Горький гренадин - Ирина Игоревна Голунцова

звон, поэтому, когда я начал падать, толком не сообразил, что происходит.

Падение длилось не более пары секунд, я лишь почувствовал боль: в ногах, коленях, руках; как мелкие осколки булыжников ссадили кожу, а камни крупнее били по спине. Задыхаясь от облака поднявшейся пыли и дыма, ощущая жар огня, я надеялся, что не погибну столь плачевной и глупой смертью. Быть расстрелянным из ржавого куска металлолома — вздор!

Похоже, многие из офицеров остались в живых, о чем свидетельствовал судорожный кашель, разрывающий пространство и раздраженная ругань. Звуки выстрелов отдалились, остались позади, но едва мы успели прийти в себя, как шквальные порывы ветра развеяли густую дымку.

В глаза забился песок, я с ненавистью зажмурился, уже с ужасом представляя, какая картина откроется перед моим взором. Думаю, что никогда в жизни так не боялся, разве что в детстве, когда прятался от отца в шкафу, а он постоянно находил меня и с хищной ухмылкой нависал грозной фигурой. Так и Сокол Тысячелетия парил над базой, нацелив на нас бортовое оружие. Если бы полковник не струсил и выстрелил бы, этого не произошло, ситуация была бы спасена.

Вот так умирает победа…

Оглушительный грохот вдребезги разрушил секунду тишины, последнюю надежду выбраться с поля боя, оставалось только умереть ни за что. Я не хотел погибать с сожалениями, в полном отчаянии и ненависти. Сжимал кулаки, стиснул челюсть и вжал голову в плечи, ожидая конца…

…который не приходил.

Мощь огня лилась сильным потоком, напоминающий голодного опасного зверя, который пытался дотянуться до нас, но никак не мог. Его когти блестели, излучали жар и опасность, но бились о невидимый дрожащий барьер. Я рискнул приоткрыть глаза и чуть не ослеп от алого сияния и обжигающего излучения тепла.

Обстрел прекратился столь же быстро, как и начался, и тогда я — как и офицеры — в растерянности осмотрелся, обнаружив вокруг выжженный почерневший бетон, от которого тянулся дым. Судя по тому, что корабль не атаковал вновь, пилот также пребывал в недоумении, и мгновение напряженного ожидания затянулось.

Сокол чуть качнулся в сторону, а затем по его борту ударила молния, вырвавшаяся с крыши блока, куда мы направлялись несколько минут назад. Металл на месте попадания почернел, от него потянулся дым и вспышки искр; корабль накренился и стремительно падал вниз — пилот тщетно пытался удержать машину в воздухе. Как раз в том направлении, откуда выбежала знакомая группа солдат, возглавляемая высокой фигурой в черной мантии — не Кайло, другой из рыцарей Рен.

— Проклятье… Всем, оружие на!..

Не успел я отдать приказ, как со стороны врага послышались крики, а вслед за ними — взрыв — похоже, Сокол Тысячелетия потерпел крушение, однако ужас противника вызвало не это. Две фигуры в черно-красных одеждах: одна в алой мантии с отрезанными рукавами, другая в черном прилегающем костюме и высоких сапогах, — вырвались, словно из неоткуда, с неожиданной мощью атаковав врага. Сначала я подумал, что незнакомец в красном носил длинный шарф, однако ошибся, поняв, что на ветру при каждом взмахе меча с плазменным лезвием развивались длинные черные волосы.

Женщина. Женщина с оружием Алой Стражи.

Вторая фигура выглядела более скромно и невзрачно, но одна деталь заворожила меня и всколыхнула воспоминания, причем не самые приятные — алый клинок Кайло Рена. Но лезвие незнакомца было короче, а рукоять — длиннее… и это вовсе не меч. А чертово, мать его, копье. И незнакомец неожиданно стал очень даже узнаваем.

Девушки мгновенно окружили оставшегося среди трупов соратников рыцаря, вооруженного плазменным мечом, и он держался стойко, однако его хватило лишь на пару секунд, пока алое лезвие светового копья не отрубило ему руку, а меч не пробил грудь.

Поле боя затихло, ветер разогнал облака дыма. Закат пылал ярким золотом. И, быть может, я не видел ничего прекраснее в жизни, чем эта девушка, в чьих стянутых на затылке волосах переливался солнечный свет, а рука сжимала полыхающее алой плазмой световое копье.

Поймав мой взгляд, она улыбнулась. А я, наконец, позволил себе вздохнуть с облегчением.

Глава 8. «Сквозь жизнь и смерть»

Комментарий к Глава 8. «Сквозь жизнь и смерть»

Последняя глава. Плюс гетный пролог, который все так ждали. Буду кратка — всем приятного чтения:D

Глава 8. «Сквозь жизнь и смерть»

Световое лезвие полыхало, его гудение прорывалось даже сквозь пение битвы на заднем фоне, что невольно будоражило воображение. Оружие стало легче — намного легче; без основания прежнего плазменного лезвия у меня складывалось ощущение, будто я держала обычную палочку. Что ж, надо признать, Ричард оказался умелым инженером и не взорвал нас во время полета, пока работал над копьем.

— Лейтенант.

Я вновь обернулась к генералу Хаксу, на этот раз решив одарить его не приветливой доброй улыбкой, а серьезным пронзительным взглядом. Он также поспешил забыть секундную слабость, взяв себя в руки и с гордо поднятой головой зашагав навстречу.

— Генерал, — выключив оружие, я быстро оглянула офицеров, убедившись, что никто из них не пострадал. — Вы целы?

— Да, более чем, благодарю, — преувеличенно быстро отозвался мужчина, испытывая то ли неловкость из-за ситуации, то ли до сих пор не веря, что пережил атаку Сокола. Он мог бы это проигнорировать в своей обыденной манере, попросту отдать приказ, но, как показала ситуация, для одного дня на него свалилось слишком много проблем. — Что, черт возьми, это было? И кто?.. Ваша подруга?

Лилин блуждала неподалеку, осматривая периметр и лишь на мгновение, услышав свое имя, дернула плечом. Я перевела взгляд от девушки на крышу здания напротив, где рукой помахал Шейн. Шейн-молниеносен, мать его.

— Это были мы, — решила начать я с наиболее очевидной и простой вещи. — Я, старший лейтенант Лилин Ашме, — указала на брюнетку большим пальцем, — старший лейтенант Шейн Бекер — он на крыше. А также капитан Ди Стефано, он…командир он… прикрывает нас. Откуда-то.

— И кто они?

— Мы члены Алой Стражи. Похоже, единственные выжившие.

— Звучит не так чтобы убедительно. Как вы вообще сюда добрались, не подняв шум? Ваш корабль должны были бы заметить.

Расписать все с самого начала, или обойтись коротким резюме?

— Мы угнали поезд.

Генерал хотел что-то сказать, но передумал, только устало закатил глаза и покачал головой. Выслушивать объяснения, как нам удалось перехватить военный транзит и добраться до блока базы D-3, а затем незаметно от солдат и камер прокрасться дальше, он не намеревался. А история, по правде, заслуживала быть услышанной.

— И чего расселись? — Оглянувшись на подчиненных, пребывающих в состоянии шока, Хакс