Академия Эвейл. Мой шаг к мечте - Мария Устюженко
— Смени тему, — затрещал горящими поленьями в камине голос Деламорта.
Обстановка мгновенно изменилась. Расслабленная атмосфера выгорела, оставив после себя затхлость и духоту.
— Она спросила, я ответил, — поразительно спокойно откликнулся Реджинальд, твёрдо встречая взгляд боевика.
— Очень галантно с твоей стороны, но заканчивай.
— Извините, кажется, там произошло что-то личное. Не хотела лезть не в своё дело, — поскорее встряла я, но меня не слышали.
Заволновавшись, что всё закончится дракой, я рискнула позвать:
— Вейлр…
Внимание Деламорта переместилось на меня. Его глаза все еще отливали багряным, но чувство в них словно изменилось. Он выглядел ошеломлённы. Захватил мои глаза и пытался отыскать там какой-то ответ. По спине у меня побежали мурашки, казалось, что он вот-вот коснётся чего-то внутри меня.
Но заговорил Реджинальд, и волшебство момента рассыпалось звенящими осколками. Я заморгала, отведя взгляд и пытаясь прийти в себя.
— Личное произошло вовсе не тогда, а за несколько часов до этого, — резко и как-то зло произнёс Реджинальд. — Мало приятного, когда находишь свою невесту в постели лучшего друга, а потом слышишь, что он влюбился в неё.
Глава 30. Принятие правды
Глава 30. Принятие правды
На один короткий вздох я замерла, в голове хороводом закрутились мысли, а по внутренней стороне рук пробежала горячая свирепая дрожь.
— В твоей постели? — воскликнула я, обвиняюще уставившись на боевика.
— Она не была моей невестой, как и ты моим лучшим другом, — одновременно со мной ответил Деламорт Реджинальду.
От резкости его слов зашипели свечи, поставленные на нашем столике. На мой же окрик обернулись не только гости таверны, но и боевик. Хорошо, что нас хотя бы посадили за угловой столик, где рядом было не так много народа. Я спрятала заледеневшие от неловкости пальцы в складки юбки и приподняла подбородок.
— Ты неправильно поняла, дорогая, — негромко заметила Зое, нашла мою ладонь и сжала, приводя в чувство.
— Извините, — пробормотала я, роняя взгляд на пол, не желая замечать пристальное, обжигающее внимание Деламорта.
— Вейлр, ты причиняешь мне боль, — хмыкнул Реджинальд. — Конечно же, я был твоим лучшим другом! Элуиза, да, не была твоей невестой, но отец пророчил ее тебе в жены.
— Это его проблемы, — куда спокойнее и холоднее заговорил Деламорт, затем поднялся на ноги. — Прошу прощения, я должен вас покинуть. Продолжайте отдыхать, а я пойду оплачу счёт.
— Ты правда хочешь оставить меня одного с ними? Не хочешь проконтролировать мою речь на тему, что камень преткновения в наших отношениях — это женщина? — столь же холодно поинтересовался Реджинальд, и я впервые заметила в нём что-то сложное, опасное.
— Ты не посмеешь.
— Ты прав, — легко согласился Реджинальд, улыбнулся, и возникшее только что ощущение пропало. — Но Вейлр, если Эстель спросит — я не смогу смолчать, ведь это невежливо.
Деламорт помедлил, но все же сел на место.
— Для тебя она мадемуазель Ламбер.
— Как скажешь.
Повисла хрупкая тишина.
— А когда можно будет заказать десерт? — деланно несчастно поинтересовалась я, перетягивая к себе внимание.
— В благодарность за ваше влияние на моего друга, мадемуазель Ламбер, я буду рад купить вам любой десерт, — подмигнул Реджинальд.
— Нет нужды, я сам в состоянии это сделать, — небрежно кинул боевик.
— Мне очень приятен ваш порыв, джентльмены, но спешу заверить, что я тоже в состоянии купить себе десерт, — широко улыбнулась я.
— Вы совсем нам не даёте вас побаловать, — пожурил Реджинальд, сделал большой глоток из своей кружки и предложил. — Давайте Вейлр купит десерт вам, а я прекрасной Зое.
— Мадемуазель Торез, — поправила его подруга.
— Вы разбиваете мне сердце! — сокрушённо покачал головой Реджинальд.
— То месье Деламорт, то я... Какое, однако, слабое у вас сердце, — протянула Зое, и это было вовсе не беззлобно. — А до этого, наверное, еще пара десятков девушек, среди которых была и невеста вашего друга... Хотя, наверное, не стоило так удивляться этой новости — чего еще ждать от аристократа. Надеюсь, не следует пояснять, почему теперь я считаю ниже своего достоинства принимать что-либо от такого человека, как вы.
Только-только вернувшаяся легкость атмосферы исчезла, выражение лица Реджинальда изменилось. Исчезло шутовство и доброжелательность, заострились черты лица и вспыхнул тяжёлый взгляд. Чай в его стакане затрещал, покрываясь тонким слоем льда. Не при таких обстоятельствах я хотела узнать, что Реджинальд маг воды.
Хоть Зое говорила негромко, ее речь звучала настолько проникновенно, что каждая фраза больно ударяла даже по мне.
— А теперь, чтобы не выглядеть пустословной, я думаю, мне пора удалиться.
Подруга откинула свою вечную косу за спину, поправила манжеты шелковой рубашки и неспешно поднялась. Я встала следом, не зная, что сказать. Реджинальд смотрел на деревянные настенные панели, игнорируя нас обеих.
— Спасибо за компанию, — как можно более вежливо и ровно поблагодарила я, чтобы не было похоже на издевку.
Такого ужина у меня не бывало со времен шумных семейных посиделок.
Внезапно путь Зое перегородил Деламорт. Подруга лишь слегка приподняла голову и без страха встретилась с ним взглядом.
— Месье Деламорт, отойдите, — велела я, оказываясь рядом и пытаясь задвинуть подругу, превышающую меня по росту, себе за спину.
— Я прошу прощения, — опомнился он, склоняя голову и отходя, но ненамного. Его тон звучал вежливо, но непреклонно. — Мадемуазель Торез, вы сейчас были несправедливы, и это нормально, учитывая, что вы не знаете всей ситуации. Прошу вас выслушать меня, раз уж всё равно этот разговор имел несчастье начаться.
— Защищаете его? — искренне удивилась Зое.
— Не терплю ложные обвинения.
Зое оглянулась на стол, где все еще сидел Реджинальд и стояла недоеденная еда. Я говорить ничего не стала, хотя с удовольствием бы послушала. Зое постучала носком сапога по полу и вздохнула.
— Будь по-вашему, — согласилась она. — Эстель, ты все еще хочешь десерт?
— Конечно, — легко солгала я.
— Пока ты ешь, значит, и послушаем.
— Надеюсь, потом вы будете столь любезны принести перед Реджинальдом извинения, — ненавязчиво заметил Деламорт.
Зое грубовато хохотнула и уселась обратно, вытянув ноги.
— Это вряд ли.
— И будете в своем праве, — подал голос Реджинальд.
— Но…
