Светлана Григорьева - КСВ

   Я почувствовала, как у меня от его пылающих рук по коже расползается волнами огонь. В момент, когда они достигли моего солнечного сплетения, я увидела себя со стороны, как бы стоящей в очерченном невидимой рукой круге, и пламя, играючи, описывало его вокруг меня, постепенно разгораясь и тем самым отгораживая меня от внешнего мира.

   -Ай, больно, черт возьми, - сквозь пелену огня донесся до меня его голос. Зрительный контакт был прерван, и на меня смотрел, как и прежде ухмыляющийся, мой сероглазый демон. Но на этот раз его глаза, помимо смешинок, лучились радостью и... гордостью?!

   -Солнышко, что ты себе сейчас представила? - поинтересовался он.

   -Огонь, - просто ответила я, постепенно выравнивая свое дыхание и начиная воспринимать окружающее в нормальном цвете.

   -Тогда ничего удивительного, - еще шире улыбнулся он.

   -Ну а теперь, когда ты закончил измываться над моей бедной беззащитной натурой, может все же, объяснишь мне простым человеческим языком, что тут происходит? - сердито проговорила я.

   Влад хмыкнул в ответ на мою тираду и произнес:

   -Беззащитной, говоришь! А кто мне сейчас чуть мозги не испек?!

   -А нечего было нарываться, - улыбнулась я. Внезапно мир вокруг покрылся пеленой и я покачнулась. Влад привычным движением подхватил меня за талию и прошептал:

   -Идем назад, а то твоя подруга уже невесть что успела нафантазировать в наше отсутствие.

   -Я, по-прежнему, хочу разобраться в происходящем, - проговорила я, когда его лицо, наконец-то, приобрело четкость.

   -Предлагаю сделку. Ты безропотно сделаешь все, о чем я тебя попрошу сегодня, тогда завтра я отвечу на все твои вопросы, - и, помолчав, добавил, - на те, на которые у меня, конечно, есть ответы.

   -Договорились, - кивнула я. - Один вопрос - а что у нас завтра?

   -Ну, если этого еще никто не сделал до меня, то я хотел пригласить тебя на день рождения одной замечательной девушки, - ухмыльнулся он, и я закатила глаза.

   -Очень смешно! Я серьезно, что вы там с Машкой напланировали за моей спиной?

   -Ты любишь джаз? - неожиданно поинтересовался он.

   -Скорее да, чем нет.

   -Тогда, я приглашаю тебя в ресторан, где играют настоящий, живой джаз.

   Я опешила.

   "В ресторан?! Но мне совершенно нечего надеть!"

   -Вот для этого, ребенок, ты берешь руки в ноги и со своей дорогой соседкой наслаждаетесь походом по магазинам сегодня.

   -Но у меня нет на это денег, - отнекивалась я.

   -Все уже решено, не волнуйся. У Маши моя кредитка. Это мой подарок тебе, если тебе будет от этого легче.

   -Ты что, даришь мне на день рождения поход по магазинам? - опешила я.

   -Да, - просто ответил он.

   -Ты с ума сошел?! Откуда ты знаешь, может я страшная транжирка и мотовка? - все еще потрясенно отозвалась я.

   -Я уже достаточно узнал тебя, чтобы ответить отрицательно на твое предыдущее предположение, - ответил он. - К тому же, настоящая транжирка, никогда вслух в этом не признается. Скажу больше, после такого предложения, что я только что тебе сделал, она вообще постарается не проронить ни единого слова.

   -А ты откуда это знаешь?

   -Знаю, - загадочно произнес он, и я закатила глаза. - Итак, каков будет ваш положительный ответ?

   -Разве после такого можно сказать "нет"?! - улыбнулась я, и он вместо ответа привлек меня к себе и поцеловал.

   Пока мы шли назад в кафе, меня посетила одна шальная мысль. Машка, глядя на мое сияющее лицо, (а какое оно еще может быть после его поцелуев?!) произнесла:

   -Я пока вас дожидалась, все кофе выпила. И булочки тоже кончились. Где вас носило столько времени?

   "Судя по блеску ее глаз, у нее есть своя собственная версия произошедшего", - подумала я. Взглянув на Влада, я заметила, как он, пытаясь скрыть смех, прокашлялся и едва заметно кивнул. Я слегка покраснела, и сероглазый положил на стол наши руки, переплетя свои пальцы с моими.

   -Владюш, - как всегда издалека начала я, - это мой день рождения?

   -Да, - спокойно произнес он и, отхлебнув из своей чашки, поморщился и махнул рукой официантке.

   -И на нем будем только мы с тобой? - продолжила я.

   -Тома, а можно сразу спросить именно о том, о чем именно ты хочешь узнать? - не вытерпел он. И быстро проговорил новый заказ огорченной официантке, от чьего внимания явно не ускользнуло то, как он держал меня за руку, привычно поглаживая мою ладонь своим большим пальцем.

   -Могу я пригласить, помимо Маши, Гошку и твоих брата с сестрой? - прямо спросила я. Краем глаза я заметила, как на этот раз порозовела моя соседка.

   -А ты, правда, этого хочешь? - уточнил он.

   -Хочу чего? - не поняла я, его смущения.

   -Видеть моих родственников на своем празднике. Ну, в отношении Георгия я ожидал подобного вопроса, но ты не обязана приглашать Анюту с Алеком, только потому, что они мои брат с сестрой, - проговорил он, и я тихонько, пнула его под столом.

   "Ты на Машку посмотри! Еще есть вопросы?"

   В глазах подруги читалась такая неприкрытая надежда, что я просто не могла не улыбнуться.

   -Я хочу с ними поближе познакомиться, а это проще сделать в неформальной обстановке, - вместо этого произнесла я.

   Влад наклонился ко мне и прошептал на ухо:

   -Ты очень коварный человек, ты знаешь об этом?

   Я широко ухмыльнулась и, заметив очередной маневр в нашу сторону уже примелькавшейся мне за утро "сивки", широко ухмыльнулась и, подумав напоследок, - "Да! Я это знаю!", страстно его поцеловала.

   К тому же, у меня оставался еще один "не пристреленный заяц", и я намеревалась припереть его к стенке завтра, в прямом и переносном смысле, во время праздновании своего двадцатого дня рождения.

   -Девчата, - произнес спустя некоторое время сероглазый, - хорошо с вами, но у меня еще остались кое-какие дела. Маша, я на тебя надеюсь,- и, повернувшись ко мне, добавил, - увидимся завтра, Солнышко. Я за тобой заеду.

   Напоследок, мягко поцеловал меня в губы и ушел.

   А мы отправились по магазинам. Машка сразу заявила, что на брюки я могу даже не смотреть, и что для такого выдающегося случая я просто обязана купить себе платье. Это сразу же сделало нашу задачу практически невыполнимой. Платья и юбки я одевала лишь в исключительных случаях, считая их непрактичными и редко окупающимися элементами роскоши своего гардероба. Процесс убеждения одевания этих элементов одежды на меня дома, со стороны мамы и бабушки, порой проходил под угрозой моральной расправы над моей личностью. По-прошествии нескольких часов и десятка магазинов, Машка пригрозила запереть меня в первой же попавшейся примерочной и не выпускать до тех пор, пока я не выйду оттуда в платье, которое мы, наконец, купим. Мне же решительно ничего не нравилось. Осознание того факта, что я просто обязана сразить завтра Влада наповал, и никак не меньше, никоим образом не способствовало уменьшению моих самокритичных взглядов на собственную фигуру и имеющийся выбор готовой одежды.