Тридцать три поцелуя на десерт (СИ) - Ли Марина

Я замолчал и улыбнулся. И, конечно же, Мадди немедленно клюнула на мою наживку.

– Кроме того что?

Я прикусил нижнюю губу, рассматривая девушку внимательным долгим взглядом, а когда в её глазах жарким стыдом вспыхнуло понимание, закончил предложение:

– Лично меня ждёт весьма желанная награда.

Мадди испуганно глянула вперёд, проверяя, не слышит ли нас Мок, а потом вдруг приблизила своё лицо к моему. Я почувствовал её дыхание на своих губах, и как сильно заколотилось под слоями одежды девичье сердце, и как моё с готовностью подхватило предложенный ритм…

И тут впереди раздался скрип, а вслед за ним лошадиное ржание и, недовольный голос Джери:

– Ну, слава Предкам! Я уж боялся, что мы разминулись. Где вы пропали, демоны вас задери?

Я выругался шёпотом под негромкое хихиканье Мадди.

– Ещё не вечер, – пригрозил я ей, хорошенько прижав к себе, и громко выкрикнул:

– Девушка туфельку потеряла. Не могли найти.

Джери пробормотал какое-то ругательство, неуловимо похожее на слово «подкаблучник». Но я решил, что чуть позже затолкаю ему его назад в глотку. Без свидетелей. Точнее, без свидетельницы. И поинтересовался уже у последней:

– У тебя наверху есть сухие вещи, или надо в повозке искать?

– Есть.

– Тогда молнией переодеваться! Не хватало ещё, чтобы ты заболела.

– А ты? – очаровательно встревожилась Мадди, и я окончательно размяк.

– А я поднимусь к тебе попозже…

За что меня немедленно дёрнули за волосы на затылке.

– Ой!

– Я не об этом! – пропыхтела она. – Ты ведь тоже. Ну, простудишься...

– За меня не переживай, – по-идиотски улыбаясь, велел я. – Готова к полёту?

И когда в миниатюрной каморке в самом верху телеги загорелся крошечный огонёк, я подал Джери знак, чтобы он спустился.

– Да на кой? – выругался приятель. – Сами скорее забирайтесь, чего время зря терять?

С обеих сторон от повозки за удила были привязаны лошади, – ездовые, не тяжеловозы, – но самих всадников видно не было.

– Где все? – спросил я, снова глянув наверх. Если они мне там Лисичку напугают, я…

Но тут за спиной у Джери что-то шевельнулось, и я увидел бледное пятно чьего-то лица. Кажется, это был Давид, один из помощников Бруно.

– Чего шумите?

– Мелкий с барышней и щенком вернулся, а теперь права качает, – ответил возница, немного оборачиваясь назад. – И задвинь эту демонову шторку, не пускай холод внутрь. Брэд, Бержан, давайте скорее. Шевелите своими попками, девочки, а то мы до утра из этого болота не выберемся.

– Джери, – рявкнул я. – Не до шуток!

Он удивлённо вскинул бровь, но спорить не стал, сразу спрыгнув на землю. Я тем временем принялся отвязывать его лошадь от повозки. Предки, надеюсь, что я не глуплю и не совершаю ошибку!

– Брэд?

– Мне надо, чтобы ты доставил в замок важную посылку, – произнёс я. – Как можно скорее, но при этом она должна оставаться в здравом уме и трезвой памяти.

Услышав мои слова, Бержан шарахнулся в сторону, но я ведь с Джери не на балу познакомился, и не на обеде в родительском доме, а на Пределе. Там люди быстро учились понимать друг друга даже не с полуслова – с намёка на мысль. Поэтому и сейчас старый приятель не стал задавать лишних вопросов, а просто сделал подсечку, и когда Бержан Мок плюхнулся мордой в грязь, уселся ему на спину и принялся деловито копошиться в карманах.

– Где-то здесь у меня был подходящий шнурок… точно был… Мелкий, не хочешь объясниться?

– А что тут объяснять? – Я отвязал вторую лошадь, и мы в четыре руки закинули мычащего и брыкающегося Мока поперёк седла. – Просто ты к своим обязанностям приступишь немного раньше, чем планировалось. Лошадь у тебя хорошая. Дорогу знаешь? К обеду завтрашнего дня доберёшься? Я вперёд воробья пошлю, чтобы вас встретили.

– М-мэ! – проорал Бержан Мок, и я снял с мальчишки заклятие Костяного языка. Не то чтобы меня очень интересовали его оправдания, но кое-что хотелось бы узнать прямо сейчас.

