Леди из Уотерхолла - Надежда Игоревна Соколова

— А букет перенеси в крыло для призраков, — отдала я следующий приказ. Пусть Астер с товарищами развлекается — цветы на лепестки разбирает.

Оставшись в одиночестве, я несколько раз глубоко вдохнула и резко выдохнула. Помогло не очень. Сердце все еще тарахтело в груди. Душа рвалась вслед за Витором.

Ну уж нет. Мне еще сегодня с управляющим разговаривать. А потом перед отцом отчитываться. На Витора у меня точно времени нет.

Пришла в себя окончательно я примерно через час, не раньше. И вовремя: прибежавшая Дарна сообщила, что меня ждет управляющий. Нет, не так. Управляющий «нижайше просит принять его».

Я нехотя поднялась из своего кресла в спальне, стоявшего перед камином, и неспешно направилась вниз. На этот раз решила обойтись без фамильных драгоценностей. Не нужно лишний раз светить их, даже перед слугами. Отец может узнать, начнутся неуместные вопросы. А мне это точно ни к чему.

Управляющий ждал меня в гостиной, той самой, в которой мы встречались совсем недавно. Разительное отличие от нашей предыдущей встречи. На этот раз рин Ингар вел себя скромно, не чесался и даже принес деньги. Довольно внушительный холщовый мешочек, полностью наполненный золотыми монетами, лег, развязанный, на столик передо мной.

— Ваше сиятельство, ваш батюшка приказал передать вам деньги на содержание замка и проживание, — почтительно произнес управляющий.

Я хмыкнула про себя. Оказывается, всего-то и надо было, что позвонить и пожаловаться отцу. И сразу же поведение изменилось в лучшую сторону. Да и деньги внезапно нашлись.

— Благодарю, — кивнула я. — Они мне понадобятся.

Говорить с управляющим нам было не о чем. Я не собиралась посвящать его в свои дела и планы. Он теперь боялся лишний раз кашлянуть при мне. А потому совсем скоро он удалился, сославшись на кучу неотложных дел.

А я… Я поднялась к себе с холщовым мешочком в кармане. Высыпав монеты на столик, я принялась пересчитывать их.

Оказалось тридцать пять штук. Крупные, полновесные, они могли существенно облегчить жизнь бедняжке Вильгельмине, оставшейся совсем без средств к существованию.

Если просто жить в этом замке, не задумываясь о его улучшении, платить слугам за работу и Инге — за закупку продуктов, то на три-четыре года вполне хватит. Но не мне. Я собиралась потратить все в ближайшие пару-тройку месяцев, в том числе и на ремонт.

Кстати о ремонте… Вызванная Дарна сообщила:

— Да, ринья, работники еще утром пришли. Инга их покормила. Они разбрелись по комнатам, что-то там чинят.

Отлично. Замку даны были четкие указания: следить за каждым из работников и не допустить кражу или порчу имущества с их стороны.

Так что постоянного надзора ни за кем из них не требовалось. За меня все сделает магия. Я же буду контролировать результат и оплачивать работу.

Глава 41

Вечером состоялся долгожданный разговор с отцом.

— Мать хочет тебя увидеть, — буркнул ненаглядный родитель, снова чем-то недовольный. И что-то мне подсказывало, что с его стороны это был только предлог — чтобы самому иметь возможность лицезреть все, что происходит в замке. Так сказать держать руку на пульсе нынешних событий. — Мы придем порталом завтра.

— Как скажешь, батюшка, — покорно согласилась я. — Надеюсь, ты не будешь против…

— Против чего? — с подозрением спросил отец.

Правильно. От меня, непутевой дочери, ничего хорошего ждать не приходится. Только пакости одни, угу.

— В замке ужасная мебель, — пояснила я, надеясь, что обойдется без скандалов. — Гостей приглашать стыдно. Я вызвала плотников из деревни.

— Плотников — это мужиков, что ли? И ты сама с ними общалась?! — вознегодовал отец.

— Так некому ж больше, батюшка, — тяжело вздохнула я. Надо было как по нотам разыграть роль находящейся в нужде аристократки, чтобы ненаглядный родитель проникся моим тяжелым положением. — Управляющий каждый раз сбегает отсюда, как из Бездны. Лишней минуты не пробудет. И старается поменьше со мной общаться.

— Уволю, — скривился отец. Наконец-то до него стало доходить, что кадры он подбирать не умеет. Да и вообще, следить надо за действиями наемных рабочих и хотя бы изредка приглядывать за имуществом. — Вот приеду и точно уволю. Допустить, чтобы благородная леди сама общалась с крестьянами! Еще и указания им выдавала! Точно уволю! Он тебе золото передал?

Я кивнула.

— Тридцать пять штук. Я их самолично посчитала после его ухода.

— Верно, — подтвердил отец. — Хоть что-то смог сделать правильно. Но я его все равно уволю!

Ой, да увольняй. Мне-то что. Я и нового управляющего быстро на место поставлю, если понадобится.

— Алексис звонил расстроенный, — между тем сообщил отец. — Что у вас там произошло?

Я вздохнула. Снова. И снова тяжело.

— Вильгельмина? — отец начал подозревать неладное.

— Он меня приворожить хотел, батюшка, — да-да, именно правильный тон выбран, буквально со слезами на глазах и надо рассказывать. Пусть поймет, как тяжело его дочери общаться с таким жадным идиотом, как Алексис. — Букет подарил, а в нем — дорисы и шарты…

Отец выругался, снова на незнакомом мне языке. И снова я ничего не поняла. А жаль. Пополнила бы свою коллекцию ненормативной лексики. Удивила бы окружающих в нужный момент.

— Идиот безмозглый! Додуматься надо — невесте букет с дорисами дарить!

Вот. Я тоже не в восторге от умственных способностей Алексиса. Хоть в чем-то мы солидарны.

— Завтра поговорим. Мы с матерью еще до завтрака у тебя появимся, — прервал разговор отец. — Может, и пообедаем вчетвером. При нас пообщаешься с этим идиотом. Решите все свои вопросы раз и навсегда.

— Как скажешь, батюшка, — покорно откликнулась я.

Сеанс связи прервался. И я хмыкнула. Завтра ожидается веселый день. Если отец пригласит на обед Алексиса, то надо будет замку четкие указания давать, чтобы ни в коем случае Витора не пропускал. А еще лучше — глушил все звуки, исходящие от него. Так, на всякий