Вор из шкатулки архимага (СИ) - Орлан Нари

— Почти… Сейчас это неважно. — Я внимательно огляделась, прощупала чутьем пещеру, всмотрелась в тени — скиамасы поблизости не прятались. Лишь бы они не подкрались незаметно и не подслушали. — Если Деян Розен пойдет войной на горы, то разозлит скиамасов. Их злить нельзя. Они могут… — Я покосилась на костер — и залюбовалась причудливым танцем языков пламени. Как бы сказать поточнее и не раскрыть правду? — В общем, если их разозлить, они станут убийственно опасными.

— Скиамасы — безобидные создания! — крикнул Туман. — Что за чушь?

Оболтус несведущий! Как же безобидные! В лицемерии им нет равных! Я по сравнению с ними добродушная милашка.

— Да уж, они безобидные последние четыре тысячи лет по вашему летоисчислению. Но кажутся такими потому, что умело прячут свою истинную натуру. Объясните Деяну Розену: к ним можно приходить только с миром.

На губах дракона дрогнула улыбка. Он покачал головой и беспардонно уселся у костра.

— Сияна, садись. Рыба готова.

Но она стояла, бегая глазами по пыльному полу. Туман дернул ее за штанину, другой рукой протягивая ей запеченную рыбу на потемневшей палке.

— Вы не голодны? — спросила она, подняв ко мне взгляд. Я равнодушно отказалась. Может, стоило с ней заговорить? Кажется, девушка настроена ко мне более благосклонно. Или скиамасы не успели ей запудрить мозги.

У чаши с сырой рыбой, к которой потянулся Туман, лежали две фиолетовые маски — даже издали манили. Что там в Скиалире? Какое обиталище создали беглецы и почему назвались шаманами?

Сияна, изнывая от неловкости, дула на горячую рыбу и отщипывала кусочки. Туман увлеченно крутил палку со второй сырой рыбиной. Я присела, подхватив мантию. Прядь моих длинных волос случайно опустилась в костер, но я быстро отклонилась. Туман заметил, что она не загорелась, и воззрился на меня, оставив рыбу в покое.

— И какая же истинная натура скиамасов?

— Не могу сказать, — ответила я и прощупала взором ближайшие тени. — Но, поверьте, едва Деян Розен доберется до них с войском — вы увидите все сами. Вот только будет поздно.

— Вы, кажись, явились сюда что-то поведать нам, но после ваших невероятных рассказов уйма вопросов. На которые вы не отвечаете. Это какая-то глупая ловушка? Или вы на пару с герцогом разыграли спектакль в лесу? Он страшится меня и решил перейти на хитрости?

— Он не доберется к скиамасам, — заявила Сияна и получила от Тумана гневный взгляд, точно оплеуху. — Что? — ответила она ему. — Я тоже ничего конкретного не сказала.

Вот дети малые. Станут они меня слушать, решив, что Кринтара ключ к спасению? Сказать им, что она сломана и убьет Тумана, если он ею воспользуется?

Еще бы они мне поверят. К тому же как потом объяснить то, что Деян якобы не умер?

Зря я сюда пришла, зря я помешала Деяну, зря лгала десять лет, зря влюбилась в него… Но разве могло быть по-другому? Судьбу никто не пишет, однако все предначертано сначала и не могло случиться иначе. И определила свою судьбу я тогда, когда в гареме решила изменить мир.

Так, событие за событием, год за годом, до того проклятого дня.

Как только меня назначили музой к начинающему артефактору, Ясону Такраду, я не отлетала от него ни днем, ни ночью. Сидела на его плече, пока он мастерил артефакты, шептала на ухо вдохновляющие слова, спешила за ним со своими маленькими крылышками в портал к архимагу.

Сначала я фыркала, когда Деян Розен охаивал наши творения. Кипела от злости, когда он заставлял Ясона работать сутками. Едва сдерживалась, чтобы не засунуть в янтарный глаз свой посох, когда он разбивал созданные нами артефакты.

Но однажды Деян позвал Ясона в подземную теплицу — и я там застряла на несколько суток. Залюбовалась диковинными растениями, деревьями, похожими на те, среди которых я выросла. Ясон ушел к себе в кабинет, а Деян продолжил работу. Он, не надев перчаток, погрузил руки в землю и принялся бережно высаживать рассаду. Рядом с Деяном я устроила посох в воздухе и, усевшись на него, любовалась мужскими руками. Никогда не видела, чтобы кто-то так нежно и любовно обходился с растениями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И чтобы так легко и обворожительно улыбался, радуясь каждому листику.

