День открытых дверей в академии (СИ) - Бельская Анастасия

Ада.

Самая странная девушка в моей жизни. Одним глазом (и это не метафора!) свела с ума зверя, который с первой секунды требовал забрать ее себе под бок. Хотя под бок уже мало — к груди, на руки, в нежный, заботливый плен, чтоб никто не смел прикоснуться больше к этой нежной, сладкой, смелой и глупой принцессе, что должна принадлежать лишь одному. Сердцем, душой, и телом.

Ада.

Я не осознавал, что смеюсь, и не понимал, внутри звучит этот смех, или на самом деле. Смешно было оттого, как легко рушится нечто важное и правильное, что я себе строил и думал, как быстро мой мир останавливается, сдирает все покровы, убирает лишнее, смещается, и останавливается на одной улыбающейся блондинке — и я даже думать не хочу, что могло быть по-другому!

Ада.

Это так правильно. Так нужно, так верно, так замечательно — моя жизнь и смысл заключены во взгляде девушки, что пока еще даже не осознает, кем стала для меня. Ведь вытащила с того света, заставила измениться — и все только одним движением, когда вложила в мою ладонь белого волка, искусно вырезанного, и теплого, нагретого от моей сжатой руки.

Моя Адалин. Моя судьба. Моя жизнь. Моя любовь.

Я распахиваю глаза, и вскакивая на четыре мощные, твердые лапы, стряхивая прилипшие к шерсти листья и ветки. Протяжно вою — мне нужен помощник. Бетта услышит и придет, мы связаны, хоть еще и не произносили клятвы.

А пока жду, медленно поворачиваюсь, и утыкаю звериные глаза в девушку, что широко улыбается, скрестив руки на груди. Я слегка наклоняю голову, думая, что благодарность — меньшее, что я могу ей дать. Но ведунья лишь махает рукой, и счастливо произносит:

— Не стоит. Ты сделал все сам. Рада, что дошло.

Дошло. Я понимал это, полностью соединившись со зверем, ощущая возросшую мощь, обостренные чувства, и желание оказаться рядом с той, кто слишком далеко сейчас. Но ничего. Недолго осталось. Скоро блондинка будет моей… Точнее, будет знать, что она моя.

Я жмурюсь от счастья, и вновь вою, только теперь не призывно, а от переизбытка чувств. Оборотень нашел свою Избранную. Истинную. И теперь это навсегда.

Ричард появляется в человеческом обличье, держа в руках одежду для меня. Медленно подходит, оглядывая мой новый облик, осторожно присаживается рядом, и наклоняет голову. Я осторожно позволил его лбу прижаться к моей звериной морде — знак признания, уважения, дружбы. С обеих сторон.

— Выглядишь впечатляюще, — улыбнулся друг, и протянул одежду, — обратиться назад сможешь?

Смогу ли? Хм. Я чувствовал себя комфортно в зверином облике, мне было просторней, чем в своем теле, и не сказать, что хотелось перевоплощаться. но нужно было поговорить, а для этого я должен принять вид человека.

Я с интересом посмотрел на Ричарда, давая понять, чтобы подсказал мне, как это сделать в первый раз. В то время, когда обратился друг, рядом были преподаватели, и они смогли направить его в нужное русло. Я же, хоть и изучал вопрос, не мог нащупать в себе нужных рычагов.

— Необходимо расслабиться, — произнес друг, становясь прямо передо мной, вспомни себя в человеческом теле, представь в мельчайших подробностях себя в нем. Ты должен мысленно перевоплотиться, тогда и физически все получиться.

Я прикрыл глаза, представляя. Аду. Девушка теперь всегда будет возникать перед глазами, стоит мне лишь чуть-чуть убавить бдительность. Я знал это, и улыбнулся, представляя ее губы. Податливые, нежные, распахивающиеся мне навстречу. Мне, как человеку, а не зверю. Разумеется, я же не хочу напугать свою девочку.

— Да, так отлично, — вывел меня из приятных мечтаний голос друга.

Я распахнул глаза, и понял, что стремительно уменьшаюсь, теряя шерсть и мощь. Пара секунд — и вот я на двоих ногах, полностью обнажен, но по-прежнему безразличен к холоду леса. Получилось!

— Оденься, счастливчик!

Я быстро натянул спортивные штаны и толстовку, стирая с лица глупую улыбку. Нужно опять учиться себя контролировать, потому что при мысли, что девушка скоро окажется в моих руках — пробирает дрожь.

