Сердце Сумерек (СИ) - Субботина Айя

— Маа’шалин… — Он присел на кровать и самым недвусмысленно заботливым и нежным образом заправил мне за ухо прядь волос. Есть что-то убийственно-трогательное в том, как большой и агрессивный мужчина пытается быть аккуратным с женщиной моего — ну, то есть принцессиного — сложения. — Ты просто гений.

Я хотела сказать что-то колюче в ответ, но передумала. Приятно, когда тебя хвалят, не хочу разрушать этот идеальный момент.

— Тогда семья не гостила у меня, поэтому я точно помню, кто из них был в обоих случаях. — Граз’зт нахмурился и выдохнул через ноздри. — Накануне падения Шалиты, он прибыл с письмом от отца, сказал, что там были важные вести, которые нельзя доверять даже лунным печатям. Хотя убей бог не помню, что же было в том письме, а раз так, то ничего важного. Я еще слишком молод, чтобы страдать потере воспоминаний.

Я все-таки не смогла сдержаться и одними губами прошептала: Старикашка!» В ответ на что Рогалик строго погрозил мне пальцем, но в его глазах светилось веселье. Которое тут же улетучилось, когда он продолжил.

— А когда Эри… окаменела, он уже неделю как надирался моим вином, переживал, что ему отказала какая-то з многочисленных девок, с каждой из которых у него все по-настоящему, серьезно и до конца дней.

— Кроме Тана никого не было? — Не верится мне что-то, что этот парень мог пойти на такое, даже с оглядкой на все доводы Рогалика в пользу своих подозрений.

— Накануне случая с Эри, приезжала Хи’ла, но она уехала утром предыдущего дня.

— Точно так же, как и твоя мачеха — вчера. Очень знакомый почерк. Кроме того, — я вскинула палец, — яд — оружие женщины.

Ну и иногда слабых мужчин, но эту часть я уточнять не стала. Тана я буду иметь в виду, но мне нужны более веские доказательства его вины, чем просто обида Граз’зта. Даже если я не знаю всей подоплеки их соперничества.

— Что там такое? — нарушил мои размышления Рогалик, и подался к двери.

Действительно, что там за возня?

Когда Гарз’зт вышел, Хадалис подался ко мне и шепнул:

— А еще Граз’зт. Это мог сделать он сам.

Что?! Граз’зт?

— Он же был вчера с тобой. — Не говоря уже о том, что как-то странно превращать одну жену в камень, а потом убивать ту, что пообещала вернуть ее к жизни. Хотя, конечно, обещала не я, а Данаани, но тело-то у нас одно на двоих.

— Думаю, Маа’шалин, у него есть преданные слуги и помощники. Хоть бы чокнутая сестра. Думаю, тебе не лишним будет знать, что у них была… интрижка перед тем, как Темнейший решил женить его на Эраати.

Я собиралась сказать, что разносить сплетни — не мужское дело, но … вот же, а ведь такое тоже могло быть. Только если я могу понять, для чего меня травит Хи’ла, то зачем они делают это вдвоем с Гра’зтом я, хоть убей, не вижу ни единого логического объяснения.

Но развить мысль мне помешало вторжение «любимой» сестры. Граз’зт гостеприимно распахнул дверь спальни и Эраати впорхнула внутрь.

«Ну и во что ты вырядилась, сестричка?» — скептически оценивая врез ее платья, подумала я, прежде чем Эраати утопила меня в объятиях и насквозь фальшивом сожалении о моем изможденно виде. За ее спиной Граз’зт поморщился и усилием воли оттянул селуне за локоть, чтобы я. Наконец, смогла выдохнуть.

— Я так рада, что мы будем вместе! — чуть ли ни рыдая от счастья, сказала промямлила она, при этом то и дело зыркая в сторону моего мужа. Вот же змея подколодная. Мало мне было рогатой. — Надеюсь, не придется делать ничего болезненного?

А жаль…

глава 17

Всего за один день Эраати порядком успела меня достать. Во всех возможных смыслах этого слова. Она была везде. Куда бы я ни пошла, всюду натыкалась на ее распрекрасную мордашку, а там, где физически самой Эраати не было, присутствовал до одури сладкий запах ее духов.

