Любимая ведьма герцога (СИ) - Рябинина Татьяна

Слезы полились ручьем. Если б я могла его увидеть… Но надежды на это почти уже не осталось.

И тут же, словно распихивая эти мои мысли, перед глазами возник образ Рэйона Чарвена. Его изучающий взгляд из-под густых, угрюмо насупленных бровей. Было в нем что-то отталкивающее. И — магически притягательное. Но что? То, что он взрослый дяденька с дурной репутацией? В бытность Эльвирой мне совсем не нравились плохиши, даже в школьном возрасте, когда это среди девчонок сплошь и рядом.

Я вовсе не жаждала увидеть его снова. Но, положа руку на сердце, вынуждена была признать: если он не осуществит своего намерения навестить нас, я наверняка почувствую досаду.

Как бы там ни было, эта встреча определенно вытащила меня из сонного, унылого болота, в котором я пускала пузыри последние несколько месяцев. Вот только к добру ли?

Иза помогла мне выбраться из лохани, докрасна растерла грубой простыней и надела через голову ночную рубашку. Летом мы редко топили в доме, но сейчас в моей спальне вовсю пылал камин. Я забралась в постель и потянулась к стоящему на ночном столике подносу с ужином. Проследив, чтобы не осталось ни крошки, Иза вручила мне глиняную кружку с горячим отваром целебных трав.

— Сами вы себя не вылечите, если что, низа Дженна, — сурово сказала она. — Поэтому пейте. И вот что, девочка моя…

Разница в возрасте у нас была лет восемь, поэтому обращение это прозвучало несколько комично. Будто от старой бабушки. Ну что ж, как сказала бы моя собственная бабушка, ложка в бане не посуда, девка бабе не подруга.

— Вам все же нужно быть поосторожнее. Вы девушка красивая, вошли в расцвет. Мало ли…

— Ты о несте Чарвене, Иза? — перебила я, но та не ответила. Забрала поднос и вышла.

Если они все будут так меня доставать, не появится ли желания поступить всем… нет, не назло, конечно, но наперекор?

Мелкий противный дождь шел весь следующий день. И следующий, и еще один. Лето подбиралось к концу, обычно после такой затяжной непогоды тепло уже не возвращалось. Мы сидели в гостиной: Медор с книгой, я с вышиванием. Не оставляло какое-то смутное раздражение. Как будто ждала чего-то — сама не зная, чего именно. Рэйона? Нет. Или… да?

Дженна, ты просто хочешь хоть какого-то нового впечатления, потому что эта невыносимая монотонность сводит с ума. Лев Толстой знал: дурочка Наташа Ростова в таком же вот одуряющем ожидании сначала бубнила про остров Мадагаскар, а потом чуть не сбежала с Курагиным.

К четвертому дню, когда наконец выглянуло солнце, я снова погрузилась в тину.

Пропади все пропадом. Жизнь — тлен, уж я-то знаю.

Не успела я поставить мысленную точку в конце этой фразы, как со двора донесся шум и голоса. А потом в дом вошла Иза и доложила похоронным тоном:

— Нест Рэйон Чарвен

53.

Вообще-то ничего странного в подобном визите не было. Сельские аристократы от скуки без конца таскались друг другу в гости. Видимо, это типично для всех миров: если нечем заняться в отсутствие телевизора и интернета, остается только сплетничать с соседями. Если первое время мы с Малленом жили уединенно и закрыто, то Медор, привыкший к светскому обществу, быстро навел мосты, и к нам потянулись хозяева окрестных поместий. Мы тоже посещали их, поскольку не отдать визит считалось страшно невежливым. Как будто сказать: «Отвали, рожа, знать тебя не желаю».

Хотя эти визиты и поездки вносили иллюзию разнообразия в нашу монотонную жизнь, мне они особого удовольствия не доставляли. В первую очередь потому, что мамаши рассматривали меня в качестве потенциальной партии для своих сыновей. Может, не слишком выгодной в материальном плане, но и сама местная публика особым богатством похвастать вряд ли могла.

«Отец, а нельзя было сказать, что у меня в Инире остался жених?» — спросила я после первого такого недвусмысленного захода, когда соседка-вдова попыталась оставить наедине со мной своего толстомордого двадцатилетнего отпрыска («Харми, покажи низе Дане наш сад»).

