Ирина Ангара - Звезда по имени... (СИ)

— Элинария! — Касмина вспыхнула, — Ты издеваешься? Какие аналитики? Какая разница, что они думают, мы хотим поговорить с тобой о важном!

— И о чем? — глаза уже привычно считывали строчки, сравнивая эти выкладки с предыдущими.

— Ты заблокировала фонд!

— Да?

Надо запросить подробный график продаж за прошлые пару месяцев, тут явно что-то не то.

— Да! — старческая рука с длинными сухими пальцами потянулась ко мне и выключила ИК, — Посмотри на меня!

Мгновение я смотрела на место, где только что мелькал экран информера, потом поджала губы и подняла тяжелый взгляд на недовольную тетку. Аппарат, на котором я тренировалась, тоже остановился.

— Ну наконец-то! И что это такое, как это понимать? Почему ты встречаешь нас в таком виде? И почему я должна заранее запрашивать разрешение о нашем приезде? Я твоя старшая родственница и ты обязана…

— Стоп! — глухой рык вырвался непроизвольно, — Минута! У Вас есть ровно минута, чтобы успеть сказать Ваше нечто важное.

— Элинария? Ты так изменилась, — Каллиота подняла ладонь и прикрыла пальцами ошарашено открытый рот.

— Пятьдесят пять секунд.

Видя, что родственницы непонимающе переглядываются, поторопила.

— Поскорее! Пятьдесят три.

— Мне не нравится, что нам приходится разговаривать здесь! Ты глава рода, и обязана…

— Я ничего не обязана! — раздражение вспыхнуло будто сухая трава в жаркий день, — Тем более Вам!

— Элинария, дорогая, возможно мы не вовремя, и Касмина как всегда недовольна, — тетка посмотрела на сестру и чуть скривилась, — Мы не займем много времени. Так вот, дорогая.

Касмина прищурила глаза и недовольно сжала губы в тонкую полосу.

— Так вот, фонд рода нельзя закрывать. Это традиция, он создан специально для поддержки нашей молодежи пока она не встанет на ноги и не начнет работать на благо рода. Это трудный и долгий процесс, каждому необходимо найти свое призвание.

— Неужели?

— Дорогая, не язви, мир огромен, столько соблазнов для подрастающего поколения, конечно, дети пробуют новое. И ты должна снисходительно относиться к этому. В нашем роду столько талантов, и…

— Пробуют новое? И до скольки же циклов они собираются пробовать? И почему это я не могу влиться в этот славный процесс, а должна как проклятая с утра до вечера обеспечивать чужие "пробовалки"?

Задержав дыхание, я закрыла глаза.

Они меня бесили. Раздражали. Выводили из себя. Неприятный, скрипучий голос старшей тетки, вечно требующий и недовольный. И вкрадчивый, маслянистый младшей, пытающейся не нытьем, так катанием добиться своего.

— Минута прошла, — открыв глаза, я безэмоционально уставилась на теток и холодным голосом сообщила, — Можете быть свободны. Рауш, проводи.

— Элинария? — Каллиота сделала новую попытку, — Так нельзя, а как же фонд?

— Мои решения не обсуждаются! Всего хорошего!

— Ты такая же как ушедшая Катраэла! — недовольно выплюнув, Касмина развернулась и не спеша пошла к выходу из зала.

— Касмина как всегда преувеличивает, — тетка поправила локон волос, — Но фонд, он работал столько циклов, я сама выросла на нем. Традиции нельзя нарушать, это ведет к анархии.

Я растянула губы в неприятной улыбке, показывая кончики клыков. Пренебрежение и превосходство, именно это выражал мой оскал. О, да! Я все же удосужилась залезть в этикет, чем не преминула воспользоваться после. Зачем слова, когда можно сказать все понятными знаками.

— Рауш, скажи пожалуйста, — я размахнулась и со всей дури ударила по груше, вымещая скопившуюся злость. А она, эта самая злость в последнее время скапливалась на удивление быстро.

— Вы опять не правильно держите кулак, еще чуть-чуть и сломаете большой палец, — капитан флегматично откомментировал мой выпад и уткнулся глазами в работающий экран информера.

— А теперь неверно держите локоть, — добавил он минутой позже.

— Рауш! — я оттолкнула грушу и сложила руки на груди.

— Все? Приказать накрывать завтрак?

— Нет! Сейчас скажу и продолжу!

Мужчина откинулся на спинку кресла и сосредоточенно на меня посмотрел. В последнее время он понимал меня все лучше и лучше, я даже сама порой удивлялась, насколько он умел предвосхищать мои действия и мысли. Но иногда он специально выводил меня из себя, ловко оперируя мелочами.

— Почему!? Почему я отдаю приказ и он не выполняется?

— Их не могли не пустить, — равнодушно ответив, капитан все так же продолжал усиленно делать вид, что работает. А может и не делал. Я иногда просто поражалась его работоспособности.

— Почему? — а вот теперь он посмотрел на меня снисходительно, как на маленькое неразумное дитя.

— Согласно этикету, охрана стоит ниже по…

— Стоп! — я подняла ладонь. Этикет я выучила от и до. И действительно там был этот пункт. Пока нет опасности моей жизни, телохранители и охрана ничего не могут противостоять светлейшим аристократам. Понимание ситуации целиком и полностью возлагается на аристократов. Это они решают стоит или нет ломиться в закрытые двери и надоедать родственникам своими претензиями. А они зачастую решают что стоит, и откровенно портят мне нервы. Хорошо, что этот пункт касается только родственников, и то ближайших, иначе я бы просто сошла с ума. За последние недели кто только не пытался пробраться в дом. Начиная от родни, заканчивая непонятными поклонниками.

— Кстати, Рауш, что там с подарками? Я скоро устрою распродажу этого добра.

— Я работаю над этим, — а вот сейчас зубы моей доблестной няньки откровенно скрипнули. Я все же вывела его из себя.

— Да-а-а? — язвительно протянув, начала перечислять, — Три головы: орт, конун и так любимый тобою флеб. Пять ожерелий из когтей. Пять корзин с каким-то…

— Это мясо лорганских устриц.

— Мы голодаем?

— Нет. Их раковины используют в ритуале.

— Мне начхать на эти ритуалы. Мне уже достаточно ритуалов. Они воняют! У меня провонял весь этаж! А кто додумался принести их в мою комнату? Уволь этого гада! Там невозможно находиться. А я люблю спать в своей постели! А не в гостевой на другом этаже!

Браслет на запястье капитана запиликал. Посмотрев пришедшее сообщение, мужчина недовольно поджал губы.

— Что?

— Новый подарок.

— Что на этот раз?

— Фита.

— Что это? — пальцами касаясь висков, попыталась вспомнить смутно знакомое название и одновременно взять себя в руки.

— Змея, — капитан поднялся, выключил ИК и направился к выходу из зала, — Большая и ядовитая.

— Что? — моему громкому голосу позавидовала бы и серена. Я вспомнила, что означает фита в таурианской культуре. И мне это знание откровенно не понравилось. Только бы ее не приняли! Только бы… Может еще не все потеряно? Следующий вопрос я задала с маленькой надеждой на лучшее, — Ее приняли?