Снежные истории. Сборник бесплатных рассказов (СИ) - Ольга Сергеевна Шерстобитова

лет он в плену? И как в нем до сих пор остались какие-то чувства? Смеялся же, удивлялся, казался живым… Настоящим.

Феечки подлетели ко мне, протянули свои ладони, кивком указали на мои.

— Да не хочу я вас убивать!

Волшебные создания замерли, но снова повторили жест. Я вздохнула и протянула руки. Несколько палочек коснулось их, создавая маленький ураган. Одна из феечек нырнула внутрь него и засмеялась. Я, не мешкая, кинулась к креслу чародейки и поднесла ладони к ее лицу. Серые глаза сверкнули злобно и гневно.

— Засчитано, — ледяной голос отразился от стен, а феечка уже выпорхнула из моих ладоней и улетела к подругам. — Можешь отдохнуть. Следующее испытание я еще не придумала. — Поешь, поспи…

«Сойди с ума от неизвестности», — хотелось добавить, но я благоразумно промолчала.

— Я тебе позову через время.

Чародейка встала и растворилась в вихре снежинок. В огромном зале остались мы с хмурившимся Арием и снежные феи.

— Чем ты недоволен?

— Всем.

— Я так сильно не устраиваю тебя в качестве невесты?

Синие озера глаз снова окутали меня, лишая воли. Он подошел, не отводя взгляда, наклонился так, что холод коснулся моего лица.

— Устраиваешь, — ответил тихо. — И мне будет жаль, когда ты умрешь.

— Жаль?

— Да.

— А я слышала, что ты…

— Знаешь, почему ее чары так сильны?

— Нет.

— Она играет на человеческих слабостях. На страхах. И никто, никто из тех, что приходил и желал меня спасти, не смог их побороть.

— Я не трусиха, — заметила обиженно.

— Знаю. И это страшнее всего. Нить между храбростью и безрассудством слишком тонка.

Я вздохнула. В чем-то Арий, несомненно, прав. Но как мне быть?

— Ты можешь отказаться от второго испытания. У меня есть дом. Отведу, будешь там жить. Она не найдет.

И у него останется ледяное сердце.

— Зачем ты ей нужен? — спросила я, проигнорировав его сомнительное предложение.

— Ты не ответила.

— Только с тобой.

— Что со мной?

— В тот дом я вернусь только с тобой, Арий.

Он разозлился. Так разозлился, что в руках у него появился ком снега, который он сжал в ладонях и высыпал на пол. Тот не таял.

— Глупая, — как-то бессильно сказал он.

— А сам… ты вроде не похож на труса.

— Да причем здесь это? Я тебя уберечь хочу. Спасти.

— Благородное и похвальное желание.

Блондин вздохнул.

— Не ешь ничего и не пей. Она добавляет в еду дурман-траву, — смирившись, сказал он.

— Зачем ты ей? — снова спросила я.

— Когда-то я оказался глупцом и отказал ей… в своей любви. Она отомстила. Привязала к себе, перенесла в чертоги, заставила стать тем, кем я не хочу быть. И я могу вырваться из этого плена всего лишь один раз в год. В Ледяную Полночь. Она открывает дорогу, которую может найти тот, кто верит. И дает шанс, — ответил Арий. — Но на самом деле, для нее это игра, не больше. Она никогда меня не отпустит.

***

Я не знаю, сколько прошло времени, потому что я провалилась в какой-то полусон-полудрему. Нет, сначала я попыталась покинуть отведенные мне покои, побродить по заколдованному замку, но из этого ничего не вышло. Дверь не открывалась, слуг не было, а еда уже стояла на высоком столике, но я к ней не прикоснулась, вспоминая наставления Ария. И все, что мне оставалось делать — спать, чтобы хоть как-то восстановить силы. Получалось плохо. Я ворочалась на постели, устланной мехами, рассматривала стены, сделанные из толстого льда, и ждала. Ожидание тяготило и не приносило облегчения.

Когда я снова оказалась в огромном зале, даже обрадовалась. На мгновение. Снежных фей уже не было, под ногами бродили сквозняки, а стены, раньше покрытые серебристой бахромой инея, стали прозрачными. Но ничего кроме темноты сквозь них разглядеть было невозможно. Свет лился из синих шаров, висевших под потолком.

— Не передумала? — спросила чародейка.

— Нет.

Она усмехнулась, села в кресло.

— Подойди.

Я выполнила требуемое, рассматривая серебряные узоры на ее пышном платье. Она что-то прошептала, на столике, что находился между нами, появились весы. А на них… на них лежали два сердца. Слева голубое, светящееся, а справа… ярко-красное, сияющее.

— Одно из них принадлежит Арию, одно — тебе. Выбирай.

— Для чего выбирать?

— Кого из вас оставить в живых, — спокойно пояснила чародейка.

— Это нечестно! Вы обещали, что если я пройду испытание, то вы…

— А ты прошла? — холодно уточнила она. — Я отпущу его, если ты выберешь его сердце.

То есть умру. Впрочем, мне никто не давал клятв, что я останусь жива. И прав Арий, у всего есть цена. У жизни. У слабости. У любви… У последней самая высокая.

— Ария, — спокойно сказала я.

Чародейка поднялась, нависла надо мной.

— Ты смеешь…

— Отпусти, — голос Охотника был невозмутим и тих.

Я дернулась и постаралась успокоиться.

— Она выбрала и сейчас умрет.

— Уверена?

Чародейка взяла мое сердце с весов, сжала, и мир покачнулся. Стало невыносимо трудно дышать, грудь жгло. Темнота заполонила меня. Я упала. И неожиданно все исчезло. Я села и неверяще оглянулась. Сердце по-прежнему лежало у чародейки в ладони, но сколько она не силилась, раздавить его не могла.

— Что ты сделал? Ты… ты защитил его…

— Любовью.

— Ты не можешь ее испытывать, — прошипела она.

— Но она, — мужчина показал на меня, — может. Я всего лишь использовал нужное заклинание.

— Ты… ты…

— У нее великое сердце. Храброе, сильное, верящее. Твои чары бессильны.

— У тебя оно тоже было таким, но я смогла…

— Ты меня обманула.

— Поверил же…

— Поверил. И дорого за это заплатил. Знаешь, раньше я думал, что буду сожалеть вечность, ненавидеть тебя, желать убить…

Арий вздохнул.

— А теперь? Неужели ты не испытываешь ярости?

— Теперь я думаю, что если бы не твое колдовство, то никогда бы не встретил свою судьбу.

Голос мужчины звучал спокойно и ровно. Будто бы он говорил о том, что получил очередное письмо от дальнего родственника.

— Прощай, — тихо сказал Арий.

Чародейка что-то бессильно закричала, но мужчина не отозвался.

Развернулся и подошел ко мне. В это мгновение я увидела, как в руке чародейки растаяло мое сердце. Второе же, уже ярко-красное, а не голубое, с мгновение лежало на весах, а после тоже исчезло. Злая магия сгинула. Чародейка взметнулась в появившейся метели, оставляя после себя лишь рой снежинок. Она проиграла, признала это…

— Как тебя зовут? — спросил Охотник.

— Анна, — растерянно отозвалась я.

— Арий. Приятно познакомиться.

Он протянул руку и улыбнулся. Открыто, искренне. Синие глаза сияли, так, что звезды бы позавидовали. Я коснулась его ладони. Теплая.

— Что сначала? Представишь меня своим родственникам или посмотрим дом?

— К-какой дом?