Нежеланная невеста. Целительница для генерала - Юлия Нова

коридору, отправилась ко мне навстречу. Мы немного отошли от компании благотворительниц, заходящих в очередную палату, и на мой вопрос, не потеряют ли мою подругу остальная компания, леди Катарина, маленькая, подвижная и улыбчивая брюнетка, возвела очи долу, а после ответила мне, напоминая о нашей недавней встрече:

— После твоих объяснений, Глория, я теперь в палаты ни ногой. Не толплюсь в дверях со скорбным ликом, не сижу у постелей офицеров, читая им что-то, не развлекаю последними сплетнями. Ты верно сказала, не следует своим присутствием мешать работе целителей и лекарей, а помогать вам мы не можем. На то нужно хотя бы начальное обучение и разрешение главы рода. Ты сама знаешь, прикасаться к благородной леди нельзя.

Я кивнула на остальных, уже зашедших в палату, где как раз лежали офицеры:

— А остальные что же? Они не знают или им никто не удосужился подсказать?

Подруга посмотрела с укором и объяснила:

— Если ты про меня, то я пыталась, но к леди Анне прямо не пробиться, чтобы спокойно поговорить наедине, вокруг вьются её ближайшие прихлебательницы, называющие себя подругами. Кстати, милая, будь осторожна с леди Талией, она всем рассказывает, что стала официальной фрейлиной королевы. А ещё она давняя подруга леди Анны, вернее, увивается рядом с ней уже который год. Да, внешне она хороша, да и наглости ей не занимать, но после твоего рассказа я очень настороженно отношусь к этому титулу.

— Странно. Если леди Талия фрейлина королевы, то что она здесь делает? Ей положено служить во дворце… — Ответила подруге, откровенно сомневаясь в словах этой самой леди Талии. На что Катарина хмыкнула, но ответила серьёзно:

— Во дворце многое поменялось, Глория. Война наложила отпечаток и на дворцовую жизнь. Король официально объявил, что бюджет на дворцовые траты урезается в пользу поддержки военных частей. Штат прихлебателей, как говорит мой отец, уменьшен в несколько раз. Королева пыталась протестовать и сохранить выводок своих фрейлин на месте, но король разрешил оставить только пятерых.

— Пятерых? Но это очень мало… — протянула я, не веря, что королеву временно лишили почти всех марионеток, которыми она вертела как хотела, добывая с их помощью важные сведения, влияя на людей вокруг.

Очень кстати я вспомнила, что разговоры наши были не для коридора, и накинула полог тишины, на что моя подруга с уважением заметила:

— О, какой мощный щит, Глория! Твоя сила всё ещё растёт? Удивительно всё же, ведь тебе уже восемнадцать.

Я увидела в глазах подруги лёгкую зависть и поспешила остудить её пыл:

— Не завидуй, Катарина. Это каждодневный труд целителем, с утра до вечера, а иногда и ночью приходится вставать. Мало того, если завоза раненых нет, меня просят помочь с зельями. Я уже официально варю вторую ступень, скоро на третью перейду.

Подруга внимательно осмотрела меня, с сомнением протянув:

— А выглядишь ты, Глория, просто замечательно. Прямо расцвела!

Я рассмеялась в ответ, польщённая её словами, и ответила, напомнив подруге:

— Катарина, я сильный целитель и зельевар с родовым даром, о чём ты говоришь?! Конечно, я пользуюсь тем, чем владею! — Я не могла не улыбнуться, видя искреннюю и живую реакцию на лице подруги.

Мы обе рассмеялись, а после Катарина вздохнула с сожалением, но ответила однозначно:

— Я на такие подвиги не готова. Честно, я и так еле держусь, чтобы всё это не бросить. Думаю, лучше бы мы просто отправляли помощь на места, а эти приезды хороши только для чувства собственной значимости. Но… Леди Анна очень просила меня поехать. Она и сама устаёт от постоянных разъездов, ведь она помогает отцу с частью дел, с недавнего времени она курирует это ваше новое производство. И ты знаешь… Насчёт этих ваших новинок… Я тут слышала краем уха, что леди Талия говорила о них с леди Анной… Выспрашивала её, так, между прочим...

Что уж Катарина хотела сказать, я до конца не услышала, так как купол тишины дал знать, что кто-то приблизился к нам слишком близко.

Я развернулась в ту сторону, откуда шёл сигнал, и столкнулась взглядом со своим женихом. С генералом Стронгом.

Глава 35

Генерал подошёл, поприветствовав нас обеих, взял меня за ладонь, поцеловав её на виду у всех, но сделала это так, смотря на меня нечитаемым взглядом, будто это приветствие было только для нас одних. Пара секунд, и голова начала работать нормально, напоминая о нашей общей игре.

Я улыбнулась, делая вид, что довольна этой встречей, и с видимым удовольствием назвала генерала по имени, словно дразнила хищного, опасного зверя, пришедшего ко мне с неожиданной лаской:

— Натан, рада тебя видеть. Так неожиданно и так радостно твоё появление.

Всё внимание моего спутника сейчас было направлено на меня, его губы дрогнули в лёгкой, искренней улыбке, Натан кивнул мне приветственно, повернулся к моей подруге и, отдавая дань приличиям, обратился к ней:

— Леди Госби, я похищу у вас вашу подругу, ведь мы порядком не виделись и у нас точно есть важные темы для разговора.

Катарина с лёгким удивлением кивнула генералу, а в её глазах я прочла любопытство, смешанное с чувством приличия. Как всегда, второе победило, но взгляд, брошенный на меня, о многом мне сказал. Подруга явно захочет услышать от меня подробности нашей помолвки, а мне придётся… лгать подруге.

С тяжёлым сердцем я отошла от Катарины, и генерал предложил недолго прогуляться на свежем воздухе:

— Тем более там нас, Глория, никто не услышит.

Я в первый раз слышала настолько личное к себе обращение от фиктивного жениха и кинула удивлённый взгляд на шагавшего рядом со мной статного, весьма красивого, но слишком серьёзного мужчину. В ответ же я получила его короткое:

— Не забывайте, милая невеста, о нашей договорённости.

Ага, как же, забудешь здесь, если каждый второй пытается с тобой сойтись ближе, так как надеется на моё поднявшееся так высоко положение.

Только мы вышли из основного здания госпиталя, как Натан положил мою руку себе на предплечье, вслух давая понять:

— Со стороны мы будем казаться просто прогуливающейся парой, милая невеста.

Ох, как я не любила эту фразу обо мне как о невесте, и тон, с которым генерал это произносил. Мне казалось, в ней закрадывалась вся подноготная наших реальных отношений.

В лекарне отца и позже, здесь, в госпитале, я внутренне выросла, стала сильнее, и сейчас меня трудно было смутить даже генералу и его уверенному, подавляющему виду. Поэтому я приостановилась, смотря жениху прямо в глаза, и ответила прямо:

— Не стоит далеко уходить, меня