Говорящая с книгами (СИ) - Кошкина Татьяна

— Полчаса хватит, чтобы все примерить?

— Хватит, — ответила быстро, не зная, куда прятать глаза.

— Отлично. Подожду тебя в кафе напротив, код твой ДР первые четыре цифры, — сунул мне в руки карточку, развернулся и на удивление быстро вышел.

Не знаю, что в этот момент на меня нашло, но…

— Можно я еще вот этот комплект примерю?

Сцена 100

К моему удивлению, Игоря в кафе не обнаружилось. Присела за один из столиков у стены, заказала кофе и набрала его номер.

— Прости, — раздалось в трубке, — отошел на минутку, чтобы купить зарядник для айпада. Сдох, зараза. Уже возвращаюсь.

— Я в том кафе, где ты должен был меня ждать, — поддеваю специально. Определенно, магазин белья настроил меня на игривый лад.

— Минута. Уже подхожу.

Не обманул, знакомая фигура появилась на входе. А нет, все-таки обманул. Вместо зарядника он ходил совсем в другое место, его выдал небольшой букет. Очень нежный из роз, гиацинтов и белых тюльпанов, где Романов их отыскал? Интересно, он знает, что тюльпаны — мои любимые цветы или случайно угадал?

— Девушка, это вам, — улыбнулся и вручил мне букет. Мой первый в жизни букет цветов от мужчины. Пальцы дрогнули, сжимая оберточную бумагу.

— Спасибо, — растерянно прошептала и вдохнула аромат. Да, гиацинтам здесь не было равных, дурманящий запах этого цветка перебивал остальные. Подбежавший официант тут же поставил на столик небольшую вазу с водой. — Зачем это? У нас же не свидание.

— Утром было одевание, а теперь добро пожаловать на свидание, — пожал плечами Романов. — К бабушке твоей через два часа заедем и свободны. Генрих сегодня вне зоны доступа, Эльза говорит, по воскресеньям у него вечно не приемный день. Завтра выйдет на связь.

— Когда ты успел все это узнать? — аккуратно поставила букет в вазу. Если бы мне месяц мне сказали, что Игорь Романов пригласит меня на свидание. Хм. Этот фантазер был бы послан по знакомому адресу одной психиатрической лечебницы. Сейчас это реальность. И пакеты с бельишком, заботливо им выбранным, тоже реальность. А я в самой настоящей панике.

— Пока ты примеряла, — красноречивый взгляд на пакеты из провокационного магазина.

— Игорь, — собралась с мыслями и задала вопрос, который мучил меня последние несколько часов. — Тебе не кажется, что это все слишком? Слишком дорого, слишком много…

— Не слишком для моей любимой девушки, — мягкий ответ. — Я от своих слов и действий не отказываюсь, Эля. Не хочу терять время. Я тебя люблю и буду продолжать любить, пока ты не сделаешь свой выбор. А когда сделаешь, стану любить тебя еще больше.

— Ты невозможен. Когда ты перестанешь это повторять? — его “любить тебя” засело внутри еще предыдущим вечером. Лежало там зернышком и тихо оживало. Что я буду делать, если оно пустит корни? Если это заклинание Игоря подействует и чувство вырастет во мне. Уже настоящее, без подростковых иллюзий. Страшно.

— Никогда, — спокойно заметил мужчина и отпил кофе, чашку с которым официант поставил перед ним пару минут назад. — Я люблю тебя и буду рядом.

— Даже сумасшедшую? — прищурилась и внимательно посмотрела. — Даже с целым миром воюющих Созданий? Я удивлена, как быстро ты все принял и даже не побежал к психиатру.

— Я принимаю всё, что касается тебя. Да и наш общий знакомый Том умеет быть убедительным, потом Генрих познакомил с Тарго и материализовал Шерлока Холмса. Если честно, — чуть подался вперед и понизил голос. — Я бы очень хотел взять тайм-аут, чтобы впасть в истерику и побежать к доктору, но тебе угрожает опасность. Значит, не время для глупостей, — накрыл мою ладонь своей. — Я тебя вытащу, Эля, даже из мира в существование которого до конца не верю.

— У меня от тебя мурашки по коже, — прошептала и высвободила руку. — И нам к бабушке пора…

Сцена 101

— Какая ты красивая. — улыбнулась бабушка. Она удивительно быстро шла на поправку, руки начали работать активно, кожа перестала быть зеленовато-бледной. — Новое платье?

— Да, сегодня купила. Нравится? — раз бабушка счастлива, можно и платье от Романова потерпеть, хоть целый гардероб.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Очень. Ты в нем взрослая, настоящая леди.

Тянуть время я не хотела. Видимо, заразилась от Романова этой привычкой: есть идея — есть действие.

— Бабуль, тут такое дело. Хочешь две недели пожить в пансионате за городом? Сосновый лес, речка и отличные врачи. Там есть курс реабилитации после инсульта, — старалась, чтобы голос звучал весело и непринужденно.

— Не знаю, — сомнение в голосе. — Я не хочу, чтобы ты тратила всю зарплату на моё лечение, — заявила она, — это очень дорого.

— Не дороже денег, — спокойно заметил Игорь, входя в палату. Он задержался внизу, чертыхаясь в поисках парковки. Больница старого образца и нормального количества парковочных мест предусмотрено не было.

— Ты? — бабушка от удивления слегка побледнела.

Странный червячок сомнений зародился внутри. В ушах загадочным эхом звучали слова Игоря:

“Думал, ты обманула меня из лучших побуждений, искренней заботы о подруге, по просьба Валентины Ивановны, в конце концов”

“Я искал тебя”

Догадка обожгла сознание. Игорь не дурак, узнавать о моем самочувствие он точно пошел бы сначала к бабушке. Растерянность. Ища поддержки посмотрела на единственного честного со мной человека. Если он сейчас ничего не сделает, я сойду с ума. Сразу и навсегда, без всяких Говорящих. Бабушка? Да вы издеваетесь…

Игорь подошел и положил руку мне на плечо, едва заметно сжал. Лучше. Так намного лучше. Выпрямилась на стуле и посмотрела на удивленную бабушку.

— Знаю, что вы хотели, как лучше, и не держу на вас зла. Только увидев Элли в своем офисе понял, что именно произошло с той бумажкой, которую вам отдал. Понял, почему она не написала мне, — спокойно ответил он. — Возможно, тогда ваше решение было верным. Не стану спорить и строить предположения. Обвинять в чем-то тем более не стану и, надеюсь, Элли тоже.

Сжал плечо сильнее и опустил на меня строгий взгляд. Он был прав, абсолютно и во всем. Мне хотелось высказать бабушке за такое, от души и громко. Но нервничать ей нельзя ни в коем случае, иначе из больницы она уедет не в пансионат, а туда, откуда не возвращаются.

— Что было, то прошло, — все, что я смогла выдавить из себя. Одобрительный хлопок по плечу. Этот тиран вьет из меня веревки.

— Хорошо. Думаю, этот вопрос мы решили. Завтра в одиннадцать сюда приедет машина. Все явки-пароли оставил вашей помощнице. Если что, звоните. Пансионат очень хороший, моя тетя там отдыхала и была в полнейшем восторге. О деньгах не переживайте, у меня как оказалось, с недавнего времени там скидка. Родственная, — улыбнулся, глядя на меня. — Что? Тетя Мира только что звонила. Говорит, выкупила пансионат, и ругала меня последними словами за то, что хотел бронировать в общем порядке. Так что вы будете под феерически присмотром! Это я вам гарантирую.

— Спасибо, — только и смогла произнести бабушка. Её такая манера общения. кажется, тоже немного напрягла. Но благодарности было все-таки больше…

Сцена 102

— Привет, Том, — Максимилиан Виллар стоял за толстыми прутьями клетки и внимательно смотрел черными глазами на едва живого парня.

— Какого черта, Вил? — скрипя зубами от боли, пленник поднялся на ноги. Тут же ухватился рукой за стену, чтобы не упасть. От лоснящегося героя романа за несколько дней не осталось и следа. Тюрьма превращает в узника каждого, за кем закрывается её дверь.

Грязные слипшиеся волосы, осунувшееся бледное лицо, сквозь лохмотья одежды виднеется испещренное ожогами тело.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты настолько глуп, что до сих пор ничего не понял? — усмешка на тонких губах Виллара. — Я никогда не был твоим другом. Мне нужно было держать руку на пульсе сопротивления, чтобы контролировать каждый твой шаг и каждый шаг тех, кто тебя слушает.

— Класс, — сплюнул кровавую слюну. — Что изменилось? Почему раскрылся?