Попаданка в книгу: Оставьте злодея в покое! Часть 2 - Ирина Владимировна Смирнова

привыкла к этой мысли. Уже полюбила в ответ — спрашивается, когда успела-то?! И с какой стати вообще? Просто в ответ на его эмоции вспыхнули мои? Или мне так понравился наш секс?

Безусловно, все это тоже сыграло свою роль. Но было еще что-то. Кажется, я была влюблена в главного злодея новеллы, еще когда ее просто читала. Сама не осознавала этот факт. Даже злилась, отрицала все перед самой собой. Еще бы, что за дурь — влюбляться в жестокого психопата?! Так не поступают нормальные, здоровые, взрослые женщины.

Тем более они не вкрашиваются в рисованных выдуманных отрицательных героев. Одна я такая дура, что наступила на все грабли последовательно. И каждыми мне прилетело по лбу, не иначе.

— Я… люблю эту женщину больше всего на свете. Больше жизни, — произнес Алексин, посмотрев на меня. — Но в вещь себя я превратил не из-за любви. А чтобы обезопасить нас с ней от императрицы, подтвердив тем самым, что никак не претендую на трон. А еще потому, что полностью доверяю своей жене. Даже если я отдам ей поводок от своего ошейника, я знаю, что она никогда не воспользуется этим из злости или корысти.

Он говорил это не императору. И не судье. Он говорил это, глядя мне в глаза. И я тоже перестала замечать весь остальной мир вокруг.

Да пошло оно все!

— Нейтан, потом.

Высвободиться из чужих объятий оказалось на удивление легко. Просто чуть оттолкнуть — и серый рыцарь сам меня отпустил. А дальше всего несколько шагов, отмахнуться от крепчайших прутьев антимагической решетки, как от досадной паутины перед лицом, подойти вплотную, глаза в глаза…

— Прочь! — И ошейник слезы истины упал с шеи моего мужчины в протянутую ладонь покорно, как шелковая тряпочка. Я не глядя бросила его в сторону.

— Ох, — раздалось в зале. В основном, конечно, женскими голосами.

— Да целуй уже ее, придурок! — Кажется, на галерке собрались наши болельщики, потому что в ответ на этот возглас зал взорвался шумом и…

Алексин нервно облизал губы, взял меня за плечи и притянул к себе, как-то слишком неуверенно заглядывая в глаза.

— Тебе что сказано? — напомнила я и улыбнулась. — Целуй уже!

Глава 37

Из зала суда мы выходили под аплодисменты. Похоже, молва о невиновности, а главное, об истинной любви старшего принца скоро разнесется по всем закоулкам империи. Одно лишь омрачало счастье: ненавидящий взгляд императрицы Клементины. Женщина даже попыталась замахнуться на Алексина какой-то магией, но тут же получила по руке от императора. Над правящей четой возник купол тишины, и отец Алексина, повернувшись к залу спиной, начал что-то выговаривать супруге. Понять, что именно сказал император, было невозможно, но все больше краснеющее от гнева лицо Клементины не предвещало ничего хорошего.

Ну и ладно. Подумаем об этом потом! А сейчас моего мужа нужно вылечить, накормить, пожалеть и спать уложить! Это намного важнее каких-то там разгневанных императриц.

— Софи, я…

— Тсс. — Я приложила палец к чужим искусанным губам. — Дома всё, дома.

— До дома я не дотерплю. Кто этот мужчина, любовь моя? — слегка рычаще произнес Алексин.

Нейтан тяжело вздохнул и примиряюще поднял руки ладонями к нам, будто сдаваясь.

— Это Нейтан, и он…

— Магический слив, — перебил меня серый квадрат и странно хохотнул. Или… икнул? Так, подождите, а что это у него за походка из серии «идет бычок, качается, сдыхает на ходу»?! И глаза подозрительно блестят.

— Ты использовала карателя, чтобы сливать излишки магии? Ну ты… ежик…

— Я никогда не был пьян, — между тем доверительно поделился с Лексом Нейтан и качнулся ему навстречу так сильно, что моему мужу пришлось ловить предполагаемого соперника чуть ли не в объятия. — Так вот на что это похоже… ик… Никогда не понимал людей, обожающих этот скисший виноградный сок… ик… или забродившее зерно. Невкусно же! Но это действительно… весело. Хорошо. И все такое яркое. И пол уплывает. Слушай, темный, а давай споем?

— Это могла вытворить только ты, — пробормотал Алексин, стараясь удержать и меня, и серого квадрата. — Напоить карателя. Существо, по определению не подверженное никаким порокам и воздействиям на психику. Юль!

— Я здесь, учитель, — с готовностью откликнулся на зов белый маг. О чем пожалел уже в следующую секунду.

Потому что ему бесцеремонно вручили все больше пьянеющего Нейтана и велели:

— Доставить до дома в целости и сохранности. Отвечаешь головой.

— Но, учитель! — Таким беспомощным и одновременно возмущенным белого лорда я еще не видела. — Да перестань! Совсем охренел, зараза?! То есть, простите, это не вам, учитель! Но он меня укусил!

— Нейтан?! — не поверила я. — Укусил тебя?!

— Ну, не совсем. Просто присосался… Боги, это звучит еще хуже! Магию выкачивает!

— А ты хорош, белый… — пробормотал пьянчуга, повисая на Юльваре всем телом. — Пошли кутить. Я хочу песен, танцев и… ик… — тут Нейтан как-то странно задумался и похлопал себя по груди, — и еще чего-то. Непонятного. Пошли выяснять!

— М-м-м, — замычал Юльвар, которого перехватили поперек шеи и потащили куда-то в сторону улицы.

— Может, не стоит отпускать их вдвоем? — взволнованно пробормотала я.

Ситуация, конечно, была забавной. Но откуда мы знаем, что именно придет в голову пьяному карателю? А Юльвар как-никак маг, на которых этих рыцарей и натаскивали. Он ему просто отказать ни в чем не сможет, колдовать — только пьянить еще больше, а физически тем более. Юлька против Нейтана — как кролик против добермана.

— Ничего, ему будет полезно развеяться. Не все же за научными исследованиями да криминальными расследованиями сидеть, — устало хохотнул Алексин. — Заодно придумает новый способ противостояния карателям. С такой-то внушительной мотивацией.

А я снова отвлеклась на алую каплю крови, которая покатилась из самого глубокого пореза на шее.

— Тебе надо к лекарю! Ох, точно! Зачем ты Юльвара-то отпустил? Как же твои раны?! — всполошилась я.

— А что, на меня твоей прекрасной магии уже не хватит? Всю по карателям раздала? — ревниво поинтересовался муж.

— Тьфу на тебя, идиот, — это я добавила шепотом, потому что вокруг нас толпился народ. —