцом и то, с каким усердием он изучал выбранную им книгу прошлой ночью. У меня такое чувство, что он не успокоится, пока мы не получим ответ, но это может означать только одно: этот мир будет истощать его энергию ещё быстрее.

— Сейчас мы тоже пойдём туда, — говорю я, когда она убирает руку.

Несмотря на свои намерения, я не решаюсь выйти на солнечный свет.

В этот момент подходит Адриэль, в руках у него уже нет книг. Когда он встаёт перед нами, слегка расправив крылья, я вздыхаю с облегчением, потому что его тело частично заслоняет яркий свет от травы.

Его быстрый взгляд скользит по нам с Романом и, наконец, останавливается на наших глазах.

— Нехорошо, когда демоны задерживаются в этом мире, — говорит он тихим голосом, повторяя предупреждение, которое он дал нам вчера.

Малия поворачивается к нему, её вопрос не терпит отлагательств.

— Что с ними происходит? — её глаза широко раскрыты, когда она ждёт его ответа. — Если есть что-то, чего ты нам не сказал, мы должны знать…

Прежде чем Адриэль успевает ответить, позади него раздаётся радостный голос.

— Адриэль. А вот и ты, — Халди спешит следом за ним, её завитые локоны подпрыгивают вокруг прекрасного лица. Её голос прерывистый, как будто она торопилась, и я могу только предположить, что способность появляться и исчезать, как это иногда делает Адриэль, должна быть присуща архангелам.

— Прошу прощения, но ты нужен в Люксе, — говорит она, и её рука скользит к рукояти клинка, который она носит на поясе. Она добавляет: — Немедленно.

Он хмурится, когда