Александр Бромов - Высшее образование по-демонически

Студенты с интересом посмотрели на улыбающегося Духова.

— Так, так, так, — бормотал профессор Дедушка, — Нам надо достать необходимые материалы, а именно, темную материю, немного квантов для разрыхления, звездную пыль, чтоб посолить, гравитации три пригоршни, чтоб притянуть частицы друг к другу и полкило магмы, чтоб тесто было пышным.

«Точно по рецепту, — усмехнулся Марк, глядя, как демон загибает пальцы, — Кулинары».

— Ну, вот, — подвел итог профессор Дедушка, — Осталось все перемешать в молекулярном трансформаторе и добавить муки.

— О нет…! — опечалилась профессор Бабушка (Лас сделал скорбное лицо), — Мука-то у нас закончилась семь дней назад….

— Это же отлично! — вскричал профессор Дедушка (у аудитории вытянулись лица), — Значит, мы сможем испытать мое новое изобретение. Я назвал его «Сингулятор». Он перенесет меня на семь дней назад, и я возьму у нас муку, пока она еще там будет.

И вот он вернулся в прошлое, чтобы забрать муку, а профессор Бабушка побежала доставать все необходимые ингредиенты, после чего ученые отправились в лабораторию, где и начали процесс создания наукобулки.

Они загрузили все в молекулярный трансформатор, взболтали, перемешали, утрясли, сформировали идеально круглую сферу и поставили ее выпекаться в русскую печь, без которой процесс создания наукобулки был бы совершенно невозможен.

Когда колобок был готов, оба профессора поспешили к своим коллегам, чтобы похвастаться, sorry, (Лас приложил руку к груди) поделиться своим открытием, а наукобулк остался остывать в лаборатории на окошке. От радости профессор Дедушка забыл выключитьсингулятор, который все еще продолжал изменять реальность.

«Где я? Что со мной? — подумал Наукобулк, — Как я сюда попал?… Ладно, это не важно. Надо найти выход».

И с этими мыслями он покинул лабораторию, посчитав, что лес — наиболее безопасное для него место. По пути туда в его голове возникали отрывочные бессвязные воспоминания, на основе которых Наукобулк пришел к определенным выводам (демон значительно поднял палец, войдя во вкус).

«Вероятно, — думал он, — мое оживление — это действие некоего поля, которое возникло в результате разлома реальности, явившимся следствием сингулярности».

Но его размышления были прерваны самым неожиданным образом: на опушке ему попался заяц.

— Привет, — весело сказал заяц.

— Здравствуй, — ответил Наукобулк.

«Вероятнее всего, — подумал он, — разговорчивость зайца является результатом действия сингулярности. Было бы интересно и познавательно с точки зрения науки измерить протяженность создавшегося поля».

Марк уже физически ощущал, кто кого озвучивал, про себя в отместку, чисто из вредности, давая ответные прозвища.

— Ты вкусно пахнешь, — сказал косой, — Я тебя съем.

— Еще чего! — возмутился Наукобулк, — Я не собираюсь проводить остатки своей жизни в желудке такого глупого и низкого в развитии существа, как ты! А ну пошел вон, пока я тебя на атомы не разобрал!

Угрозы возымели действие, и заяц бросился наутек со всех лап. Но стоило Наукобулку прокатиться полкилометра, как из кустов на него вывалился медведь. Косолапый был так потрясен тем, что с ним начали говорить белки, что ничего не заметил и протопал мимо, что-то бормоча себе под нос.

«Пронесло!» — облегченно выдохнул Наукобулк, но из-за дерева на него тут же выскочил волк.

«Ну, ё мое!» — расстроился Наукобулк и замер, стараясь притвориться пеньком или елочкой.

«Фраза не по теме, — подумал Марк, — Не порядочек».

— А? Что? Почему? Кто? Еда? — заметался серый, чувствуя запах съестного.

«Ой, мамочки, тяжко-то как, — подумал Наукобулк, — Этот-то совсем туп. Другого выхода нет — задавим его интеллектом».

— С точки зрения банальной эрудиции, — бойко зачастил он, — каждый локальный индивидуум стремится мистифицировать отвлеченно, но мы не должны пренебрегать тенденциями парадоксальной иллюзии, а так же мотивировать критерии абстрактного субъективизма.

Духов тут же задался вопросом «Где я это слышал?». Вроде бы сын, после какой-то игры выдавал ему нечто подобное. Ласайента между тем продолжил читать с еще большим воодушевлением.

У волка разъехались глаза, и он впал в ступор, а Наукобулк покатился дальше.

Катился он, катился и выкатился на поляну, находящуюся в центре леса. Как вы уже могли догадаться, там его встретила лиса.

«Издевательство! Определенно, — с досадой подумал Наукобулк, — Совершенно негде поразмышлять».

— Фу, какая лохматая! — воскликнул он.

— Зато умная! — ответила Лиса (Ласайента кокетливо повел плечами, и в аудитории засмеялись).

Но тут мысли кончились, по причине отсутствия мозгов у обычного хлеба. Лиса тут же схватила колобок и убежала….

— Вот старый дуралей, — говорил себе профессор Дедушка, выключая Сингулятор, — совсем забыл про него…. профессор Бабушка, а где, кстати, Наукобулка?

— Кто знает, возможно, именно так все и было, — закончил Ласайента в полной тишине.

— Ерунда! — воскликнул парень из среднего ряда, — Нет никакого сингулятора и молекулярного трансформатора!

— Откуда ты знаешь? — вскинулся Сергей, — Может, их уже изобрели.

— Так тебе в научных журналах все и написали, — презрительно отозвался Вадим-Николя.

Молодцы, ребятки, так их по сопатке!

Оставшиеся минуты до конца первой половины пары студенты яростно спорили, пытаясь разнести в пух и прах сочинение одногруппников. Марк, не ожидавший таких бурных дебатов, не вмешивался, с удовольствием прислушиваясь к оппонентам.

— У них закончилась мука семь дней назад, — доказывал Сергей, — Бабка создала временную сингулярность….

— Дедка, — поправили его.

— Не важно, — отмахнулся сказочник, — и вернулась на семь дней назад, чтобы взять у себя же самой муку. Это был парадокс — именно из-за этого возврата во времени у них закончилось мука. Испекли колобка. Он попал под воздействие поля, которое возникло в результате нестабильности сингулярности. Из-за этого он обрел неестественные для куска хлеба свойства и решил отправиться в центр леса, дабы найти там очаг этой самой нестабильности. По пути он встретил зайца и сказал ему, чтобы он шел очень далеко куда-нибудь подальше. Ввел в ступор волка своими умными словами, а медведь его вообще не заметил. В центре нестабильности его ждала лиса. Попав под влияние поля, она стала очень умной. И тут неожиданный поворот событий! Бабка вырубила сингулярность….

— Дедка! — хором проскандировали студенты.

Сергей снова отмахнулся и продолжил: