Игра на выживание (СИ) - Селезнева Екатерина

— Ты всё прекрасно понимаешь, нас всё равно бы вынудили от неё отказаться. — Тео вздохнул, словно судорожно глотал воздух, которого ему не хватало. — Эта зараза оплела всё вокруг.

— Всё знаю, но простить себя не могу за то, что оставил её одну и именно тогда, когда она больше всего нуждалась в нас, — взревел Фергус с отчаяньем.

— Не кричи, мы все равно не в силах изменить прошлое, как бы ни хотели. Да и поднимали этот разговор уже не раз – всё пустое. За прошедшие два месяца, что она тут лежит, мы так и не смогли придумать ничего, что могло бы оправдать наши действия тогда. Так к чему всё это ворошить?

— Ты прав, но... Почему ей не понравились новые слуги? – вдруг спросил он. Усталость в его голосе была очевидна, и я почувствовала её, даже не глядя.

— Не могу знать.

— После её Хранителей найти нормальных будет непросто.

— Да, мы и тут обделались.

Открыла глаза и посмотрела на мужчин. Тео сидел в кресле, а Фергус, стараясь ступать тихо, метался по комнате, словно загнанный в клетку зверь.

Стоило чуть пошевелиться, как они тут же отреагировали и посмотрели на меня с надеждой. Впервые за всё это время хотелось есть.

— Кормить меня будут? – собрав все силы, прохрипела, сонно моргая от яркого освещения в комнате.

Мужья переглянулись.

— Мы разбудили тебя? – спросил Тео, хмурясь и бросая косые взгляды на Фергуса.

Отрицательно качнув головой, сделала попытку сесть. С трудом, но у меня это получилось. Взглянув на окно, попыталась определить, какое сейчас время суток. За окном было светло, пели птицы.

Голова немного кружилась, а мужчины от моих действий впали в ступор и не спешили помочь. Бросила на них взгляд и увидела удивлённые лица. Сообразила чуть позже, что с меня спало одеяло, а я под ним в чём мать родила.

— Сорочку дайте. Или на мне экономят? – зло прошипела, заходясь кашлем.

После моих слов резко все пришло в движение. Сорочка нашлась, словно мужчины только и ждали, что я у них её попрошу. Фергус, как куклу, подхватил меня на руки и одел. Тео куда-то умчался, сверкая пятками.

Усадив и обложив подушками, муж сел на край кровати, которая под его весом прогнулась.

— Прости, просто слугам так проще было за тобой ухаживать.

Прикрыла глаза, кивать как китайский болванчик и качать головой не стала, всё равно не смотрит, да и что на это можно ответить. Им удобно, мне некомфортно. У всех свои цели.

Вскоре Тео вернулся с бульоном. Меня кормили с ложки, положив на грудь салфетку, Фергус держал миску, а Тео орудовал ложкой. Осилив три ложки, насытилась и отвернулась.

— Теона, надо съесть еще ложечку, — мило улыбаясь, уговаривал Тео. Поморщилась, вздыхая, и отрыла рот. Умом понимала, что надо есть, но ссохшийся желудок отказывался принимать больше. На очередную ложку, которую поднесли к моему рту, вызверилась на мужчин, пытаясь убить взглядом. С минуту меня пытались переупрямить, но страх лопнуть был сильнее.

— Вот не понять вас, женщин. Хочу есть – съела три ложки и уже наелась, я же дольше ходил за едой, чем ты ела, — ворчал Тео, забирая миску и убирая её на столик. Фергус хихикал, чуть подрагивая, хотя на лице не дрогнул ни один мускул.

Удовлетворенно вздохнув, закрыла глаза, не желая с ними разговаривать. Им меня навязали, и пусть Себастьян этого не озвучил, скорее всего выдвинули кучу требований. Сначала навязанная истинность, теперь обязанность быть Хранителями. Любви между нами никогда не было, а то, что начало зарождаться у меня к ним, они предали. За них говорить и анализировать их чувства не берусь. Себя бы понять. За всё время пребывания в этом мире мне так и не дали передышки, чтобы остановиться и осмыслить все, что со мной случилось.

Пытаясь вспомнить лица своих родителей, поняла, что не помню их лиц. Просто есть понимание, что они были, как и у всех детей, а всё остальное в тумане. Лица, голоса, родной запах маминых рук – всё исчезло. И где-то на задворках сознания пришло понимание, что так лучше, ведь изменить хоть что-то и вернуться назад я не могу.

