Хорошая иномирянка, плохая иномирянка - Александра Ибис

– Господин Серпейн, я бы и дальше позволил Юлии развлекать вас беседой, но, боюсь, мы пришли по делу. Объявилось то, что вы выпустили с леди Астрид Кейран сто лет назад.

Змей как-то сразу подскочил, сел прямо, спинку по струнке вытянул да губы в тонюсенькую ниточку сжал. Неожиданно. Даже я не ожидала, что о цели нашего визита декан сообщит так, хотя знала, о чем он должен сказать. Но вот они сначала немного поцапались, а вот он вдруг так сразу в омут с головой змея запихнул.

– Я не…

– И не надо говорить, что вы не понимаете, о чём речь. Сто лет назад моя мать помогла Астрид бежать, и ваша подруга обмолвилась об этом. А несколько месяцев было совершено нападение на членов королевской семьи, Даниэля Кейрана и Юлию. Некто, кого не удалось отследить, пробил ментальную защиту драконицы королевской крови и, по словам моей ученицы, упомянул её бабушку. И это было только первое предупреждение. Нам нужны ответы, господин Серпейн, потому что бороться с чем-то непонятным мы не можем.

Плечи Калира поникли. Он стиснул руки в кулаки и уставился куда-то в пустоту. А потом… заговорил.

Мы с Астрид близко дружили ещё со времён Академии, несмотря на то, что она была драконицей, а я морским змеем. Вся расовая вражда закончилась между нами, едва это прелестное создание позвало меня подраться «по-мужски» и погоняло по тренировочному полю. Она не была слабой девушкой, не была высокородной выскочкой, и мы быстро поладили.

Пока мы учились, постепенно становились всё ближе друг к другу, и дружба переросла в нежную любовь. Мы собирались пожениться после окончания Академии, однако когда она вернулась домой, то узнала, что родители подобрали ей жениха из дарнейских аристократов.

Какое-то время ей удавалось оттягивать брак. Как раз в тот период Астрид навестила меня в Морении. Она всегда испытывала страсть к приключениям, была словно живой огонь, который ничего не боится. Ася убедила меня отправиться с ней в Тёмные Леса, говорила, что всю жизнь мечтала в них побывать, посмотреть, правдивы ли слухи о них, проверить свою живучесть. Едва ли не плакала, так как боялась, что такой возможности у неё может больше и не быть из-за семьи, что ей нечего терять. Сказала, что если я не пойду с ней, то пойдёт одна. Отпустить её одну я не мог, потому последовал за ней.

Поначалу всё было спокойно. Нам попадались относительно доброжелательно настроенные привидения, с которыми можно было договориться за достойную плату. Но под вечер мы натолкнулись на сборище умертвий и, убегая от них, провалились в подземные пещеры.

Ася ныть не стала и мне бояться не дала: надо было выход искать. Мы долго шли по коридору пока не натолкнулись на то единственное, что напоминало дверь. Огромный камень в драконий рост размером, испещрённый сетью заклинаний на древних языках, включая моренский и дарнейский. Пока мы силились его как-нибудь сдвинуть, применяя и физическую, и магическую силы, не заметили, как Астрид порезала руку и её кровь окропила камень. И мир содрогнулся.

Земля под ногами задрожала, камень затрясся и рассыпался в пыль, образовывая провал из которого потянуло подавляющей, убийственно мощной тёмной силой некромантов. Внутри был спящий кроваво-красный дракон, однако когда Ася осторожно прикоснулась к его чешуйкам, то обнаружила, что они холодны как лёд. А потом он вдруг проснулся, открыл свои золотые глаза и зашипел. После чего его тело окуталось чёрной дымкой, из которой выступил мужчина. Он поклонился Астрид и представился Вальдемаром Лориканном. Поблагодарил её за то, что выпустила его из долгого плена. Сказал, что теперь он будет оберегать и защищать её, так как с её смертью он вновь окажется взаперти. Теперь её жизнь была его жизнью, а её сила – его силой. А я… я оказался навеки привязан древней магией к Тёмным Лесам, темнице дракона, и отныне не мог надолго их покинуть. Ведь именно мне, согласно посетившему меня видению, предстояло умереть и своей жертвой запереть дракона вновь после смерти Астрид. И дабы я смог выполнить это предназначение, древние заклинания не давали Вальдемару убить меня.

Нам повезло: он тогда ещё только пробудился и был слаб. Чудом нам удалось сбежать во внезапно появившийся коридор, в котором обнаружился древний портал, ведущий в Дарнею. Мы оба были ужасно напуганы и запоздало поняли, что натворили. Но пожертвовать собой не смогли. Совсем недавно окончившие Академию, юные и любившие друг друга, мы не могли позволить друг другу умереть. Тогда и пришла эта идея: отправить Астрид в мир без магии и таким образом отрезать её от Вальдемара. Он и она будут живы, но не смогут воспользоваться магией: Ася будет в мире, где её нет, а он зависим от сил Аси. И мы бежали из Дарнеи, бежали в Далению, к магистру Симусу, единственному достаточно могущественному магу-универсалу, которому мы доверяли и к которому могли обратиться за помощью.

У нас всё получилось: Астрид перенеслась на Землю, а меня, слишком долго находившегося за пределами Тёмных Лесов, вернуло обратно к месту заточения дракона. Вальдемар погрузился в спячку: без магии этот древний и давно мёртвый дракон не мог пробудиться.

– А сейчас появилась ты, и в тебе силы Астрид, – закончил морской змей. – Ты ещё не достигла уровня её сил, знаний и умений, потому Вальдемар и не покинул до сих пор своей тюрьмы, что, как выяснилось, не помешало ему ментально воздействовать на расстоянии. И, Юлия, судя по твоему магическому фону… вскоре он выйдет на свободу. И тогда…

– Тогда весь мир содрогнётся, – закончил задумчивый магистр, глядя на меня. Ой, что-то не нравится мне его взгляд… Он же не убить меня собирается?!

«Не позволю, – прошипела Юджиния. – Даже если попытается, не сможет. Вальдемар, Вальдемар…»

Глава 19. Истинная суть

Юлия Кейран

Чужие эмоции накладывались на мои собственные и давили. Давили нещадно, так, что я закричала, не обращая внимания на двух мужчин, странно смотревших на меня. Ощущения были такие, словно внутри моей головы кто-то метался, долбился о стенки черепной коробки, будто бы обезумел. Я чувствовала чужую боль, неверие, страх и надежду. Но у меня были и свои эмоции!

Во-первых, я не хотела умирать. Быть может, это эгоистично, но чёрт побери! С какой стати я должна брать на себя чужую вину и претерпевать последствия чужих ошибок? Бабушка умирать не захотела, а она принадлежала этому миру.