Не зря Кринтара воплощена в форму прекрасного цветка. Я старалась, чтобы она Деяну понравилась. Именно ему. Я сотворила ее для него. Никто иной не смеет к ней прикасаться!

Нужно ее изменить. Нужно, чтобы к ней дотронуться никто не мог. Если бы все, кроме Деяна, прикасаясь к ней, обжигались до страшных увечий, то желающих ею воспользоваться поубавилось бы.

Но чтобы ее изменить, я должна уболтать на это Деяна… То есть снова встретиться с ним лицом к лицу.

Лучше сгореть дотла в костре — будет не так больно, как появиться перед насмешливым взглядом любимых янтарных глаз.

Ни за что. Покамест у меня в потоке мыслей кружится другой вариант, пусть и призрачный…

Я плавно описала овал рукой, смотря на Тумана, и он застыл, прокручивая палку с рыбой над огнем.

Сияна подскочила и выронила рыбину — я заморозила ее в полете, оставила висеть в воздухе. Еще чуть-чуть и упала бы на пол.

— Не волнуйтесь, заморозка временна. — Я тоже поднялась на ноги. — Туман очнется и не будет знать, что был в оцепенении.

— Зачем? — Сияна неуверенно шагнула назад, выпучив от страха глаза. Она дышала с трудом, словно костер сжег в пещере воздух.

— С ним нет смысла говорить. Он меня не слышит.

Иномирянка засунула руку в карман и, достав черный расписной платок, развернула его. Что это? Бандана дракона? Но тряпка необычна — в ней таится могущественная сила.

— Как он работает? Что делать? — бормотала Сияна, вертя платок дрожащими руками.

— Я не причиню зла! Да, у меня есть личные мотивы, но вы от них никоим образом не пострадаете!

Она взяла платок за угол и резко взмахнула вправо — ткань вытянулась в длинный меч с серым острием. По лезвию завился черный дым. Сияна сжала до побелевших костяшек темный эфес.

Еще одна милая демоническая игрушка.

Иномирянка взмахнула мечом перед собой — смешно и неуклюже. Да она меч держит первый раз в жизни!

— Не подходите. Я не знаю, на что Черный способен, но его собратья очень опасные, поэтому уж лучше вам не рисковать.

— И не собиралась я подходить. Беседовать можно и на расстоянии, верно? — Я дружелюбно улыбнулась и подняла руки в примирительном жесте.

— Не поднимайте руки! — Она взмахнула мечом, делая выпад в мою сторону.

Мне необязательно поднимать руки, чтобы колдовать. И не собиралась я пока, но… Почему бы не сберечь немного времени?

Я мазнула взглядом по ее телу, чтобы обездвижить все, кроме головы, но черный меч притянул мой магический поток и откинул его в костер. Сияна вздрогнула от вспышки и едва не уронила меч. Пламя застыло в нелепом танцевальном па.

Демиурги всевышние! Меч отбил заклинание! Деян вместе со своей армией сыграет в ящик, когда они дойдут до гор! После чего разъяренные скиамасы от Эклера места живого не оставят. Злоба, которая копилась четыре тысячи лет, выплеснется и уничтожит не только Эклер, не только эту планету…

— У вас потрясающие артефакты! Вы легко убедите Деяна не начинать войну и выйти на переговоры.

Хотя, может, не слишком и легко. Эклеряне скоро полностью останутся без магии, ресурсы на исходе, но земли здесь хорошие — еда есть, вода тоже. Давно пора смириться и радоваться, что не погибли в Эслэнсике.

— Вообще говоря, Деян хочет поймать Тумана для того, чтобы тот поведал ему тайны Фрелората.

— Уходите! — Сияна смелее, чем прежде взмахнула мечом, чиркнув дугу передо мной.

— Я знаю, где Тото.

В голубых глазах блеснул здравый рассудок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Деян нашел тытхобэя в Ибискире, просмотрел его воспоминания, и сейчас он сидит в клетке в личных покоях герцога.

— Он в порядке? — Меч немного опустился.

— Слегка перепуган, но в общем все хорошо… Кстати, я могла бы узнать, как там ваша семья, Сияна… Мне нетрудно взять у Деяна артефакт, с помощью которого он вас отыскал среди мириад миров.