Софи Джордан - Исчезновение (ЛП)

Я твердила себе это, но трудно было верить в то, что мне хватило бы огня.

Я больше не чувствовала своих крыльев. Но старалась не думать об этом и о том, что это могло значить. Это не к добру. Я лежала на боку, руки были крепко прижаты к груди, они горели, покалывали от уколов боли.

Фургон замедлил ход. Я немного соскользнула на бок, когда транспорт начал заворачивать.

Мы остановились. Я очень взволнована. Мы уже останавливались один раз. Но никто не открыл дверь, чтобы проверить нас. Они просто заправились бензином, сделали то, что им нужно было, и оставили нас жариться в кузове.

Не было уверенности, что двери откроются в этот раз. Но всё же...

Я подняла голову и прошептала имя Мириам, просто чтобы убедиться, что она не спит. Мой голос похож на карканье. Она не ответила. Не пошевелилась. Я подтянулась к ней поближе и толкнула её глянцевую ногу своей ступней.

— Мириам!

Она застонала и с трудом разлепила глаза.

— Что?

— Мы остановились.

— И? — резко говорит она.

Я приподняла голову, вслушиваясь, как двери со стороны водительского и пассажирского места открылись и закрылись. Голоса. Слова было невозможно разобрать.

Она с трудом приняла сидячее положение, толкая себя вверх и используя связанные руки как опору.

 — Думаешь, мы на месте? — Она задала этот вопрос так равнодушно, что я более чем уверена, что ей было бы всё равно, даже если это и так.

Я помотала головой, мои горящие от боли мускулы напряглись, я собралась, но трепетала в предвкушении. Слух обострился, отслеживая звуки их шагов, хруст гравия под ногами, в то время как они кружили вокруг машины. Один из них засмеялся, но звук утих, когда они отдалились, оставив фургон. Оставив нас.

Через мгновение я выдохнула, даже не заметив, что задержала дыхание.

 — Они ушли, — прошептала, но затем поняла, что в этом не было необходимости. Повторила уже громче:

— Они ушли.

— Наверное, чтобы накормить свои жирные морды, — пробормотала Мириам. — Я готова убить за еду.

Со вздохом она снова легла на пол. Я смотрела на неё. Смотрела внимательно. Она всегда была хрупкой, но сейчас выглядела истощенной: дыхание прерывистое, лицо исхудало. Грудная клетка высоко вздымалась, с трудом вдыхая и выдыхая. Быть может, время, которое я провела в пустыне, закалило меня к таким вещам. Удушливая жара. Дискомфорт. Разбитость. Мириам действительно была плоха, она даже не выдернула гарпун из крыла.

Я должна была её вытащить отсюда. Как можно скорее. Иначе эти охотники прибудут к своему месту назначения вместе с одним мёртвым драко.

Внезапно я услышала резкие звуки у двери. Я прижалась к полу, волна адреналина заглушила боль. Что-то скрежетало по металлической двери. От этого лязга у меня на затылке зашевелились волосы. Я сверлила двери взглядом. Глубоко вдохнула, подготавливая себя, позволяя жару зародиться внутри меня.

От слабости и обезвоживания эта попытка вызывала чувство тошноты, я дрожала от изнеможения. Я была не в полной силе, но этого должно быть достаточно. У меня был всего один шанс. Я должна быть готова для кого угодно, когда дверь откроется.

— Мириам, — позвала я, и мне хотелось, чтобы она собралась и стала невидимой — и смогла бы ею и остаться. — Будь готова.

Она коротко кивнула.

Клубящийся пар заструился из моего носа.

Я разжала губы и так сильно всматривалась в дверь, что начали болеть глаза. Услышала глухой звук, переходящий в некое хлюпанье, когда дверь стала открываться. В тлеющей грудной клетке замерло сердце. Полуденный свет вливался внутрь фургона горячими струящимися лучами, которые моментально меня ослепили. Но мне было всё равно — нельзя медлить и упустить шанс.

Я достигла своих глубин и нашла разгорающийся жар там, где боялась уже его не найти. Огонь обжёг мою трахею и вырвался на волю пламенной струей. Этого будет достаточно.

Фигура, освещенная дневным светом, с криком упала на землю.

Я выпрыгнула из фургона и умудрилась сохранить равновесие на своих неустойчивых ногах — что особенно нелегко, когда твои руки и крылья связаны.

Я наклонилась, чтобы обыскать карманы охотника в поисках оружия, которым могла бы перерезать путы на запястьях. Но замерла на месте.

Это был вовсе не один из тех охотников в чёрных одеждах с тяжелым взглядом, которые связали меня, как рождественского гуся, и бросили в кузов фургона. Это был Уилл.

Резкий, сдавленный крик вырвался из моего горла. Я задыхалась, произнося его имя, издавая звуки, которые он был не в силах понять.

Но ему и не нужно было понимать. Он знал. Он пришел сюда ради меня. Это единственное, что сейчас было важно. А также то, что я его не сожгла.

Он уже на ногах, ладони скользили по моим трясущимся рукам, словно он хотел удостовериться, что я настоящая, что я на самом деле стояла перед ним.

— Джасинда!

Чувство облегчения обрушилось на меня. Адреналин сошёл на нет, боль и измотанность снова накатили, сжимая цепкой, безжалостной хваткой. Я поддалась, рухнула в его объятия — позволю ему спасти меня, уберечь от ему подобных, от агонии, которая сочилась сквозь каждую частичку моего естества.

Уилл заботливо обхватил меня рукой, посмотрев поверх моего плеча на связанные крылья. Я почувствовала, как он вздрогнул от увиденного.

От него так и веяло беспокойством, каждое движение выдавало его, в то время как он пытался увести меня подальше от фургона. Его взволнованный взгляд метался, проверяя почти свободное место стоянки для грузовиков.

Я попятилась назад, указывая взглядом на фургон.

— Мириам, — произнесла я голосом, не терпящим промедления. — Идём.

Она топталась в тени, там, куда не проникал солнечный свет, яростно качая головой из стороны в сторону.

— Мириам! — Я повторила её имя, и это выглядело так, словно родитель обращался к ребенку, который не слушался.

Она ещё сильнее затрясла головой, сфокусировав взгляд на Уилле.

— Я не пойду с ним.

— Не глупи. Он пришёл, чтобы помочь нам...

— А если это ловушка? Что если он тебя заманивает, а ты пойдешь с ним, как послушный ягненок на бойню?

— Ты понимаешь, что несёшь чушь? Зачем им это делать? Мы уже и так их пленники.

Я двигалась между открытых дверей фургона, умоляя её взглядом. Но всё-таки она покачала головой, съёжилась напротив самой дальней стены, словно я и была угрозой.

— Ты лучше останешься в этом фургоне, чем пойдешь с нами?

Уилл тянул меня за руку.

— Джасинда! Они могут вернуться в любую секунду. Это наш шанс!

— Мириам, прошу тебя, — умоляла я. — Доверься мне.