Пока предавалась своим безрадостным мыслям, мужчины молчали, не мешая мне думать. Передвигались бесшумно, о чём-то тихо переговариваясь. Заметив, что я за ними наблюдаю, переглянулись, а потом Фергус произнёс:

— Мы пригласили слуг, чтобы ты могла выбрать сама, справишься?

— Это не может подождать? – говорить с каждым разом получалось всё лучше, боль уже была не такой острой.

— Нет. — Отрицательно дёрнув головой, Тео нахмурился. — Тех, что были, мы уволили, а новых без тебя нанимать нет желания: вдруг что-то пойдёт не так?

— Почему уволили?

— Они не справлялись, — сухо и ничего не объясняя, ответил Фергус. — Давай ты просто посмотришь, вдруг кто-то понравится?

Чуть скривившись, качнула головой, понимая, что от меня не отстанут. В комнату завели первую группу мужчин, все они как один были драконами, и, несмотря на их положение, надменность так и сквозила во всех их движениях и взглядах. От таких ждать только подвоха, а не помощи.

Я отрицательно мотнула головой под удивлёнными взглядами своих мужей или уже не мужей – надо все же выяснить этот момент. Первую тройку увели и завели других.

Мне не понравился никто: одни казались слабыми, другие слишком женственными, третьи надменными, четвёртые наглыми, а потом вариантов не осталось.

— И как это понимать? – спросил Фергус, стараясь сдерживать себя.

— Как хочешь, – ничего не объясняя, закрыла глаза.

— Что не так, Теона? – это уже Тео спросил потерянно.

— Всё не так. Верните мне моих слуг, а этих отправьте в монастырь, чтобы их научили спокойствию и уважению, — столь длинная фраза далась с трудом, отняв все силы.

— Понятно.

Что там им понятно, разбираться не стала и, положив голову на подушку, уплыла в сон. Спать мне нравилось. Там нет пугающей реальности и неопределённого будущего.

Глава 42

Так и проходили мои дни. Между сном и бодрствованием на короткое время. Новых слуг мне больше не приводили. Разговорами не утомляли. Дня через три смогла встать и буквально с минуту постоять у кровати. После чего пошла на поправку намного быстрее. Заметив это, мужчины стали выводить меня в сад – греться на солнышке и дышать свежим воздухом. Через неделю я могла сносно ходить по комнате.

Мужья так и продолжили меня опекать, сменяя друг друга всё так же парами. Фергус-Тео, Себастьян-Даниэль. Говорить получалось подолгу, но больше они не приставали с долгими рассказами, а я не задавала вопросов.

Так и жили, пока в один из дней я не увидела своё отражение в до блеска начищенном подносе. Увидев лысую макушку, вздрогнула и провела рукой, чтобы проверить, что глаза меня не обманули. Зажмурившись от ужаса, только сейчас поняла, что за всё время меня только мыли, но ни разу не делали прически, а я даже не придала этому значения.

Посмотрев на Себастьяна, увидела виноватый взгляд.

— Это сделали мы, я лично. Сила мага в его волосах, после этого они не выросли ни на миллиметр.

— Конечно, просто так убить не так интересно, — зло выплюнула в ответ. — Надо было глумиться над бессознательным телом. Сволочи.

— Сволочи, — пожал он плечами, — мы даже не захотели выслушать и понять, но нам от этого не легче, как и тебе.

Закрыв глаза, проглотила ком в горле, стараясь не показывать своей слабости и сдерживая слезы. Теперь становилось понятно, почему я так и не смогла почувствовать свою магию и вызвать хоть малую искру. Меня лишили дракона и магии, сделав инвалидом по меркам этого мира.

Поднявшись с пледа, на котором сидела, побрела в комнату. Где мы всё это время находились, не знала. Дворец, замок – по сути, не имело значения. На первый взгляд, здание было огромным, но мне было всё равно. Их забота тяготила. Как жаль, что мне не дали умереть.

Разум отказывался принимать действительность, в голове уже мелькали рецепты, отвары, которые могли помочь. Где только взять нужные травы? Мозг словно проснулся от спячки и лихорадочно соображал.