Феечка в драконьей академии (СИ) - Софья Дашкевич

с вечностью, которая ждет нас с Дерриком впереди, я полетела обратно, однако на лестнице меня ждал очередной сюрприз. Прямо-таки день нежданчиков! Мне навстречу в обнимку шествовали Кайса и Бранд. Первым моим порывом было слиться со стеной и прошмыгнуть мимо них незамеченной, но с моим цветом волос провернуть такое довольно трудно. Будь мы сейчас в полях лобелий — это одно, а вот здешняя серая каменная кладка с феями работает, как проявитель.

— О, Ви! — расплылась в улыбке Кайса. — Как твое плечо?

Вид у алой был какой-то хмельной. Не думаю, что в столовой расщедрились на вино, — скорее всего, причиной такого состояния был Бранд. Точнее, его ладонь, что покоилась у Кайсы на бедре.

— Уже лучше, — отозвалась торопливо, рассчитывая побыстрее слинять, но не тут-то было.

— Деррик в нашей комнате? — встрял кавалер алой. — Ты ведь к нему ходила?

— Ну вот… — разочарованно вздохнула Кайса. — Я надеялась, мы побудем наедине…

Ни стыда, ни совести! Хоть бы попыталась как-то завуалировать… По ее милости всех фей начнут считать морально неотягощенными! Вот каково будет следующей группе студенток из Тайфо, которую пришлют сюда по обмену? Да их же прямо от ворот в койку потащат!

— Понятия не имею! Я его не видела. — Взлетела на пару ступенек выше, но потом обернулась: — Я собираюсь мыться и переодеваться, так что, пожалуйста, в ближайший час — никаких «наедине» в нашей спальне!

— И почему Мэл думает, что Ви положила глаз на Деррика? — раздался у меня за спиной удивленный возглас Бранда.

— Потому что Мэл — чокнутая! И параноик! — ответила Кайса. — Ви твоего принца на дух не переносит…

Стоп! То есть Деррик еще не отшил Мэлину, и фиолетовая пока пребывает в блаженном неведении?! Но с чего тогда она обсуждала меня с Кайсой?..

— Между нами, драконы Виану, по-моему, вообще не интересуют! Она даже с Лейгардом ни разу не целовалась, — продолжала тем временем алая. — Такая холодная…

— Как же мне повезло, что ты не такая… — сытым котом проурчал Бранд.

Музы, они хоть догадываются, что я все слышу?! И ладно еще нелестные фразочки в мой адрес, — к сплетням я давно привыкла, четыре года в фейской академии как-никак, — но это смачное чавканье… Словно кто-то ест живого речного угря, а тот всеми силами извивается и рвется наружу. Бр-р-р! Неужели наши с Дерриком поцелуи со стороны звучат так же? Ну все, значит, отныне мы будем проявлять чувства только в самых безлюдных местах. Оборудуем в местной рощице землянку специально для поцелуев…

К моему превеликому облегчению, больше мне на пути к спальне никто не встретился. И очень хорошо, потому что отражение в зеркале расстроило меня сильнее, чем я могла вообразить. Выглядела я на редкость отвратительно: шевелюра напоминала синюю паклю, из волос до сих пор торчали колючки шиповника, а тренировочный костюм… Я создала его сама при помощи магии, и мне казалось, что черный цвет — это идеальный выбор. Практичный, не маркий… Как же я заблуждалась! Засохшие пятна превратили меня почти в леопарда… Если только этого леопарда вытащили из придорожной канавы. Зато я лишний раз убедилась в искренности Деррика, — позвать замуж эдакую замарашку можно только по большой и чистой любви.

Избавившись от одежды, я забралась под душ. Вода текла слабой струйкой, да еще и чуть теплая, но меня это не остановило, слишком уж я хотела смыть с себя отпечаток тяжелого дня. Треклятое фехтование, Манфорд, Лейгард с его безумной семейкой… Скрестись мочалкой пришлось усердно, зато мои мучения были вознаграждены: уже через полчаса я сияла, как хрустальная награда за безупречную учебу, и благоухала, как клумба у парадного крыльца нашей родной академии.

Впрочем, ненадолго. На плече наливался здоровенный синяк, и я рискнула-таки откупорить ведьмину мазь. Мамочки, что это был за запах! Словно в крошечную банку разом запихнули тысячу тухлых яиц, приправленных уксусной эссенцией и скипидаром. У меня аж глаза заслезились. И это они называют магией и целительством? Теперь понятно, на чем основан лечебный эффект: от такой вони не то что про боль, — про имя свое забудешь! Задержав дыхание, я взяла немножко мази на кончик пальца и нанесла на ушибленное место. Жар тут же разлился по плечу, синяк стал сначала зеленоватым, потом ушел в желтизну, а затем и вовсе начал исчезать. Как ни странно, ощущения были довольно приятными. Ключевой вопрос заключался в другом: как долго мне теперь придется проветривать комнату и себя, прежде чем я снова смогу показаться людям?

Я плотно закрыла баночку, распахнула окно и принялась активно размахивать большим географическим атласом, чтобы ускорить процесс. Хуже всего было то, что я уже не понимала, остался еще этот жуткий запах или нет, потому как обоняние мне отшибло начисто. А ведь я так мечтала поскорее увидеть Деррика!

Не знаю, сколько времени я изображала ветряную мельницу, но руки загудели от усталости, — атлас весил едва ли не больше моего сундука с красками, — а терпение иссякло. Может, если надушиться посильнее, никто эту мазь не учует? Я сбегала в ванную, отыскала любимый флакончик с поэтичным названием «Прикосновение музы», хорошенько побрызгалась, а когда вернулась в спальню, там уже вовсю хозяйничала Мэлина.

Фиолетовая судорожно копалась в своей тумбочке, вышвыривая все содержимое на пол. Я замерла на пороге: обычно к своим вещам она относилась более трепетно. В боку кольнуло дурное предчувствие. Деррик все рассказал, и поэтому она психует? Или только позвал на разговор, и она просто спешно собирается на свидание? Поди разбери, как вести себя с ней, чтобы ненароком не сболтнуть лишнего!

— Ты что-то ищешь? — аккуратно начала я.

Мэл выпрямилась, и я невольно отшатнулась: лицо у фиолетовой было мокрым от слез.

— Мой эликсир от отравлений… — она всхлипнула и вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Он тебе не попадался?

— Отравление?! — переполошилась было я, а потом меня осенило: — Ах, ты про этот запах… Не волнуйся, никто не пытался нас отравить! Это просто ведьмина мазь. Понимаешь, мое плечо…

— Какое плечо! — перебила Мэл. — Деррик! Он… Он… — И она часто задышала, точь-в-точь как Найла.

Так Дер все-таки сообщил ей, что не собирается на ней жениться?! Но зачем ей тогда эликсир? Бедная Мэлина… Наверное, у нее от расстройства совсем помутился разум…

— Я не хотела причинять тебе боль, правда! Прости меня… Ты еще сможешь найти кого-то другого, не сомневайся!

— Да за кого ты меня принимаешь? — Мэл так разозлилась, что даже перестала плакать. — Деррика отравили, а я, по-твоему,