Я, виконт и прочие чудовища (СИ) - Новак Нина

Он горько улыбнулся.

– Я сам во всем виноват, мадмуазель дю Пэн. Я сам вошел в сговор с темной колдуньей, я сам решил преследовать Ботрела и сам попался в его ловушку. И за свои грехи я отвечу самостоятельно.

Нинелль подбежала к нему.

– Клянусь, я о Ботреле ничего не знала. Я не собиралась заманивать вас в ловушку. Я просто хотела вас... ну вы понимаете. А потом... наверное... на самом деле я бы пожалела вас и убивать не стала.

– Что будет, когда Ботрел поможет мне избавиться от печати?

– Вы должны будете помочь ему провести ритуал для возвращения человеческого облика. Он договорился с Инквизиторами и Рауль поддержал его. Темных магов больше не будут преследовать так строго, как раньше.

Нинелль уселась перед ним, поджав под себя ноги.

– Я предпочту мучиться, но я не могу предать свои убеждения,  – пробурчал он, но уже не так уверенно.

– Высшие Инквизиторы вас кинули, Кристоф. Они заявили Ботрелу, что он может делать с вами, все что ему угодно.  

Нинелль посмотрела на него выжидающе, но он молчал. Неужели ему недостаточно? Она бы уже давно послала к демонам предателей и перешла на службу к темному колдуну.

– Что с вами? – раздраженно спросила она. – Такое ощущение, что вам не дорога жизнь. Вы не хотите счастья, свободы? Вам нравится бесконечно маяться угрызениями совести, самобичеванием, болью, внутренним разладом?

Она встала на ноги и подошла к нему. Схватив за подбородок, подняла ему голову и заглянула в глаза. 

– Разозлитесь же уже!

– Вы не понимаете и никогда не поймете, что значит потерять честь и... себя, – почти выплюнул он.

У Нинелль же уже кончилось терпение.

Она наклонилась к нему и впилась поцелуем в рот.

Она целовала его грубо, терзая и кусая губы, и он ответил.

– Освободи мне руки, – прошептал он ей хрипло.

Нинелль рискнула. Она знала заклятие – подслушала, когда Ботрел заговаривал кандалы. Освободила его и зажмурилась. Что он сделает? Убежит? Или вначале ее прикончит?

Но он остался. И накинулся на нее с жадностью. Ткань платья затрещала под его пальцами, открывая смуглое теплое тело.

Они боролись, катаясь по земле, срывая друг с друга одежду, кусаясь и тут же зализывая раны. Нинелль стремилась оседлать его, но он не давался, подминал ее под себя, раздражал ласками, проникая пальцами, пока окончательно не усмирил.

И только тогда Кристоф, наконец, овладел Нинелль.

Она еще долго лежала, обхватив его тело ногами, успокаивая дыхание. И не могла отпустить. Ей казалось, что он уйдет, с отвращением от нее отвернется. И она сильнее сжимала ноги, но он не противился и убегать не стремился.

– Что вы надумали? – наконец произнесла она.

– Я хочу жить, – ответил Кристоф, улыбнувшись.

Нинелль дотронулась до ямочки у него на щеке. Кажется, он улыбнулся всего второй раз за все время их знакомства.

– Вы меня всю покусали и синяки оставили. Что скажет матушка?

– А вы меня исцарапали, – ответил он. – Я читал, что ведьмы так знают.

– Сожгите уже эти ваши дурацкие книжки! – крикнула ему Нинелль возмущенно.

В ту ночь Ботрел провел ритуал. Подземелья раулева замка прекрасно подошли для этой цели. Там было полно и зеркал, и пыли, и пауков по углам, и много чего другого, что надобно для некромантских обрядов. Он привлек и Нинелль с Клариссой. Ему нужны были лишние силы, а ведьмы оказались весьма мощны. Ботрел даже немного удивился. И надо же – скрывали такие таланты, растрачивая их на придворные дрязги.

В ту ночь Кристоф окончательно перешел на сторону Темных, признал свою сущность и дал клятву верности Ботрелу.

Замок уже спал, когда они наконец поднялись наверх и вышли в парк. Воздух в подземельях оказался слишком уж спертый.

А Ботрел смотрелся красавцем, все таким же черноволосым и с густыми бровями, но живым и теплым на ощупь. Кларисса уже проверила, слегка дотронувшись до его руки. Остальное она опробует позже, подумала Нинелль и усмехнулась.

