Кейти Макалистер - Секс и одинокий вампир

Издав глубокий рык, от которого у меня свело живот, он набросился на меня. Его руки прикасались ко мне повсюду, дразнили, тянули, расстегивали и стаскивали с меня одежду. Страстные прикосновения, ласковый шепот, легкие поцелуи и укусы вскружили мне голову. Я сама не заметила, как оказалась обнаженной.

Вся. Целиком и полностью.

Включая больную ногу.

– Ой! – пискнула я, нагнулась и попыталась прикрыть обезображенную шрамами кожу.

– Я не ойкал, когда ты меня разглядывала – а ты любовалась мной, наверно, целую вечность. Поэтому и ты не прячься от меня.

– А сам обещал, что не будешь приказывать, – пробубнила я, обхватив руками коленку и уткнувшись в нее.

– Я просто подчеркиваю, что мы с тобой на равных, Эллегра.

Судя по голосу, он был совершенно серьезен. Я вскинула глаза. Он протянул мне руку.

– Дай я на тебя взгляну.

– У меня нога уродливая.

– Она такая, какой ты хочешь ее видеть. Дай посмотреть на тебя.

Господи, только бы он не стал смотреть на эти уродливые белые шрамы! Он сразу в осадок выпадет. «Если мою ногу видели другие, почему бы не показать ее Кристиану?» – мелькнула у меня оптимистическая мысль.

– Ладно, я выпрямлюсь. Но если твой взгляд задержится ниже моего пояса дольше двух секунд, я одеваюсь и ухожу. Договорились?

– Как пожелаешь.

Я протянула ему руку, и он помог мне подняться. Глядя мне прямо в глаза, привлек к себе. Он ни разу не отвел взгляда и не покосился вниз.

Я готов поклоняться любой части твоего тела. Ты – воплощенная красота и изящество, все, чего только может пожелать мужчина.

Мои соски прижимались к мягкой поросли волос у него на груди. Я уловила слабый отголосок мысли, очевидно, не предназначенной для моих ушей:

И ты принадлежишь мне.

Ладно уж. Пусть. Слово свое он сдержал: я чувствовала себя желанной. Я никогда не хотела так сильно ни одного мужчину. И при этом я не чувствовала, что мной руководят, манипулируют. Он был просто безмолвным созерцателем. Я страстно промурлыкала – даже не знала, что способна производить такие звуки – и потерлась о него.

– Ты меня хочешь?

Он поглаживал мои ягодицы, затем его руки поднялись мне на талию. Он крепко прижал меня к себе и принялся покрывать поцелуями мою шею. Его жаркое дыхание щекотало мне ухо.

– Я хочу заняться с тобой любовью, хочу, чтобы наши тела и мысли стали едины, как это принято у Моравских Темных. Если ты прикажешь мне остановиться, я послушаюсь, но учти, что я и умереть могу.

Я запустила руки в его волосы и лизнула его в губы. Я не колебалась. Знала, что Кристиан сдержит свое слово, как бы ни накалились между нами страсти.

– Да. Пожалуйста.

Он властно поцеловал меня. Я не сопротивлялась. Потом подхватил на руки, принес к гигантской постели и уложил на прохладные атласные простыни, прикосновение которых к коже приятно возбуждало. Он застонал и тоже упал на кровать. Его руки и рот ласкали мои груди и живот, пока я не начала извиваться от нетерпения.

– Не сомневаюсь, что предварительные игры очень важны, но, может, займемся этим в следующий раз? Сейчас мне хочется чего-то более существенного, – прошептала я на последнем дыхании. Кристиан покрывал поцелуями мой живот. Его длинные волосы щекотали меня, и те участки кожи, к которым они прикасались, горели как в огне. Я выгнулась навстречу ему. Он скользнул взглядом по очень интимной часть моего тела, затем посмотрел мне в лицо.

– Приказывай.

Я захлопала глазами и еще больше заерзала.

– Что?

– Скажи, чего ты от меня хочешь.

Я раздраженно фыркнула.

– Это месть, да? Хочешь, чтобы я приказала тебе заняться со мной любовью? Хочешь, чтобы я произнесла это вслух?

– Я просто хочу знать, чего именно ты от меня хочешь. Я твой. Скажи мне, чего ты желаешь.

Я вздохнула.

– Ну ладно. Приказываю тебе заняться со мной любовью. Ну что, доволен?

– Как заняться любовью?

Я перестала поглаживать его руку и ткнула его в плечо.

– Мне что, графически изобразить?

Он покачал головой. Его волосы снова защекотали мне живот. Я задрожала и попыталась заставить его войти в мое тело.

– Просто скажи мне, чего ты хочешь.

Я потерлась о него ногами, забыв на минуту, что все мои ужасные шрамы были на виду.

– Я хочу почувствовать тебя. Всего.

– Да? Где? – спросил он и скользнул вниз по моему телу, пока его рот не очутился на уровне моих грудей, которые он тут же принялся ласкать. Я изогнула спину дугой и, раздвинув ноги пошире, обняла его бедра.

– Я хочу почувствовать, как ты прижимаешься ко мне.

Он поднялся чуть выше и припал к моей ключице.

– И?

И еще я хочу почувствовать тебя внутри меня.

Он обнял мои бедра и поднялся еще выше, раздвигая нежные части тела, которые, как я раньше считала, не способны ничего чувствовать.

Кристиан открыл свое сознание и наводнил мой мозг образами жара, упругости и всепоглощающего блаженства, которое он испытывал. Я обвила ногами его бедра. Он вошел в меня и начал двигаться внутри, а я покрывала поцелуями его шею и крепче прижимала к себе, желая, чтобы каждый крошечный атом его тела соединился со мной в совершенном экстазе. Я тонула в его наслаждении и посылала ему собственные блаженные ощущения. Наши тела двигались в совершенном ритме, каждый старался доставить максимум удовольствия себе и другому. Ритм все убыстрялся, и мне казалось, что я вот-вот вспыхну белым пламенем от сжигающей меня страсти. Я слышала, как Кристиан нежно назвал меня по имени, и тут же его зубы прокусили нежную плоть у меня за ухом. Я выгнулась дугой, не разжимая объятий, и чуть не пропустила миг оргазма: так возбудило меня то, что он пьет мою кровь. То, что многие сочли бы запретным и отвратительным, показалось мне эротичным, диким, плотоядным. Во мне разгорелось странное желание, которому я не решилась бы дать название.

Я почувствовала на шее его горячий язык и очнулась от эйфории, в которую меня повергло наше соитие.

Я лежала вся дрожа и медленно приходила в себя, крепко прижавшись к нему. Мне нравилось смотреть, как тяжело вздымается его грудь. Впервые в жизни я чувствовала себя так тепло и защищенно.

– Что ты наделал? – спросила я, лениво поглаживая его круто изгибающиеся ягодицы. – Что ты со мной сделал?

Он приподнял голову, посмотрел на меня и легонько поцеловал в губы. В его лазах горела целая радуга: тут был и красный, и золотистый, и коричневый цвета. Никогда не думала, что такое возможно. Его губы медленно изогнулись в самодовольную мужскую усмешку.

– По-моему, в таких случаях говорят, что я «перевернул весь твой мир с ног на голову».