Стая (СИ) - Риз Лаванда

- Всё ещё перевариваешь? – усмехаясь, Эрик берёт меня за руку.

- А как ты это принял?

- Ну, скажем, … я был обескуражен сильнее твоего. Твоё появление сломало мою жизнь, но на самом деле это потрясающий поворот, ни за что бы его не пропустил.

- Да уж, потрясней некуда, - тяну я, и вздыхаю. – Ты был прав, когда утверждал, что любить страшно. В этом состоянии ты понимаешь, что потерю любимого ты не переживёшь, так сильна и зависима связь. Теперь альянс становится для меня ещё опасней.

- Вот поэтому я с тобой.

- Но полюбил-то ты меня не сразу, - вполне логично замечаю я, если в нашем случае вообще применимо слово «логика».

Только вот Эрик игнорирует моё замечание, смотрит куда-то вдаль и жмурится от падающего снега.

- Ты слышал легенду о Климентине? Мама шепотом рассказывала мне её в детстве.

- Ну-ка, расскажи, наверняка что-то страшно печальное?

- По крайней мере, язвить здесь нечего! – хмурюсь я. Как он теперь может быть таким беспечным?! – Эта история произошла на самом деле очень-очень давно. Климентина родилась альфой и в своё совершеннолетие возглавила стаю. Сильная и быстрая, обладающая всеми качествами вожака, несмотря на молодость. Ей посчастливилось встретить своего избранного вульфена, с которым она познала глубокое и чистое чувство любви на зависть всем и каждому. Счастье, которое уже нечем дополнить. И единственное, что омрачало жизнь Климентины – это тогдашние распри между стаями. В одной такой схватке её любимого убивают, а она от горя отказывается от своего человеческого облика. Жестоко наказав тех, кто был виновен в смерти её парня, оставив свою стаю – Климентина навсегда ушла в лес в шкуре волка. С тех пор, когда вульфенам мерещится призрак белой волчицы и слышится её пронизывающий холодный вой – это знак беды. Потеря её истинной любви лишила Климентину рассудка, заставив опустить руки.

- В чём же мораль этой истории? В том, что нужно вовремя принимать антидепрессанты? – фыркнул Эрик. – Ты видишь где-нибудь белую волчицу? Потому что я нет!

- Это не смешно Эрик!

- А кто смеётся? Время закалило вульфенов, и в такие крайности бросаются лишь исключения. Я на себя руки накладывать не собираюсь, да и ты тоже этого делать не станешь. Но вообще-то для начала – в мои планы не входит терять друг друга! – рявкает Эрик. – И я больше не собираюсь мусолить эту тему!

- Ты прав. Иногда я перегибаю палку, в попытке упаковать всё в мрачные тона, - хм, у меня появилась новая примирительная интонация.

- Разве только иногда? – подкалывает меня Эрик. Он тоже не сердится.

Останавливаюсь и тянусь к его губам.

 … Мамочки, как же я счастлива, когда он целует меня! А сколько в мире прекрасных звуков и сколько красок плещется вокруг! И жизнь становится ценна во сто крат. И я знаю, что безжалостно уберу с дороги каждого, кто посягнёт на моё счастье. Ведь я альфа, и моей природы никто не отменял.

- Ты моя, чтобы ни случилось, - нежно шепчет Эрик. Ведь наше состояние теперь одно на двоих.

У моего парня слишком  развита сила воли, такому принцу искушения нипочём. Снова обращаемся и снова бежим. Где-то ближе к вечеру Эрик замедляется, останавливается и издаёт протяжный вой. Условный сигнал.

Чуть погодя вдалеке раздаётся ответ. По всей видимости всё в порядке, и я спешу поскорее вернуть себе человеческий облик. От меня валит пар, но у меня зуб на зуб не попадает.

- Уже почти пришли, - улыбается Эрик, довольный как мальчишка, даже глаза стали блестеть иначе. … Либо же причина в созерцании моего обнаженного тела, очень быстро обрастающего одеждой.

До этого его поселения идём в обнимку, и время от времени, не сбавляя шаг, Эрик коротко целует меня в губы, колясь своей не бритой щетиной. Я фыркаю и смеюсь, и это забавляет его ещё больше.

- Мне бы хотелось, чтобы ты смеялась чаще…

- Ты всё-таки её привёл, - этот чужой, сердитый женский голос грубо возвращает нас с наших небес на землю, и даже меня пугает мгновенная вспышка гнева Эрика.