«Можно. Но тогда сразу возникнет вопрос, почему ты здесь, а не там».

На нашу семейку и так посматривали с подозрением. Во-первых, иностранцы, непонятно зачем сорвавшиеся с места и поселившиеся на чужбине. Просто так люди из дома не уезжают. Во-вторых, Маллен, которого — как моего дядю — пришлось выдать за представителя высшего сословия, женился на простой девушке. В Тагре аристократ при таком мезальянсе не терял свой статус, как в Марне, но все равно на подобные браки смотрели косо.

Да, так вот, в визите Рэйона не было бы ничего необычного, но он в принципе не общался с соседями. Таким же бирюком жил и его покойный отец — никого не принимая у себя и никого не навещая. Невесту Чарвен-младший, по словам Изы, привез с запада, совсем девочку, но через год после свадьбы она умерла. Неужели надумал жениться снова?

Не принять гостя, который уже стоял на пороге, было так же неучтиво, как и не отдать визит.

— Проси войти, — вздохнул Медор, нехотя поднявшись с кресла и застегнув домашнюю куртку. — И приготовь… как обычно.

Гостям, явившимся без специального приглашения, предлагали, в зависимости от времени года, холодные или горячие напитки и сладости. Вроде как у нас чайку попить. Или квасу в жару.

Иза ввела Рэйона в гостиную, последовала обычная церемония приветствия с поклонами и пожеланиями хорошего дня. Далее должна была начаться такая же стандартная учтивая беседа ни о чем, но Медор с ходу пошел в атаку. Он сразу дал понять, что гость не ко двору, однако сделал это с тонкостью придворного чиновника высшего ранга.

— Вы удивили нас, нест Чарвен. Скорее, мы могли ожидать увидеть у себя правителя Тагры, чем вас.

— Вероятность была примерно одинакова, нест Зора, — не поддался на провокацию Рэйон. — Я действительно не навещаю соседей. У нас в семье всегда жили уединенно. Однако знакомство с низой Даной заставило задуматься, не стоит ли изменить этой привычке.

Медор и Маллен переглянулись. Я стиснула зубы. И так-то сидела как на иголках, а после этих слов стало совсем неуютно. До чего же мне сейчас не хватало Кая с его возможностью мгновенно определить, кому можно доверять, а от кого стоит бежать со всех ног.

— Если человек живет в уединении, это порождает множество слухов, — Медор сделал вид, что не услышал последнюю фразу.

— Не сомневаюсь, — покосившись в мою сторону, Рэйон кивнул. — Они даже доходят до меня. Например, что я дурно обращался со своей женой, поэтому она и умерла. На самом деле неста Лоана потеряла ребенка и скончалась от кровотечения. Что, как вы понимаете, не добавило мне желания искать развлечений. Собаки, которыми я травлю людей? Да, все так. Муксана — дикий угол на краю леса, и оттуда порой заявляются лиходеи. Мой дом охраняют сторожевые псы. Если кому-то они что-то отгрызли… что ж, я никого к себе не приглашал. А крестьяне… я просто не так мягок, как некоторые, и всегда требую того, что положено.

Снова посмотрев на меня, на этот раз уже явно, он продолжил, обращаясь ко всем нам:

— Должен сказать, и о вас бродит много слухов, несте Зора. То, что я нигде не появляюсь, не значит, что они до меня не доходят. Девушка-сирота из-за моря, живущая в глуши с двумя братьями отца. Уже само по себе необычно.

— Людям свойственно умирать, нест Чарвен, — вступил в разговор Маллен. — После смерти родителей Даны мы решили повидать другие страны. К тому же Инира не слишком приятное место, там всегда сыро и ветрено, это плохо сказывалось на ее здоровье.

— Как и везде на островах, — кивнул Рэйон. — Мне доводилось бывать в Марне, там тоже не слишком уютно.

Когда в лесу он упомянул Марну, мне стало не по себе. Но тогда это было более или менее оправданно. Показался странным мой выговор, спросил, откуда я родом. Хотя, как выяснилось, и так знал, что «девушка из-за моря». Однако сейчас я была близка к панике, поскольку в настойчивом упоминании Марны услышала некий намек. И так показалось не только мне: Медор и Маллен снова переглянулись, на этот раз с тревогой.