Татьяна Величкина - Бег сквозь лабиринт

— Я все понимаю, но лучше тебе туда не ездить.

— Почему, какие-то проблемы? — его отказ немного удивил Наташу.

— Да, немного, тем более по городу разгуливает маньяк, сегодня новости видела?

— Нет, — пожала плечами Наташа, — мне кажется это чушь какая-то.

— Может быть, — он как-то странно посмотрел на нее, — хорошо, ты можешь съездить, только с тобой поедет Философ.

— Черт, я его терпеть не могу, он так меня смотрит, — воспротивилась Наташа.

— А мне нравиться, когда на мою женщину смотрят мужчины, ты ведь моя, а не его, поэтому он и завидует. Запретный плод сладок.

— Все равно… не хочу я с ним ехать!

— Я сказал, поедешь, — слишком резко ответил Антон, но вовремя спохватился и, подойдя к Наташе, обнял ее, — прости, у меня кое-какие проблемы с… Тэллем.

Она подняла на него глаза.

— Ты говорил с ним? — Антон согласно кивнул, — о нас, обо всем том, что мы обсуждали тогда.

— Да и после этого у меня возникли большие проблемы, ты нужна ему и он хочет забрать тебя у меня, поэтому я не хочу тебя ни куда одну отпускать. Сегодня вечером мы улетаем в Москву, оттуда в Ганновер и там уже ему будет меньше возможности достать нас.

— Антон, — Наташа обняла его еще крепче, — я так люблю тебя, хочешь, я ни куда не поеду и весь день мы проведем вместе.

— А как же твоя подруга, может, ты ее больше не увидишь? — тихо спросил Антон.

— Ты прав, — вздохнула Наташа, — звони своему Философу, поеду с ним.

Антон, смяв пачку сигарет, бросил ее в корзинку для мусора, Наташа видела, что внутри него все так и кипит от гнева, но он, ни говоря, ни слова вышел из комнаты, оставив Наташу наедине со своими мыслями.

Все так изменилось, подумала Наташа, перевернулось с ног на голову, и что мне теперь делать. Не хочу я ни в какой Ганновер, не хочу. Но Антона одного я отпустить тоже не могу, еще босс его почему-то мною заинтересовался, но что Тэлль может сделать против моей воли, он же не Господь Бог, в самом деле.

Она быстро оделась в легкие джинсы и черную футболку с надписью на груди Calvin Kline, и, порывшись в шкафу, нашла легкие теннисные тапочки. Ей так не хотелось ехать с Философом, но раз такой оборот, то все-таки придется его терпеть. Подойдя к зеркалу, она посмотрела на себя, без косметики она была совсем еще девчонкой. Собрав волосы в хвост, Наташа нацепила на голову бейсболку, такого же цвета, что и майка и, надвинув ее пониже на лоб, осталась довольна. Скромный спортивный стиль, и ни каких декольте, иначе Философ опять начнет истекать слюной, кобель паршивый. Она представила его почему-то с вытянутым лицом, покрытым черной шерстью и с длинным вывалившимся до пола языком. Тело у него было собачье, но не от породистой псины, а какой-то дворняги с закрученным лохматым хвостом. Философ дышал часто и с тоской смотрел на Наташу. Она рассмеялась в голос, словно это было не в ее голове, а на самом деле и почувствовала себя намного лучше.

Ну что, в Ганновер, так в Ганновер, может быть там будет лучше, и не навсегда же туда. Увижу мир, ни когда не была за границей, поэтому в этом есть что-то хорошее. Наташа закрыла лицо руками и облокотилась на туалетный столик, я словно уговариваю себя. Черт побери, словно все происходящее сон, и здесь должна быть не я, а кто-то другой. Интересно, что было бы, если мать не привела тогда бы Валерку, может быть, все закрутилось по другой жизненной спирали, и я не встретила бы Антона, и все сложилось иначе. Как странно, от одного какого-то шага зависит вся твоя будущая жизнь, но как узнать, делать этот шаг или нет, знать бы наперёд все ходы конечной партии.

Еще раз, посмотрев на себя в зеркало, Наташа решительно поднялась и направилась к выходу, столкнувшись в дверях с Антоном.

— Ты едешь? — нетерпеливо спросил он.

— Конечно, видишь, оделась поскромнее.

— Когда тебя ждать? — он нежно обнял ее за талию, — не забывай, вечером в 21: 34 у нас самолет в Москву, а регистрация за час до вылета.

— Хорошо, я тебе от Азизы позвоню…

— И прошу тебя, не говори лишнего, не стоит впутывать твою подругу в наши дела, особенно, — он, немного помолчал и добавил, — особенно о твоих возможностях.

— Уж не думаешь ли ты, что я буду говорить ей о том, как прохожу сквозь зеркала и могу бродить по другим измерениям, хочешь, чтобы она меня за ненормальную посчитала.

— Это хорошо, что ты все понимаешь, надеюсь, так будет и дальше, всегда радует, когда близкий человек понимает тебя. — Он коснулся ее щеки губами и открыл входную дверь, — идем, я провожу тебя.

Машина мчалась по шоссе, и Наташу радовало, что Философ не произнес ни слова, он, молча, курил и смотрел на дорогу. Она же, тем временем, сидя на заднем сидении, думала о том, как решиться рассказать Азизе обо всем. И тут она вспомнила, о чем ей говорил Антон перед тем, как должен был состояться его разговор с Тэллем. «Я вернусь в любом случае, только не знаю, я ли это буду. Не стану говорить Тэллю, что тебе все известно, иначе он просто уничтожит нас, поэтому, когда вернусь, не задавай мне вопросов, словно ты ни о чем таком не знаешь». Черт, я совсем забыла о его предупреждении, а вдруг этот Антон уже другой и все будет идти совершенно по другому сценарию. Он может передать Тэллю мои слова и тогда мне крышка. Наташа приоткрыла окно, и резкий порыв воздуха привел ее в чувство. Она решила сегодня же проверить все приметы Антона и если что-нибудь не сойдется… что она тогда сможет сделать, голова идет кругом, вопросы-вопросы, все без ответов.

— Пирогова 18, корпус два? — внезапно спросил Философ.

— Да, — немного непонимающе ответила Наташа, — ты, что мысли читаешь?

— Нет, просто хорошая память на адреса, а вы больше ни куда не ездили, ну кроме вашего бывшего дома, — ответил он, и впервые Наташа не почувствовала к нему неприязни, может быть, тогда ей все просто показалось. Он посмотрел на Наташу в зеркало заднего вида и по её спине побежали мурашки только от одного холодного взгляда его серых глаз.

— Нужно немного шире открывать глаза и держать язык за зубами, чтобы потом не пришлось горько сожалеть, — произнес он, как обычно в своем стиле.

— Философ, а как тебя на самом деле зовут? — ее вопрос стал неожиданностью для него, он ухмыльнулся и спросил в ответ.

— Думаешь и мне не чуждо человеческое? Ошибаешься, маленькая хозяйка…

— Мы уже перешли на «ты», шофер? — теперь в его ехидной усмешке она узнала прежнего Философа.

— Ну, хорошо, Госпожа, каким будет следующий вопрос?

— А разве ты ответил на первый? — парировала Наташа.

— Если я отвечу на него, мне долго придется объяснять, а на это у меня нет ни времени, ни желания.