Око дракона - Елена Северная

шкафа вывентился малой и, ластясь ко мне, клятвенно прошептал:

– Госпожа дракон! Я никому-никому не расскажу про Вас! Как бы не хотелось! Господин Мефодий сказал, что Вы в опасности. Я не хочу, чтоб Вас убили.

– Я верю тебе, малыш. И, да, действительно, я в опасности, – потрепала его серую шерстку. –Это же не всё, что ты хотел сказать?

– Госпожа дракон, а господин Мефодий из наших, я нюхом чую. Только у него есть имя, а у меня нет. Может Вы и мне подарите какое-нибудь имя? Самое-самое маленькое?

Ну что с этим ребенком делать!

– Хорошо,– Я театрально положила руку на его плечико и торжественно сказала: – Нарекаю тебя Кузьмой. Отныне и во веки веков!

Мне показалось, что малой аж увеличился в размерах, так его распирало от гордости. Он доверчиво прижался ко мне и прошептал:

– Я теперь Ваш крестник! Где бы Вы ни были, только позовите и я приду!

– Так ты разве не привязан к этому дому?– я искренне удивилась.

– Нет, госпожа, я ничейный, у меня нет дома.

– Как же ты живешь?

– А понемногу у всех братьев. Но когда-нибудь и у меня будет дом,– он шмыгнул носом и навострил ушки. – Ой! Господин Мефодий идет! Я побежал!

И исчез. И правда, тут же зашел мой домовой, потянул носом и опять укоризненно уставился на меня.

– Ну как-то так! – виновато развела руками. – Ну не пропадать же ребенку!

– Ладно! – махнул рукой Мефодий. – Иди-ка сюда, я вот чего принес, – и вытащил из-за пазухи баночку с темным веществом. – Нужно замаскерить татуировку. Сейчас я намажу тебе руки и шею, мазь впитается и станет темной, как брачная татушка.

– Так я же не замужем, – опешила я.

– А кто об этом знает? – резонно возразил домовой. – Весь город гремит о том, что драконы вернулись, вот и будешь женой одного из драконов.

– Кого? – я окончательно впала в ступор. – Ты представляешь себе: жена дракона и разъезжает сама?

– Почему – сама? А я на что? Я – сопровождающий и ты моя сестра, которую выдали замуж за дракона. Вот и татуировки тому свидетели.

– Чья я хоть жена? Мужа моего как зовут?

– Ну вот вернемся в замок и определимся. Все равно, женщина в твоем возрасте уже должна иметь мужа или покровителя.

– Это любовника, что ли? – да, перспектива…

– Называй, как хочешь, – буркнул домовой, щедро покрывая меня мазью. Мазь воняла и щипала. Через несколько минут Мефодий погнал меня в ванную мыться. После омовения татуировки, действительно, потемнели, ярче проявились на руках в виде браслета и на шее как ожерелье. Удовлетворенно крякнув, домовой остался довольным.

– Нет, все равно не пойдет, – сказала я, выйдя из ванной комнаты. – Драконы очень обеспеченные, а наша повозка с лошадью как-то не вписывается в определение «обеспеченные».

– Ну да, я как-то не подумал, – Мефодий почесал затылок.

– И что мне с этим теперь делать? – я протянула вперед руки, на которых шоколадно- предательски сияли татушки.

– Что-нибудь придумаем,– он вздохнул.

– Что там с обедом? – решила я перевести тему. – У меня желудок к спине прилип уже.

– Сейчас пойду узнаю,– Домовой кинулся к двери.

Глава 22.

В это мгновение в дверь постучали и Мефодий, полагая, что это горничная с обедом, на автомате распахнул её. Стоявший на пороге черноволосый смуглый красавец-мужчина в богатой одежде совсем не походил на горничную. И даже на хозяина постоялого двора. Повисла многозначительная пауза. Затем мужчина бесцеремонно вошел в номер, отпихнув плечом моего домового. Я попятилась, а Мефодий в один прыжок закрыл меня собой.

– Да ладно!? – на лице незнакомца появилось подобие удивления. – Думаешь, ЭТО остановит меня? – он скептически оглядел моего защитника.

– Не остановлю, но задержу и шкуру тебе попорчу,– зло сверкнув глазами, прошипел домовой.

Тут же с криком «Наших бьют!» из стены вывентился Кузя, а за ним целая вереница лохматых серых ушастиков. Они встали стеной ограждая нас с Мефодием от незваного гостя. А тот уже веселился во всю, хохотал и прихлопывал себя по мощным бедрам. Отсмеявшись, он отступил на шаг, выставляя перед собой руки с поднятыми ладонями.

– Всё-всё, тушэ! Я не собираюсь никого убивать! Мне просто любопытно.

Мои защитники слегка расслабились и переглянулись. В комнате повисла нездоровая тишина. И тут мой желудок выдал обиженную трель. Все дружно посмотрели на меня. А я что? Я ничего, только есть хочу, за окном уже день в полном разгаре, а я ела аж вчера. В коридоре послышались шаги и звук сервировочной тележки. Хвала небесам – это наш обед едет. Домовые враз стали невидимыми, а наш гость с достоинством великосветского вельможи отошел от двери, пропуская долгожданную горничную. Девушка быстро переставила содержимое тележки на стол и молча замерла у двери.

– Можешь идти, – соблаговолил произнести гость.

Плевать мне на все правила приличия, это не я к нему, а он ко мне заявился до обеда, а у меня в планы не входило угощать посторонних обедом. Я молча прошла к столу, села и принялась за еду. На сытый желудок и думается продуктивнее. Гость также молча прошел к столу, налил себе вина и уселся в кресло напротив. Мефодий пошел разжигать камин, чем удостоился ещё одного удивленно-подозрительного гостевого взгляда. Покончив с обедом, я вытерла губы салфеткой, взяла в руки чашку с чаем и откинулась на спинку своего кресла.

– Ну и? – я вперила свой взгляд в гостя. – Чем обязаны?

– Да в общем-то, ничем,– пожал плечами незнакомец.

– Тогда что Вы здесь делаете?

– Пью вино, – ухмыльнулся собеседник.

– А нам собутыльник не нужен,– я ехидно сощурилась.

– Так а мне одиноко, мне нужен,– парировали мне с долей такой же ехидцы.

– Ну таки и идите вальсом в поисках, мы Вас не приглашали.

– Ну таки я вас и нашел в этом «вальсе», – выделил он последнее слово.

Мефодий молча наблюдал за нашей пикировкой, однако я чувствовала его напряжение, да и местные домовые только накинули полог невидимости, но сами остались с нами.

– Вы серьезно? Вы меня совсем не боитесь? – Заинтересованно спросил гость.

– А должна? – хмыкнула я.