Тот раз, когда я напилась и спасла демона - Кимберли Лемминг

мою нерешительность и нахмурил брови.

— Ты в порядке? — в его темных глазах вспыхнуло золото. — Один из тех мужчин трогал тебя?

Боги, как работают слова?

— Я… эм… нет. У нас почти закончились фазаны! Так что если ты хочешь, тебе придется идти за ним сейчас!

— Ох, — он выдохнул. — Я сыт, спасибо.

— Хорошо, отлично!

Мой ответ прозвучал полуписком. Убитая горем, я развернулась и побежала обратно наверх. Ты все испортила, идиотка. У тебя была одна работа, а из твоего рта вырвались слова: «У нас почти закончились фазаны».

Я вернулась за стол к Уше и стала потягивать свой напиток. Холли погладила меня по спине.

— Всё так плохо? — спросила она.

— Я замялась и спросила его, не хочет ли он фазана.

Феликс фыркнул, когда я ударила головой по столу. Почему я была такой трусихой? Не похоже, что мужчина подавал мне смешанные сигналы. Спустя всего несколько дней нашего маленького путешествия, и он сказал мне, что сделает меня своей женой. Если я чему-то и научилась за время, проведенное вместе, так это тому, что Фэллон не дает ложных обещаний. Так почему же я так боялась просто сказать ему о своих чувствах?

Уша поставила на стол ещё один кувшин с медовухой.

— Ну, нет причин, по которым ты должна признаваться сегодня. Сегодня всё равно вечеринка! Давайте выпьем!

Уша была права. Ничто не мешало мне завтра попробовать ещё раз. Тогда я точно расскажу Фэллону о своих чувствах.

Это было последнее, что я смогла вспомнить перед тем, как отключилась.

Глава 11

Мне казалось, что топор раскалывает мою голову на две части. Я проснулась, прислонившись головой к широкой груди Фэллона. Он нежно поглаживал рукой мой бок, мирно дыша.

— Ты наконец-то проснулась? — спросил он.

Я застонала и пошевелилась, обнаружив, что рядом со мной что-то упало. Повернувшись, я увидела гигантскую головку сыра, завернутую в бумагу, за которой на моей половине кровати лежали ещё несколько аккуратно завернутых упаковок сыра. Один прямоугольник чеддера был надкушен. Я посмотрела на Фэллона и увидела, что его сторона кровати также занята различными сырами.

— Почему кровать вся в сыре?

— Ты не помнишь? — Фэллон положил руки за голову и улегся обратно. — Прошлой ночью ты потребовала, чтобы мы принесли тебе сыр, а потом заявила, что ты — Королева Сыра.

Я моргнула.

— Не может быть такого.

— Правда? — спросил он с ухмылкой. — Потому что я прекрасно помню, как ты поручила нескольким оркам принести тебе сыр. Затем ты села в капитанское кресло, и слова «Я — Королева Сыра» определенно прозвучали из твоих уст.

Мое лицо покраснело, и я в ужасе поднесла руки ко рту.

— Ты врёшь!

Фэллон просто рассмеялся. О боги. Он ведь не врал, не так ли?

Феликс открыл дверь в нашу каюту и вошел с взволнованным выражением лица.

— Королева Сыра не против того, что мы ограбили грузовой корабль?

— Я не Королева Сыра!

Блондин поднял бровь.

— Посмотри налево. А теперь посмотри направо. Ты — Королева Сыра. Согласна ли Королева Сыра на то, чтобы мы ограбили грузовой корабль?

Убейте меня.

— Ладно! Конечно. Делайте, что хотите.

— Отлично, я скажу команде.

С этими словами Феликс закрыл дверь. Звук его шагов, когда он убегал, бил в мой больной череп, как в барабан. Фэллон пытался подавить свой смех рядом со мной, но не смог.

— Фэллон, прежде чем ты поднимешься наверх, окажи мне одну маленькую услугу и просто… просто убей меня.

Мой демон разразился полноценным смехом, услышав эту просьбу.

— Я не… я не хочу смотреть на мир после этого, так что просто перережь мне горло, любым самым быстрым способом. Просто покончи с этим.

— Любовь моя, я скорее убью всех на этом корабле, чтобы избавить тебя от позора.

— Да, но ты то всё равно будешь знать! — прошипела я ему.

Его дьявольская ухмылка заставила мое сердце учащенно забиться.

— Да. Я всегда буду знать. А теперь не шевелись.

Фэллон положил руку мне на лоб. Его теплая кожа ничего не делала против моей жгучей головной боли. Затем, прежде чем я успела отмахнуться от него, его рука засветилась тем же черным светом, который он использовал, чтобы превратиться в дракона. Через мгновение мое похмелье исчезло, как будто его и не было. Мое тело полностью восстановилось, даже стало легче.

Я вздохнула с облегчением.

— Как ты это сделал?

Он вернул руки на затылок и закрыл глаза, расслабляясь.

— Магия, любовь моя. У неё гораздо больше пользы, чем просто гребля на лодке или подогревание воды, — он открыл один глаз, чтобы посмотреть на меня. — Ну?

— Ну, что?

— Разве я не должен получить по крайней мере пятьдесят очков за то, что вылечил твою головную боль?

Его ухмылка была дразнящей и ужасно очаровательной.

Я снова устроилась у него под боком и обвила рукой его талию. Он пах розами и домом. Я не знаю, когда его запах стал вызывать у меня ощущение, что мир вокруг меня исчез, но это было так. Это было правильное чувство. Он был правильным выбором.

— Как насчет девятисот?

Под своим ухом я ощутила, как заколотилось сердце в его груди.

— Не могла бы ты повторить это, Кролик?

Мои щеки загорелись, когда я почувствовала знакомое жжение смущения. Но на этот раз я не стала отступать. С этим было покончено.

— Фэллон… я думаю, что люблю тебя.

В одно мгновение я оказалась прижатой к стене каюты, зажатой между деревом и моим демоном. Черные глаза Фэллона впились в меня, пока он вглядывался в моё лицо. Он судорожно провел рукой по волосам.

— Синнамон, не играй со мной. Мне нужно, чтобы ты говорила искренне, — он сжал мои бедра, как будто думал, что я убегу, если он ослабит хватку. Наверное, несколько недель назад я бы так и сделала.

Я заставила себя встретить его взгляд.

— Я серьезно.

Его дыхание участилось, а черные тени его магии образовали легкий туман в комнате.

— Я не изменился, — хватка на моей талии сжалась достаточно сильно, чтобы оставить синяки от отпечатков пальцев, когда он отпустит меня. — Я всё ещё демон, способный и желающий убить любого, кто встанет на моём пути. Я мог бы сломать тебя как спичку, если бы хотел твоей жизни, — он сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Но Синн, я жажду не твоей жизни. Если ты согласишься, если ты примешь меня, я заберу твою душу.

Мои руки дрожали, когда я поднесла их к его лицу.

— Забери её, — прошептала я.

Темный туман, казалось,