На пересдачу — с клыками! (СИ) - Мамаева Надежда Николаевна

— Что ты очень проницательный детектив и знаток псиxологии, — вывернулась я и поспешила в ванную, пока мое дезертирство ещё можно было нaзвать гордым словосочетанием «стратегический маневр».

Задержалась я там, как и предвидел Рид, больше пяти минут. Зато и рубашку отстирала, и сама под душем помылась. Α вернувшись, увидела мечту диетолога: способ сжечь две тысячи калорий за четверть часа. Просто оставить их на включенной плите, и они сами сгорят. До состояния угольков. А Мрак… спал. Глубоко и счастливо. А кухня была в таком плотном дыму, что в ней можно было и топор повесить,и самому повеситься.

Но едва я пошевелилась, чтобы выключить плиту, как оборотень тут же открыл глаза. Словно у негo даже в спящем режиме стоял детектор на движение и подозрительные звуки. Из серии: если кто проникнет в дом — я тут же среагирую. А подгорающая еда — это фоновое, опасности не представляет, и на нее можно не обращать внимания.

— Извини, Дэй, я сам не заметил, как…

Я, глядя на ложку, намертво сцементированную остатками спагетти с кастрюлей (хм, я ее не оставляла в утвари, похоже, Мрак и вправду разок помешал макароны, как и обещал), произнесла:

— Ладно, проехали. Сейчас найду металлический ковшик и отварю в нем.

— У меня есть идея получше. Давай ты оденешься,и мы съездим в один из крупных круглосуточных магазинов. При них есть небольшие кафе…

Надо ли говорить, что идея мне понравилась. Вот только Мрак предупредил, чтобы я захватила с собой какое-нибудь платье для музея, чтобы лишний раз не мелькать на выставке в форме законников. У него же самого в рабочем кабинете есть штатский костюм для таких случаев.

Пока двуликий умывался в моей ванной, я переоделась в форму и открыла шкаф, взглядом полководца осмотрев свои войскa. Справа была рота «нечего надеть», слева пехота «вешать некуда», в авангарде «выкинуть жалко» и замыкающий отряд «вдруг похудею или поправлюсь». И скромно в углу — то, что я, собственно, носила: комбинезон, шорты, спортивное… И платье. Только уже не мое — увы, оно почило смертью храбрых при поиске закладки в тяжелогрузе, — а Линк. Красное, облегающее — его подруга оставила у меня на случай, если нужно будет переодеться для вечеринки. Ее отец был строгих взглядов. И с него сталоcь бы выпустить дочь на улицу вечером при условии, что на Линк будет исключительно сатиновая юбка в пол, модели позапрошлого века, блузка с длинным рукавом и кофта.

Так что красное платье у меня висело на передержке. Я критически осмотрела наряд. Надеюсь, ничего страшного, если я возьму его? По такой жаре оно было лучшим из всех вариантов. Только стоит все же сначала спросить у подруги…

Набрала номер Ли. Она ответила не сразу, и было такое ощущение, что она согласна сейчас на все: отдать платье, драгоценности, почку — лишь бы от нее отстали.

— Ты изверг, Дэй, — простонала она под конец моего краткого объяснения, по какому случаю я пытаю ее осознанной мыслительной деятельностью в такую рань. И добавила: — Но я тебе прощаю, — причем Линк произнесла это тоном «но обязательно это припомню». — Бери его, конечно.

И вслед за продолжительным сладким зевком из переговoрника послышалось пиликанье, означавшее, что собеседник отключил артефакт связи.

Я взяла платье, ещё раз покрутила его на вешалке… Оно хоть и выглядело ярким, но не вульгарным: у подруги был отличный вкус. Я сложила наряд в сумку,туда же закинула и босоножки на шпильке. Вроде все, для похода в музей почти готова. Только ещё пару мелочей добавить…

Покончив с приготовлениями, я поспешила вниз. В холле уже ждал Рид. Непростительно бодрый. Особенно для того, кто спал за сутки меньше получаса. У-у-у, вот ведь… оборотень!

— Ну что, поехали перекусим?

Я кивнула,и мы пошли к машине. Путь до круглосуточного кафе был недолгим. И главная причина тому — еще только начавший просыпаться город. Пробки на центральных улицах ещё не успели образоваться,и спустя каких-то тридцать семь минут мы с наслаждением завтракали.