- Что ты здесь делаешь??!! – пророкотал он, и его глаза зажглись изнутри уничтожающим синим. Выпущенные когти и  готовая к нападению поза. Он зол так, что сейчас вот-вот и начнёт искрить. Мне незнакома эта девушка, но я чувствую её отчаянье и безразличие к гневу своего вожака. То, что она в стае Эрика не вызывает сомнения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Предположила, что если ты выживешь – ты обязательно захочешь спрятать её здесь, - в её голосе боль. Бывшая подружка? – Мы тоже были вынуждены бежать, но мы были осторожны.

- Убирайся с глаз моих, Мэлани! – о, он может быть очень жестким и холодным, и ничто так не ранит женское сердце. Сейчас Эрик настроен прогнать её во что бы то ни стало. Но я уже уловила главное:

- Эрик, что значит «ты всё-таки её привёл»? Откуда ей обо мне знать? – натянуто интересуюсь я, не спуская с него глаз. А он в свою очередь испепеляет взглядом эту Мэлани. И под натиском страшного упрёка в его глазах – она разворачивается и убегает, только слышно, как скрипит снег под её ногами.

- Потому что я сам отправился за тобой. Меня никто не предавал и я не был пойман во время охоты. Мне пришлось тебе соврать, - повернувшись ко мне, выдал Эрик с видом, будто он прощается со мной перед расстрелом. – Это и есть та главная причина, почему я тебя не убил, не бросил и почему я люблю тебя – ты моя избранная пара!

- Что … что ты такое мелешь?! … - я запинаюсь и бледнею. - Что значит соврал?! Как твоя суть могла избрать меня, если альфы даже издали друг друга на дух не переносят и только отчаянное положение …  Немедленно мне всё объясни! – теперь уже и я не контролирую свой тон.

- Два года назад. Один захудалый городишка в Северной Каролине, - обречённо начинает Эрик, топя меня в своих моментально потеплевших глазах. – Навстречу мне идёт девушка и несёт в руках дурацкую клетку с живым вороном. Я ловлю её серо-зелёный взгляд – и у меня земля уходит из-под ног. Абсолютный экстаз и полное помутнение рассудка. У меня сносит крышу от непонимания того, как я могу с такой силой желать обычную девушку. А она даже не заметила меня, или сделала вид, что скорее всего. Прошла мимо обалдевшего столба в виде меня, поправляя  на ходу свои тёмные распущенные волосы. Но я не дал этой девушке уйти просто так. Это моё второе враньё.

- Я смотрю, ты только и делаешь, что врёшь мне!!! – рычу я, сжав кулаки. Я ужас как на  него сердита, но мне вовсе не хочется бросаться с ним в драку, да я сбита с толку, но я по-прежнему люблю его.

- Дай мне договорить! – рявкает он мне. – Она не причинит мне вреда! – рявкает в другую сторону. Оборачиваюсь, и вижу за моей спиной на небольшом расстоянии около двадцати северных призраков, готовых схватиться со мной по первому требованию своего вожака. – Занимайтесь своими делами! Я всего лишь выясняю отношения со своей любимой девушкой! …Ники, - Эрик берёт меня за плечи, - тогда я пошел за той девушкой, за тобой, мне нужно было во всём разобраться. Для меня было адски сложно следить за той, кого хотела любить каждая клеточка моей сути. Но когда я выяснил, что ты вульфен, да к тому же ещё и альфа … я решил, что со мной произошел сбой, вероятно, как я подумал, из-за того, что я пять лет болтался в море. Я осознавал опасность такого союза, тогда я ещё верил в невозможность сосуществования альф и соблюдал законы нашего племени. Превозмогая дикую ломку, я ушёл, оставив тебя…

- Так ты просто бросил меня?!! – прокричала я. – Не струсь ты тогда – я бы не попала в лапы альянса! – дёрнувшись в строну, я не хотела, чтобы Эрик поймал меня, но он с силой обхватил меня обеими руками, лишив всякой возможности двигаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Останься я тогда – было бы только хуже! Не вырывайся и прекрати злиться. Я больше ничего не собираюсь от тебя скрывать. Представь, если бы в самый первый момент я вывалил на тебя всю правду. Ты и так перепугана происходящим до смерти. Ты бы не оставила мне шансов сблизиться с тобой. Только подумай, два года назад мы ненароком или поубивали бы друг друга, или сотворили дитя, ничего не подозревая об альянсе, и сейчас они бы начали воевать с людьми, прореживая место на планете.