Докопаться до тёмного нага, или Коридор миров - Ольга Ивановна Коротаева

умереть, — ехидно хмыкнула светлая нагиня. — Совсем наоборот! Она желает стать жрецом Садэка и уйти в Коридор миров за миг до того, как Алоби раскалится добела.

Перед глазами встала жуткая картинка, которая заставила меня содрогнуться.

— И я подарю ей эту милость, ведь Дарна привела тебя, — продолжила Тейран’раш и вдруг скользнула ко мне, вмиг обвив кольцами, нежно пропела на ухо: — Ты поможешь мне… И сделаешь это добровольно!

Глава 38

На большой светлой кухне за обеденным столом сидела мать Мии, рядом нервно раскачивался на табуретке Руслан Ильдарович.

— Папа, прекрати! — раздражённо попросила Айнур Руслановна. — Тебе же не пять лет!

— И даже не двадцать пять, — проворчал мужчина, но раскачиваться перестал. — От привычек так легко не избавиться.

Мама Мии промолчала, зная, что Руслан Ильдарович делает так только в минуты наивысшего напряжения. Она перевела взгляд на невероятно огромного мужчину, расположившегося напротив, и снова вздрогнула.

Смотреть на живое воплощение древних легенд было жутковато. Как было бы прекрасно списать всё на галлюцинации или какой-нибудь технологический фокус, но сейчас не время для малодушия. Её дочь в опасности!

— Итак, — отложив ручку, которую всё это время вертела в пальцах (а это признак наивысшего нервного напряжения Айнур Руслановны), подытожила женщина. — Вы не можете вернуться в свой мир, а Мия не может вырваться оттуда.

Страшная правда, которую им пришлось принять, поскольку факты налицо. Мии нет, а вместо неё появился мускулистый полуголый мужчина с килограммом золота на голове и какими-то тёмными сущностями, что крутятся у его ног. Была бы жива мама Айнур, дело бы закончилось изгнанием духов. Но у Руслана Ильдаровича и его дочери прагматичный склад ума.

И, если принять к допущению, что другие миры действительно существуют, то возникал один вопрос…

— Почему у вас не выходит? Вы же полубог, насколько я поняла, — допытывалась Айнур. — И с помощью этой вашей тьмы путешествуете между мирами.

— Я Даррак’сеш, сын богов, — представился гость и сверкнул обсидианом глаз. — Призываю тьму Садэка.

— Значит, вы тёмный маг? — предположил Руслан Ильдарович.

— Тёмный наг, — поправил тот. — Призван богами бороться со своей сестрой, светлой нагиней Тейран’раш, и, убивая её, погружать мир во тьму.

— Звучит жутковато, — поёжилась Айнур и осторожно уточнила: — Выходит, вы злодей? Раз убиваете свою сестру…

— Ночь проходит, и Тейран’раш воскресает, — продолжил странный гость. — Так начинается новый день.

— Похоже на мифологию Древнего Египта, — вставил Руслан Ильдарович.

— А то я не догадалась, — буркнула его дочь и со стоном потёрла лоб. — Всё это словно страшный сон! Дети богов, убийства, магия… И посреди этого безумия моя бедная дочь! Как её вытащить оттуда?

— Ми-йа не вернётся, — холодно отрезал Даррак’сеш. — Она моя шеша и единственная надежда моего народа! Без неё Алоби поглотит свет Хатэм.

— Свет — это же хорошо, — аккуратно промолвила Айнур.

— Если однажды я не могу одолеть сестру, то этот мир сгорит, — ошарашил её гость. — В последнее время всё шло к этому. Тейран’раш становилась сильнее, впитывая тьму Садэка через своих жрецов. Моя же харгу постепенно теряла свет Хатэм, и мрак ослаблял меня. Тут и появилась она, моя шеша. Смелая, как воин, яркая, как солнце, сладкая, как…

— Стоп-стоп! — поспешно прервала его мама Мии. — Мы всё же о моей дочери говорим…

Схватив ручку, она перевернула лист тетради.

— Поправьте меня, если я что-то не так поняла. В вашем мире две противоборствующие стороны. Вы питаетесь светом, но пользуетесь магией мрака. Ваша сестра — наоборот. Верно? Идём дальше.

Она нарисовала две пирамиды, три солнца между ними и исподлобья посмотрела на мужчину.

— А почему вы не наняли новую каргу вместо той, что потеряла божественный свет?

— Харгу, — без эмоций произнёс гость. — Без одобрения Хатэм нельзя заменить её жрицу. Светлая богиня желает, чтобы Дарна победила мрак внутри своего сердца. Я? Даррак’сеш, должен повиноваться воле богини.

— Интересно, — вмешался Руслан Ильдарович. — Почему у вас одна светлая жрица, а у той гадины много тёмных жрецов? Что за вселенская несправедливость?

— Нужно много мрака, чтобы потушить свет, — пояснил Даррак’сеш. — Но лишь один лучик рассеет тьму.

— Философия, — хмыкнул дедушка Мии.

— Значит, Мия каким-то образом поддержала вас, — продолжила Айнур и подалась вперёд/ — Вам совсем не стыдно, что призвали из другого мира ни в чём не повинную девушку?

— Ми-йа появилась в моём мире из-за проклятия, — ледяным тоном рассказал гость. — Она умирала.

Женщина побледнела, а её отец затаил дыхание.

— Я спросил, согласна ли она стать моей женой, — спокойно продолжил Даррак’сеш, — и разделил с ней кровь. С того мгновения проклятие не властно над моей шешей, ибо она — мой свет, а я — её мрак.

В кухне повисла тишина. Руслан Ильдарович пристально рассматривал гостя, а Айнур отвела взгляд. И хоть её материнское сердце дрогнуло, женщина не позволила себе показать, что тронута словами этого странного типа. Она постучала ручкой по нарисованным шарикам и стрелкам.

— Теперь понятно, почему вы не можете вернуться.

Руслан Ильдарович прищурился.

— А о каком проклятии вы говорили, молодой человек?

— Ми-йа появилась в Алоби вместе со свитком дитя богов. Шеша поведала, что нашла его усыпальницу в своём мире.

Айнур уронила ручку и медленно посмотрела на отца.

— Попова пустошь? — Вскочив, она заметалась по кухне, собирая какие-то баночки и коробочки. Приговаривала: — Аптечка… Выезжаем немедленно! Макароны… Где мой грёбаный рюкзак?!

— Нюрка!

Мама Мии остолбенела и зло посмотрела на отца.

— Сколько раз просила не называть меня так? Хочешь, чтобы мы ещё десять лет не разговаривали?

— Ты больше ни на что не реагировала, — пояснил Руслан Ильдарович. — Скажи толком, зачем ты так внезапно собралась в эту глушь?

— Ты же сам подписал финансирование раскопок! — возмутилась его дочь. — Не читал материалы? Гробница, мумия с хвостом. Ничего не напоминает? Поехали, по дороге расскажу. Уважаемый шиш… шеш… Вы с нами!

— Ты его так собралась везти? — иронично уточнил дедушка Мии.

Женщина мазнула взглядом золотой убор, а потом задумчиво покосилась на набедренную повязку. Где взять одежду на этого Шварценеггера? Руслан Ильдарович носил пятидесятый размер, а здесь