Александр Климай - Наташа

— Да, не может быть никаких сомнений, это — моя внучка, — размышлял он, рассматривая девушку. — Внешнее сходство бесспорно. Она — красавица, как две капли воды похожая на Нэю, только волосы — темные и волнистые, какие были у сына, ведь мать ее была белокура. Остается только прочитать ее генный код, чтобы быть уверенным, что не прервалась жизненная нить моего младшего сына.

Фертэс перевел взгляд на Аллея — по сравнению с Наталис тот казался зрелым мужчиной. Время, проведенное в полете, не прошло для него бесследно. Он стал выглядеть взрослее на несколько лет, тогда как на Земле пронеслись эпохи…

— Ситуацию осложняет то, — продолжал размышлять Фертэс, — что земляне совсем не подготовлены к условиям жизни на нашей планете. Им придется долго привыкать. Сложно будет объяснить различия, которые возникнут между ними и неизбежно отдалят их друг от друга. Трудно им будет. Ведь Наталис так юна… А может быть, это и к лучшему.

Фертэс выслушал подробный доклад о программе исследования, проведенной экипажем, и об успешно завершившемся дополнительном задании, заключавшемся в посещении этой агрессивной планеты Зелены, отнявшей у него сына, но подарившей милую внучку, которую он признал и полюбил с первого взгляда.

Земляне по-прежнему находились в анабиологической камере. В конце полета они были погружены в искусственный сон, чтобы не вызвать чрезмерного переутомления от обилия информации, которую они получили за такое короткое время. Специальные датчики, прикрепленные к вискам, регистрировали потенциалы, испускаемые клетками мозга.

— Значит, вы остановились на ускоренной «Альфа. Бетта. Джи» программе в седьмой ее модификации? Думаете, они смогут ее освоить?

— Да, Фертэс, — отвечал Нейсен, — исследования их интеллекта показывают, что достаточно двух недель, чтобы они адаптировались к нашим условиям. Наталис будет проще — ее гены уже ответили хорошей реакцией и работают в соответствии с нашими биоритмами. А Аллей — он достиг чрезвычайно высокой степени совершенства для землянина — попытаемся помочь ему, хотя опыт известен — люди, попавшие к нам с подобных планет, здесь быстро угасают.

— Ну что ж, приступайте.

Камера с землянами была установлена в специально приготовленном для этого помещении Исследовательского Центра, где должен был проходить период адаптации…

Сознание медленно возвращалось. С трудом поднимая чугунные веки, Аллей вновь увидел окружавший его розовый туман, в котором плыли, переливаясь, как радужные мыльные шары, десятки планет, исчезая в черной бездне космоса… Преодолев охвативший его мираж, он приподнялся на локтях и обвел взглядом зал, в котором находился: стены из матового стекла, составляя правильный овал, расширяясь, уходили высоко вверх и там соединялись полупрозрачным куполом.

Тяжесть и шум в голове мешали сосредоточиться. Казалось, что прошло много времени — недели…? месяцы…? годы…? Закрыв глаза, он попытался вспомнить, что произошло, и тут же почувствовал, что рядом кто-то есть. Обернувшись, он увидел миловидную темноволосую девушку с веселыми искринками в широко распахнутых глазах.

— Аллей! — прошептали ее губы.

Наталис наклонилась и припала к груди мужчины. До него донесся знакомый волшебный запах волос любимой…

Замирая от счастья, он обнял Наталис, и они слились в долгом поцелуе.

— Теперь я верю, что это действительно любовь, — проговорила Илэна, наблюдая за землянами из рядом расположенного зала, — и Время, разделившее их, не смогло разрушить это чувство. — Она отвернулась от экрана, не желая даже своим невидимым присутствием мешать этой встрече.

Через некоторое время она, как ни в чем не бывало, подошла к землянам, приветствуя их прибытие на планету.

— Полет, который вы достойно вынесли, закончен. Одну-две недели нашего времени вы будете жить здесь, проходя период приспособления. Вы познакомитесь с историей развития нашей планеты, особенностями ее атмосферы, климата, нашей архитектурой, увидите, чего достигли и чем занимаются наши люди. Подготовленные, вы войдете в нашу жизнь, и только тогда сможете оценить то, к чему стремились. И еще. Пока не закончится процесс обучения, не нужно выходить из этого зала.

Она нажала кнопку маленького прибора, который держала в руке, и тут же стены зала вспыхнули ярким голубым светом, и на них появилось изображение незнакомой планеты, земляне оказались как бы в центре большого овально расположенного экрана…

Испытание Временем оказалось самым трудным для Аллея. В течение дня, равнявшегося по продолжительности почти целому земному месяцу, он вынужден был засыпать по десятку, а то и более раз. Через несколько часов обучения он валился с ног, глаза его слипались и он ложился, восстанавливая во сне свои силы.

Наталис же чувствовала себя прекрасно, жизнь в другом измерении не приносила ей никаких неудобств.

Знакомство с планетой началось с изучения истории Голубой Астры. Вспыхивал экран, и земляне оказывались в самом центре происходивших событий. Буквально в двух шагах от них цвели диковинные цветы, росли странные деревья, имевшие серебристую листву, испускающие чудесный запах и ощущение свежести. Они чувствовали себя участниками строительства высотных белокаменных зданий со светящимися куполами и крестами, видели себя среди людей, парящих в небе то в легких летательных аппаратах, то в совершенных космолетах. Однажды они «были» так высоко над планетой, что Наталис, не выдержав, ухватилась за руку Аллея, но тут же раздался спокойный голос Илэны:

— Вы не должны бояться. Все, что вы видите, — это ваш воображаемый мир, ваши мысли, не ваши действия. Так вы воспринимаете то, что было у нас в недалеком прошлом, а теперь более старые времена…

И буквально рядом с ними появилось громадное животное, взбирающееся по склону горы, на вершине которой они себя на этот раз представляли…

В один из дней, когда Аллей отдыхал, а Наталис, сидя рядом, гладила его совсем поседевшие волосы, к ним вошел высокий пожилой человек. Девушка растерянно встала, увидев в его лице родные, знакомые до боли черты отца.

— Здравствуй, Наталис! Ты догадываешься, кто я?

Девушка шагнула к нему навстречу и не совсем уверенно кивнула:

— Ты — мой дедушка?!

Фертэс крепко обнял внучку:

— Прости меня, милая, что тебе пришлось столько пережить. Тогда я не смог остановить Валентэна от этой злополучной экспедиции. Ведь ту катастрофу можно было предупредить… и не пришлось бы платить такую огромную цену. Моя ошибка стоила дорого твоим родителям и тебе…