– Поезжайте со мной в Кохунто, вы оба, – предложил Ботрел. – Кларисса едет со мной.

– Матушка? А как же королевский двор? – спросила Нинелль.

– У нас в Кохунто тоже есть на что посмотреть, поверьте.

Он привлек к себе Клариссу и поцеловал в висок. Странно было видеть матушку такой счастливой и не под влиянием табака.

Нинелль смутилась. А хочет ли Кристоф продолжать с ней знакомство?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Вам нужно еще многое постигнуть, Нинелль, – продолжил Ботрел. – Исидора тоже поедет с нами и вы сможете начать у нее учиться. Вы ведь мечтали об этом.

Нинелль кивнула. Безусловно. Кохунто. Она сама мечтала об этой стране, но все равно было страшно.

– А вы, Кристоф? Поедете?

– Да, – бывший Инквизитор отвечал уверенно. – Сейчас, без печати, я чувствую себя странно. Ощущаю безмерные силы, но и боюсь их. Вы нужны мне, Ботрел.

– А вы мне, – Ботрел усмехнулся и довольный блеск мелькнул в его темных глазах. – Я договорился с Инквизиторами. Нам ничего не грозит. Более того, мне помогут восстановить Кохунто.

Ботрел снова поцеловал Клариссу в висок и радостно добавил:

– И еще. Сын Рауля, его прямой наследник – Темный. Так что Инквизиторам пришлось пойти на попятный. Любая попытка скрыть ребенка может привести к большому скандалу. Я обещал позаботиться об этом лично. – Ботрел подмигнул. – Так что, держитесь, Кристоф, многим вашим надеждам суждено сбыться. Мы вместе реорганизуем замшелую Инквизицию и введем в нее Темных магов. Вас, кстати, лишили священно сана, но это не помешает вам сделать карьеру.

– Сын Рауля? – воскликнула Нинелль.

– У этого развратника есть сын? – Кларисса подняла брови. – Я так и знала. Возможно даже и не один, а целая армия маленьких раулей по всему королевству!

– Он пока не появился на свет. Но месяцев через девять Лили родит.

– Вот ловкая морковка, – прошипела Кларисса.

Нинелль еле дождалась, когда матушка с Ботрелом уйдут испытывать его новое тело. Ей не терпелось поговорить с Кристофом.

Когда они остались наедине, она взяла его за руку и повела под сень дуба.

– Вы больше не господин Инквизитор, – с грустью произнесла она.

– И не преподобный, – усмехнулся он. – Но это не беда. Мне безумно интересно, что там в Кохунто... Ботрел предоставляет мне огромные возможности, которых не было бы здесь в Амберии.

– Я рада за вас. И за себя. Ведь я наконец-то смогу учиться.

– Вы больше не мечтаете о ребенке от Инквизитора? – насмешливо спросил он.

Нинелль вздрогнула.

– Я была глупой, Кристоф. Но нет, я не хочу ребенка. Не сейчас и не от Инквизитора. Я хочу учиться.

Повисло неловкое молчание и Кристоф, взяв ее тонкую руку, нежно поцеловал ладонь.

– Выходите за меня замуж, Нинелль.

Она рассмеялась.

– Совсем забыла, что имею дело с положительнейшим и честнейшим человеком в Амберии, хоть и темным магом. Вы не обязаны на мне жениться только потому, что мы переспали.

– Я предлагаю не потому, – серьезно ответил он.

– Кристоф, я за последний месяц поняла одну вещь... вернее сказать, я поняла себя... наконец. Я не создана для замужества. И мои прежние связи это только подтверждают. Мне было хорошо с Раулем просто так, без брака. И, если вы согласитесь просто быть рядом, не скрепляя наши отношения клятвами... я почту себя безмерно счастливой.

Кристоф замялся. Возможно, он чувствовал себя необычно или неловко. Нинелль затаила дыхание.

– Я думаю вы правы, – наконец произнес он. – Пусть будет по вашему. Но, знайте, я всегда буду рядом.

Его глаза нехорошо блеснули и Нинелль неожиданно поняла, что она вляпалась. Ведь живут маги столетиями, и она, если научится накапливать силу... тоже проживет немало. Рядом с Кристофом... всегда. В этом она ни секунды не сомневалась.

Он снова поцеловал ее в ладонь и Нинелль нервно улыбнулась. Поистине, бойтесь исполнения своих желаний.