Вторая единственная - Ляна Вечер

нарисованной Барби. Первоклашка-отличница или экзорцист? Мой когнитивный диссонанс усугубляется в разы.

— Добрый, ага, — поглядываю на девочку и слежу за тварью на потолке. — Ты реально экзорцист?

— Эдита, экзорцист шестого разряда. Работаю в МФЦ с Дариной Дмитриевной. Она меня и вызвала. Сказала, её сестра одержима демоном, — снимает с плеч рюкзак и задирает голову. — Ага, ясно. — Делает шаг в сторону.

Существо шлёпается с потолка и остаётся лежать на полу скрюченной недвижимостью. То ещё зрелище, конечно… С одной стороны, чудовище похоже на мою жену, а с другой — это демон.

— Это ты сделала? — растеряно смотрю на экзорцистку.

— Я, да. А вы, собственно, кто такой?

— Муж Дарины… Раж я, — нервно сглотнув, наклоняюсь к обездвиженному телу.

— Не знала, что она замужем.

— Мы недавно поженились, — хриплю. — Так это Даря или нет? — поднимаю глаза на девочку.

— И да, и нет. Вы не видели, как всё произошло?

— Нет, не видел. Я сам недавно пришёл.

— Думаю, демон перебрался в Дарину Дмитриевну из её сестры. Так сказать, сменил сосуд, — заключает с умным видом.

Кому сосуд, а кому жена. Я ведь подумал, что кто-то крайне умело закосил под Дарю, и реально мог шваброй её отходить. От этой мысли становится ещё хреновее…

— Мы будем что-то делать или как? — напираю на экзорцистку.

— Для начала мне надо увидеть сестру Дарины.

Любу? А фиг знает, где она. Принюхиваюсь. Кажется, в кухне.

Раз, два, три, четыре, пять… Нашёл. Любовь в белом платье с розовым пятном на подоле сидит на полу у холодильника. Коленки к груди прижала и раскачивается, глядя в одну точку. Выглядит она как махровая посетительница дурки.

— С катушек слетела? — спрашиваю у специалиста.

— Не исключено, — Эдита разглядывает Любу. — Судя по всему, демон пробыл в её теле не меньше полугода. Психика не выдержала.

— По ней и видно, — хмурюсь.

— Всё, — девочка отряхивает руки, — можем оформлять договор, — достаёт из розового рюкзака бумаги.

— Какой договор? Разве ты не коллега Дари из МФЦ?

— Коллега из МФЦ, но вызов частный. То есть платный, — протягивает мне бумаги. — Ознакомься, подпиши и приступим.

Читаю и офигиваю: цена вопроса — четыреста пятьдесят кусков.

— Такая маленькая и такая жадненькая, — поднимаю глаза на девочку.

— Мне семьсот лет, если что, — вздёргивает курносый нос. — И вообще, ты не в той ситуации, чтобы торговаться.

Это правда. Думаю, никому не придёт в голову торговаться, если в жену вселился демон. Да я и не собирался сбивать цену, просто прифигел от прайса.

— Безналом принимаешь? — достаю телефон из кармана.

— Принимаю, — улыбается девочка.

Эдита диктует номер, и я перевожу ей деньги. У меня на карте остаются шесть тысяч рублей. Вот оно как бывает — планируешь купить лекарство от сексуального бешенства, а тратишь все бабки на экзорцизм. Спасибо, Люба! Где она только этот «сифилис» подцепила?..

— Давай уже делай что-нибудь, — поторапливаю девчонку. — Я не хочу, чтобы моя жена тоже слюни начала пускать, — киваю на Любовь.

Экзорцистка работает. Я ассистирую. Первым делом несу Дарину в спальню, укладываю на матрас и привязываю её к кровати, любезно предоставленными Эдитой верёвками. Пока я вожусь с вязками, экзорцистка чертит мелом круг на полу, потом щедро посыпает пол солью и расставляет чёрные свечи. Двадцать первый век на дворе, а демонов изгоняют по старинке. Надеюсь, осинового кола не будет? Или осиновый кол — это не про демонов? Короче!..