– Мэтр! Прошу вас! Это какая-то ошибка! Что происходит? Что происходит, демоны вас задери? – тут же залопотал он, пытаясь отбиться ногами от Джери, который в этот момент вязал паршивцу ноги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– А происходит то, милый друг, – ответил я, – что даже последний идиот за неделю не наделал бы столько ошибок, сколько ты за полдня.

– Да каких ошибок? Вы из-за того, что я чуть не проболтался этому деду? Да он всё равно ничего не понял, а…

– «Зонтик» на кладбище ты сжёг? – перебил я.

Джери вскинул на меня вопросительный взгляд, а Мок осёкся.

– Что? Думал, я не увижу следов магии? Ну, слушай… Это уже не смешно. Я, конечно, не следователь из МК, но уж такую-то ерунду даже я способен рассмотреть. Ты, милый друг, в следующий раз магический огонь не обычным пламенем прикрывай, а водой. Так следов меньше останется. Хотя какой следующий раз? О чём это я? На медных рудниках узники ведь в блокирующих магию оковах. Я прав, Джери?

Следов на кладбище было столько, что их и слепой заметил бы. Непонятно, на что Мок вообще рассчитывал? Что я не пойду его проверять? Что поверю на слово? Ох, если бы не Лисичка, я бы его ещё там к ногтю прижал, но, во-первых, не хотелось пугать девчонку. А во-вторых, если Мок работает не один, если второй рядом – поджёг же кто-то дом в Крайнем! – Мадди могла бы пострадать.

– Мэтр, вы всё не так поняли!

– Да я ещё толком и не пытался понять, – отмахнулся я. – Пара мыслишек наклюнулась только. Но в одном я уверен: работал ты не в одиночку. С подельниками как связываешься? Через воробья? Через зеркало?.. Хотя переносное зеркало – артефакт дорогой, откуда бы ты его взял? Кольцо хитреца? Ну?

Кольцо хитреца – это любимый артефакт студентов-двоечников. Одно надевает на себя тот, кто идёт сдавать экзамен, второе – у его товарища с учебниками и ответами. Связь между обоими прямая, и отследить злоумышленника было бы проще, чем конфетку у ребёнка отобрать.

А так придётся повозиться.

– Ты вот все эти глупости сегодняшние по собственной инициативе творил, – поинтересовался я, заранее зная, что отвечать мне уже никто не станет, – или надоумил кто? Зуб даю, что по собственной – умишком тебя Предки обделили, это давно установленный факт.

Он глянул с ненавистью и оскалил зубы в злой усмешке.

– Умишком, говоришь? – Сплюнул. – Ну-ну. Посмотрим ещё, кто будет смеяться последним.

– Посмотрим. – Я перевёл взгляд на Джери. – Ты его, главное, не прибей по дороге, дружище. И сильно не калечь, чтобы потом в МК не придрались, что мы из него признание пытками выбили.

– Поучи, поучи меня, как правильно пытать, – проворчал приятель, вскакивая на свою лошадь. – В замке на словах что передать?

– Всё, что нужно, я передам с воробьём.

Мы распрощались, и Джери уехал, а я забрался на козлы и откинул на сторону шторку, за которой от непогоды прятались наши спутники.

– Бруно, не спишь?

Приятель выругался в темноте, и минуту спустя в просвете показалась его лохматая голова.

– Как ты хочешь, чтобы я ответил на твой вопрос? А если сплю?

– Тогда ты отлично разговариваешь во сне, – ухмыльнулся я. – Тащи сюда свой зад. Помощь нужна.

– Тебе? – изумился он, выбираясь наружу. – От меня? А Джери где? И этот твой… юнга.

– Юнга приболел, – скривился я. – А Джери его срочно к лекарю повёз. У меня в замке отличные лекари есть, знаешь ли, мёртвому язык развяжут.

– Вон оно как… – Бруно задумчиво почесал бровь. – А диагноз кто ставил?

– Я. Но сейчас не об этом. Мне нужно пару писем написать и один вопрос с моей Лисичкой утрясти…

– С твоей Лисичкой?

Вопрос я проигнорировал. Всучил Бруно вожжи, а сам бросил Инеем по дороге вперёд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Ты же заклятие умеешь держать? Помню, на Пределе у тебя с этим не было проблем.

– Не было.

То, что люди немагического сословия при определённых условиях тоже могут обращаться к дару, которым нас наградили Предки, стало известно относительно недавно, лет двадцать назад. И батюшка тогда с уверенностью заявил, что война закончится буквально со дня на день. Впрочем, матушка рассказывала, что об этом от отца она слышала ещё в день их знакомства.