Дылда Доминга - Erratum (Ошибка) - 2 (СИ)

— С таким определением можно выкосить большую часть ада, — вздохнул Самаэль, сумевший все-таки сдержаться и не коснуться Гаруса.

— Она была опасна для ада.

— А где Ник? Ты узнала, где он? — Самаэль решил не вдаваться в ненужные споры, тем более что после всего случившегося он едва ли пылал симпатией к Нитре.

— Да, — ответила Лили, но сердце ее при этом снова мучительно сжалось от боли.

Гарус тяжело выдохнул, выпустив клубы дыма, и поспешно отвел голову в сторону.

— И? — Самаэль готов был рассердиться: чего эта девчонка так тянет? — Где он?

— В коконе, — безжизненно произнесла Лили. Ее губы просто открывались и оттуда вылетали какие-то звуки.

— Ты уверена? — глаза Грерии загорелись. — Как он мог туда угодить? Что ему там делать?

— Я не знаю, — она тысячу раз задавала эти же вопросы сама себе, и не находила на них ответа. Ответа, который был бы правдой, или ответа, который бы ее устроил.

— Так ты не знаешь, в коконе он или нет? Ты не ушла дальше своих чертовых предположений? — Грерия была на грани бешенства. Речь шла о слишком важной вещи, чтобы можно было говорить полунамеками, а эта девчонка, которую притащил Небирос, не говорила ничего определенного.

— Он в коконе, в горах Азура, — произнесла Лили, и Грерия с шумом выдохнула.

— Откуда ты знаешь? Кокон не прозрачен — откуда знать, что он там?

— Гарус сам его отнес туда, — отозвалась Лили, печально глядя на огромную поникшую голову аспида. Он следил за их разговором, но не вмешивался. Лили ощущала, что ему тоже было жаль Ника, а теперь, возможно, немного жаль и ее. — И, там были его вещи, рядом, — добавила Лили, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему.

— Неужели это и, правда, безумие, — пробормотал себе под нос Самаэль. Он, как никогда, стал задумчив, напрочь забыв о ранах, полученных в недавней драке.

— Мне жаль, — сказала приблизившаяся к ним голова, и, выдохнув несколько сизых клубов дыма, Гарус расправил свои крылья.

— Постой… — у Самаэля еще была прорва вопросов к дракону из мифов, но Гарус лишь слегка повернул голову в его сторону.

— Мне пора домой, — вибрация его голоса отдавалась в стенах дома. — Я и так слишком задержался. — Огромная туша с неправдоподобной легкостью оторвалась от поверхности и понеслась в сторону острых пиков гор.

— Это все сплошное безумие, — произнес Самаэль, провожая его взглядом.

Лили повернулась, чтобы уйти вслед за Гарусом, но ее никто не собирался отпускать так просто.

— Ты должна нам кое-что объяснить, — потребовал Самаэль, достаточно грубо хватая ее за руку. Но боль, застигнутая врасплох в ее глазах, заставила его разжать пальцы. — Нам нужно поговорить, — уже мягче добавил он. — Вернемся в дом? — его взгляд скользнул по Грерии. Ведьма выглядела измученной, но на ее одежде была лишь пыль, в то время как рубашка Самаэля окрасилась красным. Рукав стремительно намокал — похоже, рана была серьезней, чем он предполагал.

— Я помогу, — Лили коснулась его руки. Падший мрачно взглянул на нее, но позволил распутать завязку, шнуровавшую ворот рубашки, и перетянуть его руку чуть выше раны.

— Ты еще и лекарь? — с издевкой спросил он. Но Лили лишь молча покачала головой.

— Ты восстанавливаешься также быстро, как Ник? — тихо спросила она.

Самаэль удивленно взглянул на нее.

— Нет, он уникален, — горькая усмешка изогнула его губы, — но все равно лучше, чем люди. — В его голосе зазвучали нотки высокомерия.

— Люди в слоях? — уточнила Лили, не выдержав его надменного тона.

— Да кто ты? — воскликнул Самаэль, но, снова оглянувшись на Грерию и заметив землистый цвет ее лица, предпочел поторопиться внутрь к заботливым рукам друзей Калеба.

Калеб, человечек-коротышка, был слугой у Ника. Лили его отлично помнила по другой жизни. В большинстве своем коротышки были врачевателями, и на первый взгляд их маленькие пальцы могли показаться неуклюжими, но на самом деле они двигались с поразительной скоростью, умело штопая любые раны.

Грерию, впавшую в забытье, положили в спальне Ника, а они с Самаэлем разместились в его кабинете, к которому падший в последнее время привык больше, чем к собственному жилищу, столько они здесь проводили времени вместе с Грерией.

— С ней все будет в порядке, — подбодрила его Лили.

Калеб заканчивал накладывать очередной шов на плечо Самаэля.

— Это никому не нужно, — пытался избавиться от него ангел, — и так заживет.

— Так заживет быстрее, — сухо отозвался Калеб, и собрав все свои принадлежности, беззвучно скрылся за дверью.

— Ну, спасибо, — бросил ему Самаэль вслед. — Я знаю, что с ней все нормально, — обернулся падший к Лили, — иначе не рассиживался бы здесь, позволяя вышивать на себе крестиком.

Лили нравилось его чувство юмора, и легкое отношение к жизни, на грани крайности. Чем-то неуловимым он напоминал ей Ника. Правда, внешне они сильно отличались. Самаэль был более смуглым, и его резкие черты отдавали хищностью, а карие глаза были созданы, чтобы разбивать сердца и задирать юбки.

— Кто ты? — вдруг спросил Самаэль, и Лили оторопела. Она сама недавно задавалась этим вопросом. Что ей было ответить падшему? Она не знала.

— Человек? — полу-вопросом ответила она.

— Черта с два, — выругался Самаэль. — Пусть этой ерундой Небирос кормит своих демонов. Хотя нет, они ведь тоже отлично в этом разбираются. — Он оторвался от стола, на котором сидел, пока его штопал Калеб.

— Я была человеком, — честно ответила Лили, но падший продолжал сверлить ее взглядом.

— Допустим, но кто ты теперь? — спросил он, вторгаясь в ее личное пространство.

— Этого я, правда, не знаю, — Лили вынуждена была отвернуть голову, чтобы не коснуться склоненного к ней лица.

— Как ты нашла Гаруса? Проклятие, — он сделал импульсивный круг по комнате, — все считали, что их не существует, что аспиды — это сказки.

— Я встретила его в пустых землях.

— А там-то ты что забыла? Или решила, что Ник пошел за серыми грибами?

Лили молчала: что бы она ему ни говорила, он везде увидит подвох, недомолвки или того хуже, вранье.

— И где наш друг Небирос? — его, казалось, было уже не остановить.

— В колодце, вместе с Джаредом, — ответила она, с тоской глядя на книжные полки и пробегая по корешкам глазами.

“Зачем это все без него?” — стремительно неслись ее мысли. — “Быть может, лучше разозлить Самаэля — и пусть оторвет ей голову, и на этом все метания, все мучения закончатся. У Ника будет его сияющий кокон, а у нее… а что у нее — ведь кокон уже был, будет окончательная смерть”.

— Ты что там, в облаках витаешь? — вырвал ее из раздумий Самаэль. — Зачем ты искала его? Что тебе пообещал Небирос?