— Всё? — у меня терпение на исходе.

— Почти, — девочка прищёлкивает пальцами, и фитили свечей вспыхивают огоньками. — Сейчас только найду сосуд, — снова лезет в рюкзак.

Эдита извлекает оттуда лампу Алладина. Натурально восточная масляная лампа с блошиного рынка. Это, я так понимаю, новая жилплощадь демона. Теперь, если мне предложат лампу с джинном, я десять раз подумаю, прежде чем её взять.

— Начинай уже, — плюхаюсь в крутящееся кресло на колёсиках.

— Начну. Как только ты выйдешь. Я не работаю на публику, — заявляет девчонка.

Так и хочется хорошенько дёрнуть Эдиту за косичку, чтобы не выкаблучивалась. Но она экзорцист. Затаит обиду, и полезут у меня демоны из-под кровати без перерыва. Хуже всего, что от такой, как Эдита, не спрячешься — она и с того света достанет. В общем, возмущаться отменяется — иду на выход.

Стою в коридоре и слушаю, как за дверью происходит обряд экзорцизма. От этих звуков у меня седых волос прибавилось. На жопе. За жену страшно.

Приоткрыв дверь, заглядываю в комнату.

— Ты всё испортишь! — не своим голосом орёт Эдита. — Вон!

Меньше всего я хочу всё испортить. Ещё раз увидеть бешеную Дарю на потолке — сердце может не выдержать. Бедная моя девочка…

Экзорцистка громко читает заклинание, а демон визжит, вопит и вообще ведёт себя невоспитанно. Сломал что-то из мебели походу.

Я как кол проглотил — напряжённый, с прямой спиной, стою в коридоре и молюсь Луне, чтобы жена пережила весь этот ужас и не сошла с ума. Одной сумасшедшей в семье достаточно.

Внезапная тишина болью врезается в уши. Толкаю дверь, захожу в комнату — бардак тут конкретный. Довольная экзорцистка собирает инвентарь, а моя Даря сидит на кровати с абсолютно растерянным выражением лица.

— Лап, ты как? — быстро иду к ней.

— Н-нормально… — у бедняжки зуб на зуб не попадает. — Уж-ж-же…

Подбираю с пола одеяло, накидываю жене на плечи и, сев рядом, сгребаю её в охапку. Трясёт лапу неслабо. Колотит прям.

— Всё хорошо. Его больше нет, — бормочу банальные глупости, не зная, как ещё успокоить Дарю.

— Матёрый демонюга, — со знанием дела заявляет белокурая девочка. — Чуть в меня не зашёл.

— Спасибо, Эдита Павловна, — немного отойдя от шока, Даря благодарит спасительницу.

— Всегда пожалуйста. Обращайтесь ещё, — улыбается экзорцистка.

— Нет уж, — хмурюсь, крепче обнимая жену. — Обойдёмся без демонов.

— Всякое бывает, — хмыкает Эдита. — Дарина Дмитриевна, завтра на работу можете не приходить. Я даю вам освобождение на один день, начальство сама уведомлю. Отдохните, снимите стресс. А демона я забираю с собой — опасный экземпляр.

— Угу… — Даря кивает. — Сколько я вам должна?.. Можно рассрочку?

— Ваш муж всё оплатил. Не переживайте, — надевает розовый рюкзачок на плечи. — А сестре вызовите скорую. Психиатрическую бригаду.

— Любе? — встрепенувшись, Даря выбирается из моих объятий. — Что с ней?

— Я не доктор, к сожалению. Диагноз поставит психиатр, — вздыхает девочка. — Не провожайте.

— До свидания, — Дарина заворожено смотрит в спину коллеге.

Входная дверь хлопает, а моя жена вздрагивает.

— Люба там… В кухне, — беру Дарю за руку.

Глава 22

Растормошить Любу не получается. Что мы с Раждэном только ни пробовали: уговаривали, просили, ругали — ноль эмоций. Любовь сидит на полу у