Как воспитать приют и мужа (СИ) - Белильщикова Елена

   «Я жива, мам. Жива и здорова. Просто… тогда нам пришлось инсценировать все. Кому «нам»? Мне и моему мужу. Он работал с очень серьезными людьми. В общем, долгая история, но мы оказались в опасности. Пришлось скрываться», – тогда я закусила губу, чтобы не уточнять, что серьезным человеком являлся сам император Литории, готовый любого отправить на казнь за малейшее неповиновение. Даже Юлиана, который годами верно служил ему в качестве придворного боевого мага…

   Наконец объявили рейс из Тель-Авива. В зал сыпанула пестрая толпа с чемоданами. Я приподнялась на носочки, силясь разглядеть среди всех знакомую фигуру.

   Вот и мелькнул знакомый силуэт: черноволосая кудрявая женщина в цыплячье-желтом сарафане и широкополой шляпе, больше напоминающей панамку в детском саду. Моя мама – вечный ребенок. С розовыми очками по жизни, непробиваемой наивностью и такой же капризностью. И все-таки сейчас я улыбнулась, поудобнее перехватывая малышку Энни одной рукой, а второй махая, чтобы привлечь внимание.

   Подойдя, мама обняла меня и чмокнула воздух возле щеки, а потом смерила придирчивым взглядом Юлиана. Он скрестил руки на груди, глядя так, словно уже продумал, в какую бы жабу превратить.

   – Юлиан, значит… – мама слегка прищурилась.

   Юлиан медленно, будто боясь спровоцировать ядовитую змею на бросок, кивнул, а потом сказал:

   – Элеонора много рассказывала о своих родных.

   Пока не грянуло, я поспешила вмешаться:

   – Ладно, такси ждет! Поехали!

   Когда мы приехали на место, нас встретило яркое солнце, играющее бликами на волнах. Рекламные фото не солгали. Двухэтажный домик с террасами и балкончиками так и манил к себе. Стоило опустить Энни на пол, как она бодро потопала к лестнице. Правда, уже на полпути остановилась, потирая глаза кулачками.

   – Утомили ребенка своими перелетами! – всплеснула руками мама. – Пойдем, моя радость, посмотрим, какие там наверху игрушки… а потом будем баиньки.

   Она подхватила Энни на руки. Та сморщилась на словах про сон, но потом попросту сунула палец в рот, слушая воркование новоявленной бабушки.

   Когда они скрылись на втором этаже, я шагнула было следом, но Юлиан ухватил за руку. Он развернул к себе, притягивая за талию. Наши губы встретились так горячо и сладко, что у меня помутилось в голове. И все-таки я уперлась ладонями в его плечи, слегка отстраняясь.

   – Что такое, моя девочка? – прошептал Юлиан на ухо, обжигая горячим дыханием. – Неужели мне нужно украсть собственную жену на какой-нибудь остров, чтобы спокойно поцеловать? Даже в Литории не такие строгие нравы…

   Он прошелся цепочкой поцелуев по шее. Я слегка изогнулась в его руках. Само тело подставлялось под каждое короткое касание горячих губ.

   Юлиан толкнул меня к ближайшей стене, игриво перехватывая запястья и вздергивая над головой. Я немного напряглась, и он сразу это заметил. Хватка исчезла. А на лице появилось озадаченное выражение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍   – Просто у моей мамы – паранойя насчет мужчин, – вздохнула я. – С тех пор, как у меня сорвалась первая свадьба. Нечего драконить лишний раз.

   Мое первое замужество сорвалось, как только парень (теперь уже благополучно бывший) узнал, что я не могу иметь детей. Мне пришлось попасть в другой мир, чтобы исправить это и обрести счастье. В лице Юлиана и малютки Энни.

   – Зато ты драконишь меня. И слишком много говоришь, – он с нажимом обвел пальцем контур моих губ. – Еще одно слово, Эль, и я открою портал обратно в Литорию. Прямиком в спальню. И не выпущу тебя оттуда все эти выходные. Даже, когда ты выбьешься из сил и…

   Юлиан приблизился ко мне так, что каждое слово прошлось вибрацией по коже. Я подалась вперед, и ресницы задрожали. Наши губы почти соприкоснулись, но тут наверху раздался шум. Мы отпрянули друг от друга, бросаясь к лестнице.

   – Черт! Ее и на две минуты нельзя оставлять одну! – в сердцах бросила я.

