Реванш для принца (СИ) - Вознесенская Дарья

Потому сейчас мы искали ночлег — уже смеркалось.

Капитан посоветовал нам постоялый двор, вот только до него мы не дошли. Может из-за моего чрезмерного любопытства, может потому, что почти возродившийся Златан снова сделался нагл и невыносим, а может нас снова вела чужая воля… Но когда за несколькими поворотами мы обнаружили шумную площадь, я, уставшая от замкнутого пространства корабля, предложила посмотреть, что там происходит. А мои спутники, полюбившие, похоже, мне потакать, согласились.

Вечерняя ярмарка оказалась для всех приятным сюрпризом.

Чего там только не было! Чудовищные существа — наполовину измененные магией, «поклонники огня и шпаг», жонглеры, уличные фокусники и артисты наподобие клоунов. На открытом огне жарились огромные туши — и всем желающим продавали куски мяса, запихивая их в какие-то миски-кувшины, полные душистых трав.

Ос, поначалу жавшийся ко мне, осмелел и теперь смотрел на все это с восторгом ребенка, ну и я не отставала. Даже мужчины расслабились: Лорд выглядел не таким замороженным, с Леона спала его привычная маска сурового спокойствия, а Златан вовсю флиртовал с симпатичными девушками, которые выглядели гораздо изящнее и моложе, чем те, кого мы видели на пристани.

На нас глазели, конечно. Я вообще не заприметила здесь иностранцев — если те и достигали дальнего городища, то не задерживались. Но враждебности в сторонних взглядах не было… правда, до тех пор, как принц, окончательно вдохнувший полной грудью, не приобнял каких-то девиц, а те оказались не одни, а с отцом и братьями.

Дальше события развивались с огромной скоростью.

Вместо того, чтобы извиниться, Златан начал возмущаться, с чего это ему делают замечания — девицы-то пищали от удовольствия. Харты возмутились не меньше и быстро перешли к оскорблениям, от тех — к требованию сатисфакции… И вокруг уже собралась толпа с недобрыми лицами.

Я прижимаю к себе напряженного Оса, а Железный Лорд становится к нам близко-близко. Златан же с гордо поднятой головой и презрительно поджатыми губами шествует куда-то за двумя суровыми хартами.

— Мы не можем его бросить, идем, — тяну я замедлившегося почему-то Эрвина.

Леон уже там, перед довольно высокой… сценой? И внимательно слушает собравшихся.

— Что происходит? — пытаюсь понять.

— Они выйдут на помост и решат дело боем. Обычное дело для Хартского королевства. Даже место это для подобных случаев — харты не могут без того, чтобы не поговорить таким способом, — поясняет мне Леон.

А я ахаю, осознавая, насколько это опасно. Златан выглядит спортивным и достаточно сильным мужчиной, но он и близко не способен справиться с хартами и их пудовыми кулаками:

— Это будет избиение!

— Может пора снова подправить его внешность? — комментирует спокойно Лорд.

— Нет, — шиплю сердито, — У нас здесь ни лекарей своих, ни места для ночлега. Что мы будем делать с по-настоящему тяжелыми повреждениями? Оса кое-как вытянули — и то благодаря тому, что харты поделились своими знаниями, травами и мазями. Вы уверены, что они снова поделятся? Надо что-то делать!

— Я мог бы выйти вместо него, но… это будет нарушением правил. Я имею в виду мои… дополнения.

— Я пойду, — сообщает Леон, да так неожиданно, что мы не успеваем ничего сказать, а тот уже запрыгивает на помост и идет к группе хартов и Златану.

— Да чем это лучше? — топаю ногой.

— Лучше, — после небольшой паузы сообщает Лорд, — я могу предположить, что у Леона много… навыков. К тому же вы помните — он учился некоторым приемам хартов.

Киваю неуверенно. А потом выдыхаю в испуге:

— А если Златан не согласится? У этого идиота может не хватить мозгов даже на это!

Златан и правда мотает отрицательно головой. Но вдруг Леон жестко берет его за плечо и что-то говорит на ухо, да такое, что принц делается крайне удивленным. А потом и неуверенно кивает!

