Сюзанна Вейн - Штрих-кодовая татуировка

– Спасибо, – отозвалась она, принимая пластинку.

Поутру Кейла проснулась, свернувшись калачиков в тёплом спальном мешке. Она несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд и рассмотреть опрятную, скромно обставленную комнату. Два окна по обе стороны от двери, пропускали внутрь рассеянный утренний свет. Потрогав лоб, девушка ощутила под пальцами ткань чистой марли и вспомнила, что Мфамб обработал порезы перекисью и сделал повязку.

Кейла вылезла из спальника – одежду вечером девушка не снимала – и выглянула в окно. Мфамб на улице уже развёл костёр и жарил на сковородке ломтики бекона. Ночью, когда парень привёл Кейлу в свою хижину, было слишком темно, чтобы разглядеть что-нибудь вокруг. Теперь же девушка смогла приметить столик для пикника и лавку рядом с ним.

– Доброго, – поприветствовал Кейлу парень, когда она вышла на улицу, протягивая ей тарелку яичницы с беконом. – Как ты?

– Рада, что столкнулась с тобой, – отозвалась она, еле заметно улыбнувшись. – Не знаю, что бы я делала в ином случае.

Мфамб присел на лавку рядом с девушкой и принялся за свою порцию.

– Чтобы спрятаться, ты выбрала идеальное место. Люди, живущие в этих лесах, никогда нас не выдадут. Работать сообща и поддерживать друг друга – просто замечательно. Такой подход доказал мне, что члены штрих-кодового сопротивления могут скооперироваться и всё же добиться успеха. Напоминает Американскую революцию, когда народ собирался вместе, чтобы противостоять британцам.

– Но у них были такие хорошие лидеры, как Вашингтон и Бенджамин Франклин, – заметила Кейла.

– А у нас есть Дэвид Янг, – отозвался парень.

– И что он смог сделать? – фыркнула девушка.

– Он всё ещё в строю. Компания Раскодировки не остановлена.

– Ну, может быть, – с сомнением согласилась Кейла. – Я тут подумывала всё же найти Ютону.

– Знаешь, кое-что мы никогда тебе не говорили – пожалуй, не хотели пугать, – сказал Мфамб. – Каждый раз, когда ты связывалась с Ютоной, код сайта даже не изменялся.

– Но я видела её! Она была настоящей!

– Верю. Ютона – настоящая. Я слышал об этой женщине. Но не думаю, что ты о ней знала до того, как попала к нам. Правда?

– Не знала, конечно! Считаешь, я сошла с ума?

– С чего бы? – мягко рассмеялся он. – Нет, считаю, что у тебя есть экстрасенсорные способности. Знаешь, все мы используем лишь крошечную часть своего мозга. Порой в одном его месте, порой – в другом. Уверен, когда-нибудь мы сможем сразу использовать все возможности мозга или, по крайней мере, большей его части. Но только в том случае, если нам позволят развиваться. Может, экстрасенсорные способности – часть этой эволюции? И Ютона тоже стоит на более высокой ступени эволюции – потому-то вы и смогли с ней связаться. И может, именно благодаря этим способностям ты нашла меня здесь, в лесу.

В школе им рассказывали об эволюции. Кейла знала теорию, что все живые существа изменяются, адаптируясь к изменениям окружающей среды. Долгое время шли дебаты по её поводу, но к 2015 году она была признана неоспоримым фактом.

– В смысле, позволят развиваться? – спросила девушка. – Разве не заложено исторически, что люди и животные эволюционируют с течением времени?

– Больше нет, – ответил Мфамб, доедая последний кусочек яичницы. – Глобал-1 сняли все запреты на клонирование. Как по мне, они хотят сделать всем штрих-код, чтобы было легче определить: кого клонировать стоит, а кого – нет. Когда воспроизводство заменится клонированием, остановится и эволюция. Никаких изменений. Никакой адаптации. Человечество перестанет развиваться, и мы так никогда и не сможем использовать ресурсы мозга в полную силу.

– А как же дизайнерские гены? – изумилась Кейла. – Разве они не приносят изменения? Люди смогут острее видеть, быстрее бегать, лучше слышать и многое, многое другое.

– Смогут, – согласился парень. – Но это будет рукотворная эволюция. Человечество начнёт изменяться так, как посчитают нужным учёные и правительство. И возможно, мы получим не те изменения, которые действительно необходимы. – Мфамб собрал со стола грязную посуду. – Пошли со мной к ручью. Можем там помыть посуду и ещё поговорить.

Весь день они проболтали, собирая в лесу чернику, а часов в шесть вечера Мфамб ушёл на работу, оставив девушку в одиночестве. Время Кейла коротала за чтением в свете фонарика книг, имеющихся у парня в хижине. И когда – практически перед самым рассветом – Мфамб вернулся домой, девушка ещё не спала и успела заметить, как он забирается в кипу старых одеял, валяющуюся на полу.

– Спокойной ночи! – пожелала она.

– Спокойной, – пробормотал парень. Кейла бросила ему свою подушку, Мфамб в свою очередь перекинул её обратно. – Да нормально всё. Она твоя. Спи.

Мфамб принёс ей планшет для рисования, а одним утром вернулся из «Оазиса» с пачкой игральных карт. Ребятам нравилось порой сыграть в джим-рамми[8], но большую часть времени они разговаривали.

Мфамб рассказывал столько интересного! Он знал такое, о чём девушка никогда даже не задумывалась.

– Человечество уже долгие годы само шло к принятию штрих-кода, – в один из вечеров, когда они грелись, сидя у костра, сказал парень. – Сперва появились кредитки, чуть позже – водительские права как удостоверения личности, потом – сканирование лиц, отпечатков пальцев и радужки глаза… и эти вживляемые ДНК-чипы. Но, как по мне, штрих-код – совсем другое дело.

– Почему? – спросила Кейла.

– Потому что люди носят его на теле. Это не только способ идентификации и хранения генетических данных, но и знак преданности Глобал-1.

– Ну, да, пожалуй, – согласилась девушка.

– С тех самых пор, как мы обсуждали, что штрих-код может использоваться для изображения последовательности генов, я всё не могу выкинуть из головы одну мысль – если гены определяют, кто мы есть, и выглядят как шрих-код, то мы уже имеем собственные штрих-кодовые татуировки. Гены – вот наши уникальные личные штрих-коды.

На следующее утро Кейла проснулась раньше, чем обычно. В хижине Мфамба не было. Не был он и на улице, привычно готовя завтрак.

Кейла натянула ботинки и вышла на улицу. Лес был непривычно спокоен, кроме одного участка ядрах в пяти от девушки. Ветерок раскачивал кусты и ветви деревьев, а цвета казались неестественно яркими и насыщенными. Девушка сделала шаг вперёд, и перед ней внезапно появилась фигура.

Ютона. Это была она. Женщина поманила Кейлу рукой.

Но стоило девушке подойти ближе, образ начал тускнеть.

Кейла приметила в лесу какое-то движение. Шаги. Собачий лай. Она повернулась на звук, сердце бешено колотилось в груди.

В лесу было полно ГлобалПолиции.