   – Энни?

   – Маму!

   Мы оказались на пороге детской одновременно. В тот самый момент, когда ярко-зеленая воронка портала начала закрываться. В ней скрылся размытый силуэт в темном плаще, унося нашу дочь.

   – Мама! – тонкий голосок Энни полоснул по самому сердцу.

   – Нет!

   Юлиан рванулся следом. Я попыталась выбросить магическую нить, чтобы задержать незнакомца. Портал затрещал тонкими молниями, окончательно захлопываясь. Юлиан бросился на то место, где он только что парил, и взгляд зеленых глаз лихорадочно метнулся по сторонам.

   А я заметила маму. Привалившуюся к стене. Черные кудри разметались по плечам, а на лице с сомкнутыми веками застыло отстраненное выражение. Кожа побледнела.

   Всхлипнув, я упала рядом с ней на колени.

   – Мама! Мама, очнись! – я затрясла ее за плечи. – Черт, не нужно было возвращаться! Это все я! Я во всем виновата!

   Меня начинала накрывать истерика. Дыхание срывалось, а с ресниц слетали слезы.

   Юлиан оказался позади бесшумно, как хищник. Он рывком ухватил меня за плечи.

   Похоже, я попыталась вырваться. Просто на эмоциях. Он развернул к себе так резко, что показалось, вот-вот отвесит отрезвляющую пощечину. Как минимум, чтобы я начала нормально дышать, а не дрожать всем телом, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.

   Юлиан прикрыл глаза, пряча строгий и грозный взгляд. Ноздри затрепетали от рваного злого выдоха. Ни слова. Ничего. Меня просто отодвинули в сторону, как безвольную куклу. А Юлиан присел на корточки рядом с моей матерью. Кончики его пальцев засветились темно-зеленым, коснувшись ее виска.

   – Просто вырубили магией, ничего опасного. Придет в себя через пару часов. А нам пора.

   Юлиан решительно встал. Он подхватил безвольное тело равнодушно, как тряпичную куклу, опуская на диванчик. Я глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки, а потом все-таки испуганно выпалила:

   – А вдруг он вернется, а она здесь совсем одна?

   Юлиан развернулся ко мне. Его взгляд обжег гневом.

   – Нашу дочь похитили. Сидеть на месте я не собираюсь. К тому же… кажется, я знаю, где искать, – недобро усмехнулся Юлиан, поднимая что-то с пола.

   В руке оказался крохотный цветок на колючем стебле. Обычный сорняк, растущий на каменистых пустошах… в нашем мире, не на Земле. Тонкие лепестки вытянулись и попробовали сцапать за палец. Похоже, так цветок и прицепился к похитителю. Юлиан сжал находку в кулаке, заключая:

   – Он из Литории. И только недавно был на пустошах к югу от столицы. Эта дрянь растет только там.

   Следом в ход пошли цветные камушки-артефакты, призванные переместить между мирами. Яркая вспышка – и в воздухе повисла ярко-зеленая воронка. Она разрослась, уже готовая провести в Литорию.

   – Перемещаемся сначала в замок? – я глянула на Юлиана.

   – Да, – собранно кивнул он. – Нужно взять оружие.

   От портала повеяло легким ветерком, шевельнувшим волосы: мое темное каре и его черные пряди, выбившиеся из низкого хвоста. Наши пальцы соприкоснулись, переплетаясь. Юлиан чуть сжал ладонь, приободряя, и мы шагнули к зеленой воронке. Стоило оказаться внутри, и она ослепительно вспыхнула. Уже напоследок я услышала испуганное:

   – Элечка!

   Обернулась – никого. Только слепящий зеленый свет.

   «Показалось», – убедила себя я.

   Нас переместило в широкий коридор. А следом за спиной послышался шум. Ничего удивительного, учитывая, что в нашем доме всегда полно воспитанников-сирот. Я начала оборачиваться, готовая увидеть очередного сорванца, уносящего ноги с кухни с ворованными сладостями… и остолбенела.

   На полу расселась моя мама, ошалело хлопая щедро накрашенными ресницами. А за ее спиной закрылась воронка портала. Правда, предварительно выплюнула желтую шляпу. Плюхнувшись на макушку, она съехала практически на нос. Мама нервным жестом сдвинула ее обратно.

   – Ты же говорил: несколько часов!.. – напустилась я на Юлиана.