Хлоя Нейл - Больно укушенная

— Гарольд Монмонт тоже звонил, — сказал Скотт. — Он "запретил" мне оставаться в Доме Кадоган. Сказал, что ГС станет рассматривать это как нарушение нашего устава, если мы будем жить в грехе с вампирами, включенными в черный список, которые недавно бросили вызов ГС и всему, что он поддерживает. Он выдал мне пространную речь о лояльности и наказании.

Этан моргнул.

— И что ты ответил?

— Я напомнил ему, что главой ГС является Дариус Вест, и Дариус Вест единственный, у кого есть право что-либо запретить Дому Грей, хотя лично я подозреваю, что это не предвещает ничего хорошего.

— Мормонт или нет, ты можешь загрести жару за свое решение.

— Мое решение заключалось в том, чтобы держать моих вампиров в безопасности от восходящего солнца. Любой член ГС, который этого не понимает, идиот, не достойный своей должность.

Я не смогла удержаться и улыбнулась от этого комментария.

— Это когда мы говорим о налогообложение без представительства? — спросил один из охранников Дома Грей, женщина с кожей цвета какао и великолепными темными волосами. Она была высокой и миловидной, настолько, что свитер почти подавлял ее худую фигуру. Но сочетался с короткими, накрашенными желтым ногтями и ярко желтыми Конверсами[28], и то и другое соответствовало желтому на свитере Дома Грей, который она стянула.

Если бы было уместно судить человека по его обуви, и, очевидно, так и было, я бы немедленно решила, что она мне нравится.

Другие охранники Дома Грей захихикали, но Скотт выглядел менее позабавленным комментарием. Полагаю, было еще слишком рано для шуток по поводу дезертирства из ГС.

— Возвращаясь к беспорядкам, — серьезным тоном сказал Джонах, вероятно, уловив сигнал от Скотта. — Два бунта, две ночи подряд. Разумно предположить, что они ударят по другому месту завтра ночью.

— И не обязательно по Дому, — сказал Люк. — В первый раз они ударили по дистребьютору "Кровь Для Вас". Это означает, что им нравится бизнес, связанный с вампирами, и у них достаточно информации, чтобы выведать о наших местах, обычно неизвестных людям. Мы собрали список потенциальных мишеней.

Люк переключил изображение на экране, и выскочил маркированный список. Список составляли Дома Наварры и Кадогана, поскольку У Бенсона, Рэд и Темпл Бар — официальные бары Домов Грея, Наварры и Кадогана соответственно.

Маяк гавани на Озере Мичиган, который служил штабом Красной Гвардии в список не входил. Вероятно потому, что мы с Джонахом были двумя единственными вампирами в комнате, которые знали о его предназначение.

— Кто-нибудь знает, есть ли у Робин Поуп какие-нибудь связи с любым из этих мест? — спросил Джонах, оглядев комнату, но никто не ответил.

Люк коснулся места на экране возле Домов.

— Если беспорядки действительно были нацелены на максимальный результат, Дома Кадогана станет следующей мишенью. Они не наносили прежде ударов по-соседству, и мы здесь все вместе.

— Максимальный результат и ущерб. — согласился Джонах. — Ты бьешь по одному месту и двум Домам.

— Да, но это предполагает, что эти ребята действуют по сценарию, — сказала Линдси. — Ясно, что это не так. Если они, действительно, хотели бы нанести удар по вампирам ради максимальной рекламы, ударили бы сперва по Дому Кадогана. Мы опозорены больше всех.

— Что предполагает, что Робин Поуп в управляющем комитете бунта. Она выбирает места не потому, что они произведут наибольший взрыв, а потому, что у нее личная вендетта. — я взглянула на Люка. — Может быть ты захочешь провести в Доме соцопрос, чтобы убедиться, что она никого здесь не знает.

— И мы продолжим изучение ее биографии, — сказал Джефф.

— Просто на всякий случай, — сказал Этан, — Мы удвоим охрану снаружи. Они люди, но у них есть пушки. В сумерках давайте обсудим, как мы можем сотрудничать, чтобы увеличить нашу фактическую охрану, пока у нас есть для этого люди. Чак, мог бы ты так же известить ЧДП о возможности того, что Дом может стать мишенью?

— Конечно, — сказал он.

— Я думал, сейчас ЧДП фактически не на нашей стороне? — спросил один из охранников Дома Грей.

— Не на нашей, — подтвердил дедушка. — Но они на стороне людей, которых в Гайд-Парке много. В частности, есть богатые люди, которые владеют солидными домами и внесли свой вклад в предвыборную кампанию мэра. Что, вероятно, вызовет значительный интерес со стороны ЧДП.

— Хороший переход, — сказал Скотт, снова выходя вперед. — Мы ищем временное жилье, но это займет некоторое время. Мы получили хорошую возможность работать вместе, пока мы здесь. Как мне кажется, у нас на повестке дня найти источник беспорядков и покончить с ним. Мы можем поискать среди мятежников, служащих, где угодно. Меня меньше интересует как мы этого достигнем, чем сам факт того, что достигнем. Мы потеряли наш Дом. Это так не останется. И мы найдем способ, и прямо сейчас, остановить это.

Он посмотрел на Этана и кивнул.

— Хорошо сказано, — сказал Этан. — Думаю, с этим все.

***

Пока старшие сотрудники обсуждали детали нашего случайного сотрудничества, я попрощалась с омбудсменами.

— Спасибо, что пришли, хотя, я надеюсь, что вы не проделали этот путь ради столь короткого совещания?

— Вообще-то, нет, — сказал Катчер. — Как только я вернулся домой, мы обнаружили непрекращающуюся истерию на полицейских сканерах по поводу химеры на пятьдесят седьмой улице.

— Химеры? Как мифический монстр?

— Именно она, — сказал мой дедушка.

— И что вы нашли?

— Кокер-спаниеля, одетого во множество нелепых костюмов для Хэллоуина. — Явно развлекаясь сказал мой дед. — Хозяйские дети играли в переодевания, и он в полном обмундировании сбежал со двора.

— Включая один из тех костюмов, — сказал Джефф, шевеля руками, — В котором на верхушке маленький ковбой.

— И один, из которого на свет появились головы химеры, — сказал Катчер.

— Эй, это лучше, чем реальные вещи, — сказала я. — Что вы сделали с химерой?

— А чтобы ты сделала с химерой? — спросил Джефф. — Они как швейцарский нож для животных.

— Сперва вечеринка, потом дело, — согласился Катчер. Он заработал от меня фырканье и смех.

— Любое животное, которое можно сравнить с кефалью[29] в моей книге, хорошее животное.

— Мы должны идти, — сказал дед. — Пока нас нет, Марджори дежурная по телефону, и она становится раздражительной, если мы оставляем ее одну слишком на долго.

— Но она же администратор, — заметила я. — Отвечать на телефон ее работа.

— Она видит это не совсем так, — с улыбкой сказал дедушка. — Но в ночи осталось не достаточно часов для прений. — Он погладил меня по плечу. — Я бы никому не пожелал столкнуться с насилием, но я рад, что тебе и твоему Дому этой ночью не причинили вреда.