— Есть новости? — я повернулся к другу.

— Смотря о чем ты спрашиваешь, — наклонил голову Ричард.

— Ясно, о чем. О Аде, разумеется!

— То есть, обратившись, ты не вернешься первым делом в стаю?

В стаю? Хм, возможно, вчерашний я так бы и сделал. Но сейчас передо мной была лишь одна цель, которая имела смысл и важность — забрать Аду у чудовища, и наглядно продемонстрировать свои чувства к блондинке. Сперва — лично для нее, а затем — для всех остальных.

— Судя по твоим эмоциям, о клане ты пока совсем не думаешь, — хмыкнул друг, и подошел ближе, — Тим, твои деньги… Они не отменили помолвку.

— Знаю, — я сжал кулаки, — Таос рассказал, достаточно внятно, можешь быть уверен. Поэтому сейчас я собираюсь пойти туда, и сделать все возможное, чтобы к концу года Ада принадлежала мне, а не этому. ушлепку.

Ричард напрягся. Я тоже, вслед за ним.

— Г овори, — велел, видя сомнение в глазах друга.

— Не знаю, стоит ли, — покачал тот головой, — новости не из приятных, и сейчас, когда ты можешь обернуться, я не смогу удержать тебя. От ошибок.

Я кивнул. Глубоко вздохнул, призывая всю свою сдержанность. Мне было приятно осознавать, что вместе с оборотом я будто повзрослел о обрел лучшее восприятие происходящего — юношеская несдержанность до конца не ушла, но мужское самообладание сейчас пересиливало ее с легкостью.

— Я сдержусь, Рик. Рассказывай.

Ричард провел пятерней по темным волосам, выражая волнение.

— Стефи сказала, что Ада выходит замуж не через год, как планировала, а послезавтра. Тот заставил ее поспешить, не знаю уж, почему. В общем, до конца года ждать не получиться.

Он замолчал, я тоже. Что же творит опять блондинка. Хотя не это волновало. Пугало то, каким образом Таос мог заставить Аду согласиться на такое?! Что эта тварь с ней сделала.

— Еще Стефи сказала, что контракт Ады с семьей Таос не разорвать, она в любом случае должна выйти за него, — словно подливая масла в огонь, закончил Ричард, и я с размаху зарядил по ближайшему дереву.

— Нет, так нет! — рявкнул тяжело дыша, отходя в сторону повалившегося ствола.

Ричард вновь замолчал, прислушиваясь к моим ощущениям. Гнев, боль, тоска — я и сам знал, что чувствую. Но было здесь и кое-что еще — уверенность. В том, что Ада должна быть со мной. В том, что даже из этой хреновой ситуации найдется выход. И в том, что вот сейчас я наконец действую правильно — так, как хочу, и так, как подсказывает мне сердце. И поэтому я смог глубоко вдохнуть холодный воздух, и успокоиться.

Ричард все это время не отрывал от меня взгляда.

— То, что ты чувствуешь сейчас… Это было в твоем отце. Я знаю, звучит странно, но та эмоция, которую я сейчас ощущаю — однозначно новая для тебя, но привычная для Альфы.

Я улыбнулся. И сам знал то, что меняюсь, но слышать это от Ричарда было приятно.

— Пошли, — сказал, разворачиваясь в противоположную от академии сторону, — у нас еще много дел, которые нужно успеть до послезавтра.

Ричард кивнул, но почему-то медлил.

— Скажи, — вдруг спросил друг, — а что будем делать, если контракт разорвать никак не получиться? И Аде придется выйти замуж за Таоса.

Я на секунду прикрыл глаза, но грозное рычание вырвалось сквозь зубы. Черт.

— Значит, Ада выйдет замуж, — как можно спокойнее ответил я, и босиком зашагал в лес.

Глава 20

Адалин

Мне предстояло сделать еще десять шагов, чтобы окончательно загубить свою жизнь.

И я шла на них добровольно, улыбаясь, изо всех сил представляя одного красавца-оборотня, что будет счастливо жить благодаря каждому шагу, что я ступаю навстречу Ленни.

Первый, как наш танец, поначалу неуклюжий, но набирающий обороты.

Второй, как поцелуй на балконе — первый, но уже надвигающий неотвратимое.

Третий, как глоток джина — дающий право думать, что я согласна на все.

Четвертый, как его потрясающая улыбка — за нее стоило потерпеть боль.