Душа терний - Стейси Тромбли

— Но чума ведь продолжит распространяться.

— Вы могли найти иной способ остановить эту дурацкую чуму.

— Правда?

— Конечно, — он повышает голос.

Но я уверена в том, что он врёт. Возможно, могли. Возможно, нет.

— А если бы у меня родились дети?

Призрак замолкает, его магия продолжает струиться и вихриться, но он ничего не говорит. Мои дети, внуки, правнуки не будут в безопасности, пока живы Несущий Ночь и Вселяющая Ужас. Это очевидно. Я либо должна отказаться от идеи иметь детей, либо отправить их в другой двор, чтобы они впитали в себя другую стихию и были свободны от моего проклятья.

— Почему они так хотят смерти Рева?

Я только сейчас задалась этим вопросом. То ли дело в его магии, то ли в судьбе, что ему предначертана, я не знаю. Надо было спросить раньше. Выяснить этот вопрос.

— Он может отменить их проклятье. Может исцелить то, что не сможет исцелить никто другой.

Я поджимаю губы.

— Например, чуму.

С этого ведь всё началось. С чумы. Теперь она кажется лишь мелкой неприятностью в сравнении с тем, что ожидает мир, если Вселяющая Ужас вырвется на свободу.

— Верно, Рев может остановить чуму и без книги заклинаний.

— Но ты всё равно хочешь, чтобы он умер.

— Я хочу, чтобы ты выжила. Он не имеет значения. Если бы его выживание не означало твою смерть, я бы предпочёл, чтобы он жил. Что бы ты там ни думала, я не желаю тебе несчастья. Но так сложились обстоятельства.

— И ты ненавидишь меня за то, что я выбираю его, а не свою родину.

— Я не ненавижу тебя. Я разочарован. Был зол. Но я понимаю, что это несправедливый выбор.

Я закрываю глаза, но мои ресницы дрожат. Разум немного успокоился, сердцебиение тоже, но тело всё ещё обессилено. Я чувствую… онемение. Не чувствую ничего.

— Как ты, дитя?

— Не знаю, — шепчу я. Заставляю себя приподняться и посмотреть на свои ладони. Смотрю, как пепел падает на мою кожу. Мы так близко к центру Выжженных земель — там, где по легендам живое существо не протянет и нескольких часов. Значит ли это, что воздух отравляет меня с каждой секундой? Разве пепел не должен сгорать?

Я снова посмотрела на свою руку. Красные пятнышки остаются там, где застревают хлопья. Моя кожа облезает, серая как пепел. Я тихонько ухватываю краешек и тяну тонкую плёнку, обнажая алую плоть. Ахаю и тут же отпускаю.

Что со мной происходит? Кислотный дождь разъедает моё тело, а я даже его не чувствую. Я ничего не чувствую.

С чего я взяла, что пепел должен обжигать? Прочитала где-то? Не помню, чтобы где-то читала об этом или от кого-то слышала…

Но я помню, как мне это снилось.

Я помню сон, в котором я бежала через центр Выжженных земель за Ревом, чтобы спасти его. Он был в беде.

Я помню, как призрак рядом со мной сказал, чтобы я забыла о нём, позволила Реву умереть. Сказал, что Несущий Ночь заберёт мою душу, если я не буду осторожна.

— Где Рев? — снова спрашиваю я.

Это правда был всего лишь сон? Тот, где он исцелял меня? Он… Я сглатываю. Он сказал, что был в плену у Вселяющей Ужас. Я резко поворачиваю голову к призраку.

— Где Рев? — требовательно повторяю я, сердце колотится в груди. Что-то не так. Я чувствую это в глубине души.

— Откуда мне знать?

— Ты знаешь, — я сверлю его взглядом. Он поддерживал меня, помогал, но я чувствую только злость. Потому что он знает. Он прекрасно знает, где сейчас Рев. Я протягиваю руку, чтобы схватить призрака за горло, но моя ладонь проходить сквозь его чёрное дымчатое тело.

— Что ты делаешь?

Что-то не так… Это сон. Мне снился сон. Я бежала к Реву. Он был в опасности. И призрак говорил мне бросить его умирать.

— Если ты останешься, — шепчет призрак, — Несущий Ночь будет отрывать от тебя кусочек за кусочком, пока не останется только его магия. После чего он без труда освободится. Его душа поселится в твоём теле и будет править Двором Теней. В этот день, Кейлин, принцесса Теневого двора, ты потеряешь всё, на что когда-либо смела надеяться.

Вот чего хочет призрак.

Чёрт.

— Ты помогаешь ему, — разъярённо шиплю я.

— О чём ты, девочка?

Моя рука не может коснуться. Но железный клинок может. Я хватаю кинжал и прижимаю остриё к его сердцу быстрее, чем он успевает моргуть.

— Что ты сделал?

Призрак замирает. Страх пересекает его лицо, но затем его губы расплываются в жуткой ухмылке, и он издаёт тихий смешок.

— Собираешься убить меня, да?

— Что в этом смешного?

— Я твой единственный оставшийся союзник, дитя. Как иронично будет, если ты прикончишь меня и останешься совсем одна.

— Союзники не предают. Что ты сделал с Ревом? Я знаю, ты что-то сделал, — я вдавливаю остриё глубже в его дымчатую грудь, его магия шипит на железо.

Он морщится, но нездоровая улыбка никуда не исчезает.

— Ты стала такой же слабой, как и мы? Стала такой же, как мы? — шепчет призрак. — Возможно, я зря думал, что ты особенная. Такая же, как и все.

— Нет, я единственная такая дура, доверившаяся призраку!

— Тогда прикончи меня. Убей прямо сейчас. Избавь меня от необходимости смотреть, как ты умираешь, а с тобой и все мои надежды.

— Я всегда знала, что мне не победить в этой борьбе, — признаю я. — Но я могу не дать им победить. Если я умру, род прервётся.

— Твой отец ещё жив, — слова призрака звучат как угроза.

Отпускаю кинжал. Об этом я не подумала. Неужели они переключатся на моего отца?

— Это вообще возможно?

— Вряд ли. Но он попытается. Он будет пытать твоего отца. Возможно, заставит его продолжить род.

Мои пальцы дрожат.

— Клянусь, дитя. Я не лгу, когда говорю, что я на твоей стороне. Я не хочу, чтобы Вселяющая Ужас вырвалась из своего заточения или чтобы Несущий Ночь стал сильнее. Я приложил столько сил, чтобы остановить их много лет назад. Это всё ещё моя цель.

Я наклоняюсь к нему, рассматривая.

— Ты знаешь, что случилось с Ревом, — повторяю спокойнее. И решаю, что верю ему. Не думаю, что он перешёл на сторону врага, но он явно скрывает информацию. — Будь моим союзником в полной мере, и тогда я сделаю всё возможное, чтобы выбраться отсюда и вернуть могущество Двору Теней.

Он прищуривается.

— Ты обещаешь, что если выберешься из Выжженных земель, то займёшь свой трон?

Я делаю глубокий вдох, обдумывая, стоит