Джанин Фрост - На дне могилы

Но Грегор меня не волновал. Теперь стали поговаривать, что и я на него повлияла. Никто не знал, что выбора у него не было. За него все решил серебряный кинжал в спине.

К этим страхам перед ужасным гибридом добавлялись разговоры о моем парижском прыжке. Кто бы мог подумать, что он вызовет такую массовую паранойю? Однако, поскольку искусство полета доступно только мастерам-вампирам, а я, хоть и ненадолго, к нему приблизилась, все гадали, какие еще тайные способности я скрываю. Эти подозрения подпитывали страхи: что, если к моему репертуару добавятся еще и возможности вурдалака? Не стану ли я непобедимой? Неубиваемой? Не научусь ли одним прыжком перелетать через небоскребы и вращать землю в обратную сторону? Догадки становились все безумнее.

Мало кто знал, что в настоящее время я представляла опасность только для сластей. Алкоголь не помог, и я обратилась к сахару, но боли во мне было много, и сахара не хватало.

— Когда вернется Ниггер? — спросила я у Аннет.

Тот недавно ушел, невнятно сославшись на дела. Никто не сообщал мне ничего, что могло быть использовано против меня. Все мы знали, что Грегор все еще шарит в моем мозгу, хотя я почти не спала и он мало что мог выведать. Я так и не знала, где мы находимся. И сколько с нами народу. И какой сегодня день. Собственно, я ничего этого и не хотела знать. Помнила одно: сегодня пятый день, как ушел Кости. Так я измеряла время. В минутах и секундах с тех пор, как была с ним.

— Когда стемнеет, — ответила Аннет.

Фабиан спустился вниз и уселся, так сказать, рядом с ней. Призрак улыбался ей как очарованный — иначе не скажешь.

Я закатила глаза. На Аннет ловятся даже духи. Возможно, она нашла способ заниматься с ним сексом. Пусть он прозрачный и не плотнее тумана, но, если такой способ есть, Аннет его нашла.

— Какой очаровашка, — заметила она. — Право, Кэт, тебе бы начать бизнес. Буду уезжать, постараюсь его у тебя сманить.

Потребовалось основательное усилие воли, чтобы не спросить: «А когда это будет?» Я, в конце концов, старалась побороть свою склонность с ходу ляпать все, что думаю.

— Аннет, я лучше пропущу фильм и что-нибудь почитаю. Смотрите без меня.

На половине лестницы я разминулась с Владом. Он остался с нами, заметив, что уедет, когда все уладится. Ручаюсь, он не рассчитывал, что застрянет так надолго.

Я уже подходила к спальне, когда там зазвонил мобильник. Я метнулась в дверь и нырнула за ним:

— Кости?

Ухо царапнул презрительный смешок:

— Нет, chérie. Все еще надеешься на возвращение любовника? Забавно!

Грегор. Только его мне и не хватало.

— Что такое, дорогой? — ядовито отозвалась я. — Все еще шаришь в моих снах, как я вижу. Извинился перед своими гулями за то, что я по-прежнему сосу воздух, а не кровь? Ты уж думал, что загнал дамочку в угол, да вот забыл, что при ней нож!

— Надо было остаться со мной, избавила бы себя от унижения: оказаться очередной брошенной девицей этого распутного смерда, — промурлыкал он. — Пока ты из-за него страдаешь, он валяет других.

— Лжешь. Кости на меня зол, но он не такой. Ты просто не можешь понять.

Грегор только расхохотался:

— Ох, Кэтрин, скоро сама увидишь, как ошибалась. Ты в самом деле думала, что он переменился? Да он просто нашел предлог и воспользовался им.

Я повесила трубку и удержалась от искушения растоптать телефон только из опасения, что Кости станет звонить и не дозвонится.

Когда Влад постучал по косяку, я развернулась и сгребла его за плечи:

— Ты знаешь, где Кости? Скажи правду!

Влад опустил взгляд на свою рубашку, словно говоря: «Ты не могла бы?..»

— Не знаю, Кэт. Ты собираешься меня трясти?

Я уронила руки, в досаде сжала кулаки:

— Этот ублюдок со мной играет. Знает, чего я больше всего боюсь, и пользуется, чтобы сделать мне больно.

— Грегор? — ровным голосом спросил Влад. — Или Кости?

Я перестала метаться по комнате и задумчиво взглянула на него:

— Я говорила о Грегоре… но в твоих словах есть смысл.

Влад улыбнулся:

— И что ты намерена по этому поводу предпринять?

— Когда вернется Ниггер, — угрюмо буркнула я, — потрясу его.

Едва Ниггер вошел в переднюю дверь, как я ухватила его за рубаху:

— Свяжись с Кости и скажи ему, что уже хватит. Может, я и была не права, но это жестоко.

Ниггер смахнул мои руки, как пушинки:

— Нельзя было просто сказать и не мять мне рубашку?

— Так доходчивее, — буркнула я. — На всякий случай.

Влад сидел у дальней стены с Фабианом и Аннет. Все трое ждали, согласится ли Ниггер или откажется. Я отодвинула часть мебели на случай, если он выберет второе. Нет смысла разносить обстановку.

— Кэт, — начал Ниггер, — дай мне еще несколько дней.

— Ответ неверный, — улыбнулась я и ударила.

Может, моя улыбка сбила его с толку. Голова у него от удара дернулась в сторону, и только тогда он понял, что это всерьез. Напрягся, отступил назад, выставил вперед руки:

— Это не так просто, но я не могу объяснить почему.

— Лучше смоги.

— Мне нужно еще время, — огрызнулся он.

Я вдруг поняла и резко хихикнула:

— А, дошло. Ты не можешь с ним связаться, да? То-то ты так мнешься. Ты не знаешь, где он!

Ниггер выругался:

— Умница, Смерть. Теперь, стоит тебе уснуть, это станет известно Грегору. Хочешь повесить на шею Криспину долбаную мишень?

— Давно? — настаивала я, ощущая подступающий страх. — Ты хоть знаешь, куда он направлялся?

— Я не выдам сведений, которые угрожают…

— Еще как выдашь! — В моем тоне смешались гнев и тревога. — Насчет меня не беспокойся, если надо не спать, пока все не уляжется, не буду. Побью мировой рекорд по бессоннице, но ты скажешь все начистоту и сейчас же.

Ниггер сжал губы. В его темных глазах разгорались изумруды, взгляд резал, как сталь.

— Лучше приготовься сдержать слово. Придется.

Подробности, которые вывалил на меня Ниггер, встряхнули меня, как на «русских горках». Да, он знал, как связаться с Кости. Еще до моего возвращения с Владом Кости дал ему номер для экстренной связи. Два дня назад Ниггер оставил ему сообщение, спрашивал, когда он вернется. Ответа не получил. С тех пор Ниггер вызывал его, слал емейлы и обращался к нескольким надежным друзьям. Никаких известий от Кости.

— Я пытался потихоньку что-то вызнать, вот и сегодня тоже, — закончил Ниггер, — и думаю, он старается добиться приема у Мари. По словам Родни, он три дня назад говорил с Криспином и тот заметил, какая жара в Новом Орлеане. Зачем еще ему туда уезжать? Я отправил Родни на разведку. Вот все, что я знаю.