Блондин вернулся к нам будто слегка пришибленный, но я даже не стала выяснять, по каким причинам он сделался разумен — слишком злилась на него и беспокоилась за Леона. А тот уже скинул одежду и обувь. Остался в одних только брюках, и под улюлюканье толпы принялся разминаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Против него встал широченный харт — один из тех братьев.

Я притянула мальчика и напряженно уставилась на импровизированный ринг. Никогда не любила кровавых зрелищ, но понимала, что не могла сейчас «бросить» Леона, да еще в таком враждебном окружении.

— В боях почти нет правил, — монотонно начал пояснять Лорд, — Точнее они смешанные. В основном борцы действуют кулаками, но смысл в том, чтобы успешно адаптироваться под любой стиль и любое действие.

Удар гонга — и харт моментально бросился на Леона, который ловко отскочил, а потом подсек низкорослого соперника и, когда тот грохнулся, прыгнул ему на спину. Но его преимущество длилось не долго — бородач резко перевернулся, сделал захват и… двинул своим кулаком под ребра Леону.

Я шумно выпустила воздух, беспокоясь, что на этом все и закончится, но Леон умудрился вывернуться, да еще и применить какой-то болевой прием.

Дальше все пошло по нарастающей.

Броски и удары ногами, попытки лишить противника сопротивления или хотя бы выбить зубы. Они то душили друг друга, то заламывали в каких-то нечеловеческих позах, то швыряли через весь помост… Как ни странно, спустя пару минут я успокоилась. Именно потому, что, несмотря на разницу в размерах, они оказались вполне равноценными соперниками. Только Леон — быстрее и ловчее, а харт — с большей силой удара.

Окружившие их жители тоже это поняли и орали теперь уже от зрелищности происходящего, а не от злобы. А я с все нарастающим восхищением смотрела на бой, который… черт, будил довольно странные инстинкты.

Древние.

Но разве не все мы выходцы из первобытных отношений?

Не знаю сколько это продолжалось — соперники явно выбивались из сил, но не сдавались друг другу. А потом Леон вдруг как-то особенно высоко подпрыгнул, на секунду завис в воздухе — или мне показалось? — и выбросил вперед одну ногу, точным ударом ступни попав по шее противника.

Тот рухнул… и не поднялся в положенные десять секунд.

Победа? Но тогда отчего толпа молчит и тяжело дышит, а вокруг нашего друга на ринге все кучнее и кучнее сплачиваются угрожающие мужчины? Сердце пропускает удар, когда вперед выходит харт повзрослее — если я правильно поняла, отец девчонок, из-за которых все и началось. Делает шаг к замершему Леону, поднимает руку и… вдруг хлопает того по плечу, разражаясь довольным хохотом!

Дальше я беспомощно смотрю, как победителя чуть ли не обнимают и одобрительно подталкивают, вокруг все радостно кричат и поздравляют с отличным шоу, а нас всех уже куда-то тащат с улыбками — те же угрожающие рожи и тащат — и мы беспомощны сопротивляться этому ажиотажу!

Выдохнула я только тогда, когда осознала — бить и мучить никого больше не будут. Простые хартские ребята вполне удовлетворились извинениями в виде кулаков, восхитились умениями Леона, а также тем, в какие дали забрались эволенцы. И проявили свое истинное гостеприимство.

Ночевать — а может и провести несколько дней — нам теперь полагалось в огромном доме местного вельможи. Того самого мужчины, чьи дочери стали камнем преткновения. И чей сын, прийдя в себя, стал самым закадычным дружком для своего соперника. И судя по довольным улыбкам юных представительниц семейста, они тоже были не прочь «подружиться» и с Леоном, и со Златаном, что смотрелся на фоне хартов красавчиком.

Я ошалело кивала пока нас с Осом, представленным моим братом, размещали в довольно уютной комнате, а потом не менее ошалело принимала комплименты и кусочки мяса за огромным общим столом, происходящее за которым можно было назвать одним словом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Пир».

Ос, утомленный впечатлениями, быстро уснул на лавке все в том же общем зале. А я вышла глотнуть свежего воздуха в небольшой двор — мне надо было хоть как-то прийти в себя.

— Все в порядке? — рядом возник Леон.

— Тяжело привыкнуть к подобному, — неопределенно махнула рукой, имея в виду сегодняшний день. — Но вы… вы были великолепны.