Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

самое интересное! – лишь сказав это, я сообразила, что мой хитровыверенный дружбанчик имеет в виду совсем другое. – А-а, ты про Весеннюю Смерть?

Юта промолчал, но улыбнулся так ослепительно, будто солнце проглотил. А я досадливо поморщилась. Теперь уже правду не спрячешь – осталось выбраться из ситуации без издевок с его стороны:

– Действительно, от безысходности схватила твой меч.

– Ну да, ну да, все же перед лицом угрозы хватаются за угрозу еще более реальную, – поддел он. Как я надеялась, что вообще без издевок обойдусь? А Юмин только разгонялся: – Ты в следующий раз, когда котенка увидишь, сразу от него с обрыва сигай. И ври мне побольше, никогда не отступайся. Натренируешься – сразу тебя в актрисы выездного театра пристроим.

Мне было не до смеха, поэтому я довольно сурово пояснила:

– А у меня не было причин врать? Юта, ты на моих глазах человека убил! На что ты пойдешь ради воплощения Аделиз, которое даже не помнит о той своей жизни?

Юмин посерьезнел и слегка прищурил глаза.

– Вообще ничего не помнишь?

– Только несколько последних минут ее жизни, – призналась я. – По меньшей мере мне известно, что про тот день ты рассказывал абсолютную правду: она тебя не знала, ее потрясла до глубины души человеческая жестокость. Вспомнила я эту сцену еще в раннем детстве, потом благополучно забыла. Больше ни единого эпизода, честное слово.

Он встал, подошел ко мне, после чего задумчиво проговорил:

– Это плохо. Аделиз Итайская наверняка знала способ, как раскачать универсальную магию.

– Я уже думала об этом. – Пришлось поднять голову, чтобы смотреть в зеленые глаза прямо. – И даже нашла объяснение. Когда возродилась твоя мать – ты был рядом, задал верные вопросы, вытянул из маленькой девочки все, что она могла рассказать. Но я появилась в другом мире, где мои фантазии вызвали ругань и допросы, откуда я узнала такую страшилку. Мне сразу расхотелось копаться в этой сказке дальше, предпочла вообще о ней не думать.

– Да, вполне логично, – признал он.

– Юта, а что теперь? Надеюсь, ты понимаешь, что я – не она? Я всего лишь унаследовала маленький кусочек ее воспоминаний. Оставь мне свободу выбора! Буду заниматься чем хочу и выйду замуж за кого хочу, даже если какие-то мои поступки ты посчитаешь рискованными!

– Угу, – сказал князь, сделал еще шаг ко мне, притянул меня за затылок к себе и сжал так крепко, что кости захрустели.

Пришлось настырно бурчать ему прямо в грудь:

– Не радуйся так сильно, я говорю серьезно! Ты ведь видишь – я совсем другая! Сумеешь относиться ко мне как к отдельному человеку, а не как к самому главному сокровищу своей жизни?

– Угу, – повторил Юмин, обнимая еще сильнее.

Видимо, до него не дошло, поэтому я продолжила:

– У меня даже характер другой! Хотя откуда тебе знать, какой у нее был характер? Ты все себе придумал – и хочешь, чтобы я соответствовала! Мне правда не нужно, чтобы ты без суда и следствия убивал всех, кто косо на меня глянул. Уверена, мы в этом с Аделиз как раз и совпадаем. Только попробуй снова угукнуть – ущипну!

– Угу, – раздалось в ответ, затем Юта бесшумно рассмеялся. Я почувствовала это только вибрациями его тела.

Ущипнуть-то я его ущипнула, но толку? Он через такие испытания проходил, что и глазом не моргнул бы, если бы я сумела поднять лицо и зубами вгрызлась в его шею. Возможно, смеялся бы только уже в голос. Поэтому я смирилась, притихла и решила просто подождать, когда его порыв иссякнет.

Поскольку времени уже прошло достаточно, я не выдержала:

– Если ты намерен теперь жить со мной в обнимочку, фальшивый Эллес точно уверует, что я твоя жена.

Юта уместил подбородок мне на голову и расслабленным голосом успокоил:

– Пока ему нужна моя помощь, он ничего тебе не сделает. Мог бы отыграться, если откажусь, но я ведь уже согласен. Поверь, если бы я ощутил хоть каплю опасений, тебя и спрашивать бы не стал – обнимался бы и обнимался. Пусть сначала меня прикончит, чтобы до тебя добраться.

Я припомнила:

– Боже, а ведь ты едва не уговорил меня стать наложницей князя зла! Да и сам он всеми конечностями выражался за, определенно имел какой-то план давления на тебя. Теперь понимаешь, какой беды я избежала?! Признай хоть то, что ты тоже способен на ошибки!

– Наверное, надо было настоять, – парировал он. – Поглядели бы, что из этого вышло.

– Только твое чувство юмора и выдает в тебе главаря нечисти. Поработай над этим, а то такое палево, – пробурчала я.

Но Юту все еще не отпустил прилив чувств от долгожданной встречи. В его объятиях становилось все теснее, хотя притом и уютнее. Он подтвердил то, что думает именно об Аделиз, новой темой:

– Кстати говоря, у тебя теперь есть именно оружие – жаль, что Весеннюю Смерть в академию не притащишь, но в путешествиях ты теперь не будешь такой беззащитной. А мне, видимо, придется создавать для себя что-нибудь новенькое…

– Человеческими жертвами? – догадалась я.

– А как иначе? – он деланно вздохнул, будто бы на самом деле не радовался возможности очередного кровопролития.

– Да я лучше обойдусь, – определилась я без труда. – Пользуйся на здоровье.

– Эх… Тогда становись скорее сильнее – я тебе Пожирателей отдам.

– Этим сразу и займусь, как только отпустишь. Ты ведь когда-нибудь отпустишь?

– Тебе как будто что-то не нравится в нашей позе. Настя, да прекрати ты уже елозить. Я столько столетий подряд хотел выразить Аделиз свое почтение, а ты сильно намекаешь на что-то непочтительное. Смотри, не сдержу восторга – еще пятьсот лет буду себя проклинать, что неправильно тебя встретил. Я ж злопамятный, ты знаешь.

В итоге он сам и выдал мне подсказку. Я смогла чуть-чуть отодвинуться, задрать голову и впечататься губами в его подбородок смачным поцелуем. После чего Юта вздрогнул и мигом разжал объятия. Он будто бы даже испугался этой ласки, а потом и головой покачал – дескать, не перегибай.

Зато мы наконец-то смогли успокоить тахарионскую нечисть, сытно пообедать и обсудить тактику.

В академию вернулись вместе. Правда, завернули на столичный рынок, где Юта засыпал меня подарками: какие-то украшения, платья, пять артефактов-усилителей про запас. Отказываться я не стала: если нужно принять его помощь, то самое безопасное деньгами и взять. Надеюсь, он отметит мою радость нужными галочками.

А когда мы уже приближались к воротам, он застыл и передал мне все сумки и коробки.

– Иди одна. До сих пор не нужно, чтобы нас видели вместе.

Это я хорошо понимала. Плохо