Не бойся ночи, там есть Я (СИ) - Тая Ан

class="p1">Я безмолвно перебирала исписанные строчки, чувствуя, как по спине ползут ледяные мурашки, а волосы на голове начинают шевелиться сами по себе. В конверт была вложена записка и несколько фотографий.

«Я устал за тобой бегать, и потому у меня к тебе есть предложение», — писал мой «любимый» оборотень, которого я горячо желала бы больше никогда в этой жизни не видеть. — «Ты ничего не скажешь вампиру, и тогда он будет жить. Уничтожь письмо и фото. Я жду тебя через пятнадцать минут в машине у кафе через дорогу от дома, в котором ты сейчас находишься. Приходи, и тогда никто не пострадает. В противном случае ты очень пожалеешь, ведь теперь я всегда буду знать, где ты. Лют.»

До боли закусив губу, я взглянула на приложенные к письму фото. На первом оказалось смазанное изображение меня у Рида на руках посреди темной улицы. Так и знала, что они отследят нас по камерам! На втором фото был так же представлен скриншот с одной из камер, причем сделанный уже возле входной двери. Что-то подсказывало, что этой самой квартиры, в которой я сейчас читала треклятое письмо.

Итак, он всё знал. И ничего не мешало ему войти прямо сейчас, взять меня за руку и увести туда, куда посчитает нужным. Но Стужев предоставил мне выбор. Ну как, предоставил…привычно шантажировал.

Вытащив из стопки третий кадр, я задержала дыхание, разглядывая свою собственную семью. На этот раз это не было скриншотом с камеры. Фотография выглядела профессиональной. Мои родственники сидели в знакомой гостиной, улыбаясь в камеру. Отец, мама, брат и бабушка с моим мопсиком на руках. Боже, как давно я их не видела… Кажется, прошла целая вечность. И похоже, что фото сделано совсем недавно. Бабушка совершено не изменилась, брат подрос, по родителям и не скажешь, что те потеряли дочь, а Куки стала совсем взрослой собакой. В общем, жизнь продолжалась, как будто ничего и не случилось. Не хватало только меня.

И для чего он приложил это фото? Чтобы наглядно продемонстрировать, чего я лишаюсь, отказываясь от жизни с ним? Или… В душу вдруг закралось страшное подозрение. Он что, шантажирует меня моей семьёй?!

Тяжело дыша, я закрыла глаза, прислушиваясь к своему сердцу. Будь моя воля, я уничтожила бы всю эту шерстяную братию одним днем, чтобы больше никогда и никому они не портили жизнь. Жаль, что это не так просто, как хотелось бы.

Ну что ж… Оборотень сам подписал себе приговор. Хочешь Лили? Получи-распишись. Правда Рид, наверное, не поймёт моего решения. Возможно, даже обидится. Напишу ему записку.

До меня донесся звук знакомых шагов, а следом я услышала, как в замочную скважину вставляется ключ, и тут же рванула с места. Закрыв за собой дверь ванной, я порвала на мелкие клочки проклятое письмо и два фото, после чего выкинула обрывки в унитаз. Затем выдернула с подставки зубочистку, проколола ею палец, нацарапала на обороте семейного фото пару слов и оставила его на видном месте. Всё.

— Цветочек?

Выйдя из ванной, я тут же напоролась на внимательный взгляд. Рид не мог не услышать моей беготни. Ну разумеется. Пытаться скрывать нечто подобное от кого-то с вампирским слухом, как минимум, глупо. Но раскрывать полностью свои карты я не собиралась. Иначе Стужев с радостью воплотит свою угрозу, избавив меня от лучшего друга.

— У тебя есть кольцо? — я подошла вплотную и заглянула в его глаза, мысленно умоляя не задавать мне лишних вопросов.

Тот медленно кивнул, запустил руку в карман пиджака и продемонстрировал знакомое украшение. Я протянула ладонь, и кольцо оказалось у меня.

— Не спрашивай.

Я видела по чужим глазам, что тому очень хотелось выяснить, что стряслось. Но дураком мужчина не был, и потому молчал, доверившись моей просьбе. Хотя вариантов проблемы не так уж много, и рано или поздно он догадается и так. Лишь бы не додумался вмешаться, иначе пострадает. Я всё сделаю сама.

— Мне нужно уйти, — я сглотнула и облизала губы. — Пожалуйста, не ходи за мной. Надеюсь, что вернусь. Нет, я точно вернусь. Вопрос лишь в том, как скоро. Ты мне веришь?

Рид смотрел, не мигая, словно хотел прочесть мои мысли. Как если бы это было так легко. Я коротко улыбнулась, притянула его за лацканы пиджака, встала на цыпочки и поцеловала на прощание. Мужчина на мгновенье застыл, а потом прижал меня к себе, обнимая так, что стало трудно дышать. Горячие губы раздвинули мои, и я ощутила его дыхание на своём языке. Как жаль, что у меня всего лишь пятнадцать минут. Хотя, наверное, сейчас уже гораздо меньше. Нужно торопиться.

Я заерзала, высвобождаясь из чужих объятий, и, не оборачиваясь, направилась к выходу. Быстро обувшись, я бросила на Рида последний взгляд и вышла, бесшумно закрыв за собой дверь.

Когда-нибудь всё это обязательно закончится. Может, уже совсем скоро мы с Ридом отмахнемся от всей этой шерстяной братии и уедем куда-нибудь вдвоем, причем на этот раз по-настоящему. Туда, где сможем действительно отдохнуть, хотя бы на неделю позволив себе забыть обо всём и наслаждаться жизнью. Может на море, а может в лес на горную речку в уютное двухместное шале. Мечты, мечты… Сейчас, когда я с каждым шагом отдалялась от Рида всё дальше, я чувствовала, насколько сильно мне этого не хочется.

Достав кольцо из кармана, я окинула взглядом пустой коридор, чтобы убедиться в отсутствии камер, и быстро вылила яд себе в рот, после чего надела украшение на палец и толкнула подъездную дверь. Опасный для оборотней, токсин мог вызвать у меня лишь небольшое онемение на языке, да и пить его я не собиралась. Однако при мысли, что придется целовать Стужева, меня начинало немилосердно мутить.

Машину я заметила сразу. Та самая, тёмно-синяя, или просто реплика. Отчего-то Лют любил именно эту модель известных внедорожников. Ну да мне какая разница. Шагнув на проезжую часть, я остановилась, неотрывно глядя в затемненное стекло.

Вечерело, и машин на улице было не так много. Но я улыбнулась, заметив боковым зрением мощный грузовик. Тот приближался на скорости явно выше допустимой. Лют предугадал мои действия, и выскочил из авто в мгновение ока. А еще через секунду меня вытолкнули буквально из-под колес.

— Ты что, — прорычал блондин, до хруста сжимая меня в объятиях, — с ума сошла?! Лили…

Судорожно сглотнув, он прижал мою голову к своей груди, где сильно и гулко билось его сердце.

Я сжала челюсти, приказывая себе терпеть, пока тот не наобнимается всласть. Однако, это было только