Но выгнать ее, увы, было не в моих силах. Я должна была пройти церемонию и никакой другой кандидатуры на роль напарницы у меня не было. Разве что оцте Данаани, но король бы никогда не стал опускаться до чествования традиций крэсов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И я, сцепив зубы, терпела, утешаясь тем, что через два дня все закончится и я со спокойно совестью вышвырну эту проказу обратно. И ни секундой дольше в моем доме она не задержится.

Кстати, я все чаще называла замок Рогалика «своим домом» и эта тенденция была мне, мягко говоря, не по душе. Я и так позволила себе слишком сильно увлечься этим миром, не хватало еще, чтобы потом в моем сердце зудело на одну колючку больше.

Накануне праздника я порядком потрепала нервы модистке. А все потому, что она, вопреки моему видению того, каким должно быть платье невесты принца и госпожи его замка, она все равно с сделала на свой лад. Я с ужасом смотрела на безбожно испорченную богатую ткань цвета, который мы, земляне, называем «марсала» и не знала, что делать: ругать своенравную модистку или отправить ее к чертям. Терпеть не могу людей, которые против всяких новаторств без веской причины, а просто потому, что такого никто не делал раньше.

Поняв, что с этой крэской мы каши не сварим, я выпроводила ее за дверь, оставив при себе ее куда более податливую и бойкую помощницу. Девица, почуяв, что настал ее звездынй час, расстаралась на славу. И хоть переделка затянулась до середины ночи, в итоге я получила то, что хотела, и даже чуточку лучше: высокий строгий ворот, длинные рукава и перчатки им в тон, оголенную спину, юбку в мягких складках сбогатым шлейфом. Спереди это выглядело строго а-ля «вамп», но сзади… Красно-сливовая ткань оттеняла белоснежную кожу, а крылья закрывали ровно столько, чтобы оголенное тело оставляло много простора для фантазии.

Судя по сверкающему взгляду девчонки, я поняла, что и она в восторге от проделанной работы.

— Я скажу мужу, что с этого дня заниматься моими платьями будешь ты, — пообещала я.

«Надеюсь, Данаани или Эри, или кто там из вас в итоге останется, вы меня хотя бы мысленно поблагодарите».

Праздник был назначен на полночь. Очень в духе темных. Погода зверствовала: ветер, гроза, еще и какая-то дрянь с неба сыпалась, подозрительно похожая на огненные искры. К счастью, церемония открытия и ритуалы по плану проходили внутри помещений, и я лично позаботилась о том, чтобы непогода не потревожила наших с Граз’зтом гостей. Его мачеха появилась только после обеда, и о том, что супруга Темнейшего прибыла в замок, я узнала от остроглазой служанки, которую периодически «подкармливала» мелкими подарками. Что поделать, если мне нужны были глаза и уши кроме собственных. Тем более с оглядкой на недавнюю попытку отправить меня на тот свет.

Но больше всего меня раздражало то, что за всеми этими приготовлениями, я совершенно не могла сосредоточиться на записях принцессы. И мы с Хадалисом ни разу не смогли остаться наедине, чтобы обсудить ту странную поездку, о которой он упомянул раньше. Я постоянно держала это у себя в голове, крутила так и эдак, но с сожалением понимала, что пока ни на шаг не приблизилась к разгадке.

Но, во всем надо искать позитив и повод порадоваться. А радоваться, уверяю, было чему. Потому что, когда ювелир, наконец, принес мою корону, все, что я могла сказать, чтобы описать свой восторг — ничего. Просто стояла и таращилась, как ненормальная на это произведение искусства из сверкающих огнем красных и оранжевых камней в оправе из белого металла. Ювелир, в отличие от модистки, учел все мои пожелания. И в итоге, когда служанки надели ее на мои распущенные волосы (я намеренно отказалась от замысловатых причесок, зная, что так будут выглядеть почти все), то из зеркала на меня смотрела не просто замухрышка-принцесса, а девушка, достойная называться женой будущего короля темных.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И скажу я вам, мне нравилось чувство, которое во мне поселилось в тот момент. Сегодняшним вечером мы с принцессой не будем серыми мышами в углу.

Гости начали съезжаться за пару часов до полуночи. Когда Граз’зт озвучил примерное количество приглашенных, я не на шутку разволновалась, что гостевых комнат может не хватит, но, к счастью, наше с Рогаликом гостеприимство не упало в грязь лицом.