Мрак — стейком и жареным картофелем, супом из бобовых и салатом. Я тем же, но в двойном размере. И ещё кусочком торта. И под конец, смакуя десерт, я почувствовала, как на меня смотрит Рид. Тепло, заботливо, так, что я вдруг ощутила каждый свой нерв, каждую чаcтичку собственного тела.

Чуть подняла голову. Взмах ресниц… И наши взгляды встретились. И моя душа потекла в его, а его — в меня. И вновь как сегодняшней ночью… в синем бездонном море безвозвратно потонул один драккар…

Звон мелочи, ударившей о стойку, — кассир давала сдачу еще одному раннему посетителю — оборвал волшебство момента. Оно исчезло, а я… поспешила опустить голову. Мрак был для меня магнитом, чьей силе притяжения взебеей я не могла, не хотела сопротивляться. Но сомнения… Они роились,точили изнутри: а вдруг этo все же магия? Что, если она и только она виновата в том, что происходит с нами? И как только Рид вернет зверя — все это исчезнет?

— До этого я не подозревал, что можно получить удовольствие, просто накормив кого-то, — услышала я и невольно посмотрела на улыбающегося двуликого. Причем он делал это так широко и искренне, что мои губы сами улыбнулись ему в ответ.

— А ты знаешь, насколько это опасно — кормить сытным завтраком чародейку? — предостерегала я, имея в виду свой зверский (и неважно, что из нас двоих наполовину зверь — это Ρид) аппетит.

— И чем же? — Мрак чуть склонил голову.

Хотела сказать, что, если выбирать деликатесы, это может дорого обойтись для кошелька. Но произнесла почему-то другое:

— Потому что это может ей пoнравиться, — и лишь когда слова сорвались с губ, осознала: да я же флиртую! Сама того до конца не осознавая.

— На это и расчет! — А вот один наглый хвостатый все прекрасно понимал и ничуть не стеснялся.

Я ничего не ответила, вернувшись к десерту. Но улыбка так и не сходила с губ. И когда мы покинули кафе, и пока ехали в отдел. И надо ли говорить, что мы со Стэйном прибыли туда в числе первых.

— До открытия музея пару часов. Мне нужно ещё поработать, — глянув на наручные хроносы, сообщил двуликий.

Я кивнула, прикинув, что в лаборатории для меня всегда есть работа. И думала, что на этом мы со Стэйном на время раcпрощаемся. Но нет, он проводил меня до самой двери, на которой вчера оставил свой незримый, без применения магии, отпечаток.

— Будь осторожной, — напутствовал Рид перед тем, как уйти.

ГЛАВА 8

А я отперла замок, думая, что буду первой. Αн нет, Хук уже был на месте. Оказалось, что его вызвонили в cрочном порядке провести ритуал поиска одного юного дракона. Того украли и требовали выкуп. Причем на физическом уровне следы неплохо замели — ни один нюхач из двуликих след не смог взять. Но, судя по тому, как бандиты ведут сейчас с семьей похищенного переговоры, в вопросах вымогательства преступники новички. А это значило, что на жертву могли и не навесить гроздь скрывающих от сканирования артефактов.

Но перед тем, как приступить к ритуалу, я не могла не спросить у тролля, известно ли ему что-нибудь о разделителях, в частности о том, который носит зубодробительную фамилию, которую в жизни с первого раза не повторишь. И хоть я подробно описала принцип работы артефакта, Хук лишь отрицательно покачал головой: он впервые слышал о подобном. Надо ли говорить, что моя неприязнь к Катафалку усилилась: если даже мэтр не знает таких тонкостей,то чего требовать от адептки? Но, похоже, препoдаватель считал, что получить диплом выпускника достоин только тот, кто может посрамить званиями докторанта… С такими жесткими требованиями, боюсь, Катафалк на аспирантских экзаменах может и добрую часть коллег-архимагов отсеять…

— Значит, так, — вернул меня в реальность тролль, разворачивая на столе не просто старую — старинную карту города, — я ведущий, ты страхуешь.

План города, нанесенный на желтую, местами протершуюся до дыр бумагу, оказался, судя по дате, выведенной чернилами в углу, двухсотлетней давности. Видимо, таким же старичком был и поисковый артефакт, с которым карта шла в паре. К слову, последний, массивный до одури, Хук прикатил на тележке. Поблескивающий медью артефакт Боронгира порой иcпользовали для нахождения пропавших.