Измена. Спасти сына дракона - Ирина Романова

надо отпить после моего приказа. Ни секунды не задерживаясь, сначала ты, – посмотрела на девушку, – потом ты, – оборотень кивнул. – Будет однозначно неприятно, но в ваших силах это стерпеть. Проклятие изгоняется с болью и даже кровью…

Рассыпала пепел сожженных трав вокруг пары, начиная шептать заговор. Семь кругов в одну сторону и семь в обратную, за это время я должна прочесть все слова. Ни больше, ни меньше.

– Пей! Три глотка, – приказала я. Девушка, давясь эликсиром, сделала то, что я сказала. – Теперь ты, все без остатка! Держите миску, оба!

Они закашлялись, начиная давиться воздухом, а это означало, что все идет своим чередом. А проклятие уже начало выходить из тел, оно скапливалось в чаше. Кровь, побежавшая из носа, тоже сама попадала в сосуд, который они держали в руках.

– Вот теперь все, поставьте ее на пол, сами, не наступая на линии, покиньте круг.

Они аккуратно опустили сосуд с проклятием, и, переступив меловой рисунок, вышли. Встав в дверях, замерли, оборотень бережно прижимал к себе дрожавшую и едва державшуюся на ногах жену.

Я снова пошла вокруг пентаграммы, призывая тьму забрать то, что она уже отдавала в этот мир. Даже неосознанное желая навредить и имея каплю магии, можно вот так проклясть своих детей. Как сделали их матери.

В середине вспыхнуло сначала пламя, а затем его поглотил дым, и все рассыпалось прахом.

– Вот теперь все! Полегчает не сразу, через несколько дней. Аура должна восстановиться после такого ритуала, я, по сути, сейчас в ней создала дыры. Но вы все сделаете сами. Ваше желание жить все вернет на круги своя!

– Мы вам так благодарны… – Жаннет всхлипнула.

– Просьба не распространяться сразу, кто вам помог. Мне нужны ваши матери… Очень! – мысленно уже ждала их, чтобы получить откуп за снятие их же собственной порчи.

Проводила пару, заперла за ними дверь. Прикрыла ковром уже не действующую пентаграмму, свечи погасли сами.

Теперь я хотела принять ванну и расслабиться, такие заклинания вытягивают не только магию, но и силы, моральные и физические.

– Спасибо, – посмотрела с благодарностью на Лардоса. Он приготовил мне воду, добавив эссенции любимых трав.

Раздевшись, я легла в ванну. Дракон зажег свечи, налил мне в бокал вина, а сам сел на пол на небольшой ковер, постеленный посередине.

– Устала?

– Немного. Но завтра все будет хорошо. – Откинула голову на бортик, где было заботливо положено полотенце. Отпила вина, приподняла бокал, смотря сквозь него. – Красиво, как рубин чистой воды.

– Ты не носишь драгоценности…

– У меня их и нет. А те, что есть, слишком дороги, чтобы их выставлять напоказ. Мне милее то, что ты принес сегодня утром.

– Это безделушки, мелочи… – отмахнулся он. – Но как ни странно, я не приобрел себе золота и богатств. Я просто помощник короля… Родителей не знал, жил в приюте, а потом попал в услужение к отцу Брандуэля. Тот набирал соратников для юного принца. Меня взяли, потому что во мне жил дракон.

– Жил? Ты не родился им? – заинтересовалась я.

– Нет. Просто дух, но, как оказалось, способный к обороту, когда мне исполнился двадцать один год.

– Если ты о том, что не сможешь осыпать меня золотом с ног до головы, то мне это безразлично. Я только поэтому и приняла тебя, понимая, что ты простой и надежный. Мне и так хорошо с тобой!

– Думаешь, Михаэль и Брандуэль будут кичиться тем, что у них есть статус, если станут твоими мужьями? – удивился он.

– Нет. То, что я им не ровня, да. Графиня громко звучит, но я просто вписала в бумажку свое имя. Я дочь крестьянки и заезжего купца…

– Неправда! Если они хотя бы каплю думали так, как ты, рядом их не было! Дай себе шанс узнать их лучше!

– Тебе-то зачем это? Так ты один муж, а так трое…

– Они мои побратимы. Мы единое целое!

– Не могу обещать, но попробую понять. Хочу ли я этого?

– Хотя бы так! Они так радуются приходу сюда. Считают это место Домом.

Я задумалась.

Мне приятно быть рядом со всеми мужчинами.

Уютно…

Теплые слова – Дом и Семья…

Глава 26

Лардос ушел очень рано, забрав с собой Ринарута.

Его сменил Михаэль. Сделал мне завтрак, пока я разбирала травы и готовила их на сушку.

– Спасибо! – поблагодарила его.

– Мне приятно заботиться о тебе, – он сидел напротив, держа в руках большую кружку с чаем.

– Хотела поговорить о лавке, которую мы посетили последней. Ведьма, что там была, мертва, кто-то использует ее тело. И еще…

– Я заметил странность в ней, будучи обладателем темной магии. Но не совсем уверен, что она мертва. Скорее в ее теле кто-то есть или использует его.

– Там знак Неназываемого. Что, если он и тот мир готовится захватить?

– Там сейчас вступил в права юный король. Он имеет слишком слабый магический дар и не сможет защититься.

– И что делать?

– Есть совет магов, высших. Двадцать семь миров в веере, они как бы присматривают за ним.

– Как бы и видно, в четырех уже исчезла магия, в пятом все еще впереди. Ведь знак Неназываемого еще здесь… и шестой мир на примете, и сколько еще не известно! Куда смотрит их глава? – возмутилась я.

– Он почил сто лет назад, а нового так и не выбрали. Поэтому они, конечно, пытаются помочь, но не объединены. Из-за этого проблемы. Одни считают, что все это совпадение, другие не осознают опасность.

– Почему нет старшего? В чем проблема выбрать? Хотят все сразу?

– Наоборот, никто не хочет выставлять свою кандидатуру, – он явно сожалел.

– Нельзя помочь тем, кто этого не желает сам. Но надо что-то же сделать?

– Мы советуемся с еще одной группой достаточно сильных магов, собрали с ними команду. Они занимаются черной пирамидой на горе. Надеюсь, разберутся.

– Хорошо, – Решила не вмешиваться, а то еще обращу на себя внимание Неназываемого.

– Чем займешься?

– Посижу в лавке. Стетхан сегодня только трав занес, а сам ушел. У него там какие-то дела. Приготовлю все для сборов, в общем, поработаю…

– Хорошо. Чем я могу помочь? – кажется, он не собирался уходить.

– У тебя нет своих дел? – намекнула, что Михаэль может идти.

– Скажем так, мы решили не оставлять тебя одну. Будем рядом все время.

– Зачем? – я уже начала нервничать.

– Один из магов считает, что ты в опасности из-за того, что прервала войну по захвату мира. Вернее, обоих. Там, откуда ты пришла, тоже что-то произошло?

– Могу только рассказать, что знаю сама. Но едва ли это