Хозяйка старого дома, или Жена поневоле - Кира Рамис

От грядок я отлипла лишь поздним вечером, когда стемнело. Зато все грядки вновь были засажены. Больше всего переживала за новые семена, взойдут ли они, будут ли у меня земляной орех, дыня и клубника. В душе давно поселилось желание полностью перейти к посадке хрустальных овощей и фруктов. Во-первых, их есть могут и простые люди, и маги, и магические животные, а во-вторых, они дороже. Да, в деревне я не найду покупателей, но в городе… Кстати, из дыни можно делать и мусс, и варенье, и кексы, да много каких блюд. В мечтах сделать сушильный шкаф и духовку. А ещё лучше — открыть кондитерскую или таверну.

Нет, это будет слишком для меня. Легче производить и сдавать на реализацию. Как бы таверны заинтересовать хрустальными вкусностями моего производства? Стоит все свои пожелания и рецепты записать. Но для всего нужны деньги. Одна надежда — на перцы и землю.

Строя планы, я вздрогнула, поняв, что расписываю их в уме на годы.

«Нельзя сильно увязнуть! Нужно копить деньги для поиска мага, что сможет отправить обратно меня на Землю»

– Сестра, поешь перед сном, – из размышлений меня вывел тихий голос Свона. Я села за стол.

Его мне было жалко оставлять в этом жестоком магическом мире. Выживет ли он, когда вернётся в тело настоящая Лилиан? Её характер, под который я пытаюсь подстраиваться, совсем уж мягкий. Одна надежда, что  Ренгель поправится и полюбит ту Лили. Думаю, что она будет прекрасной женой, хозяйкой и матерью для мага. В этот момент сердце сжалось от грусти. Неужели я начинаю прикипать душой к Свону, Ренгелю и Орлану?

Вот они поразятся, когда их сестра и жена вернётся. Замкнётся ли она вновь, или мой мир придаст ей моральных сил? Мысль, что я заняла тело погибшей девушки, гнала прочь. В этом случае мне некуда будет перемещаться. Бедные мои мама и папа.

– Лилиан, ты чего? Я плохо подогрел? – спросил Орлан, три пары глаз уставились на меня.

– Нет, нет, всё очень вкусно, – произнесла, смахивая слезу. Вечером мы доедали то, что я готовила на обед. – Просто устала, спина болит.

– Лили, ложись сегодня в моей комнате, – неожиданно произнёс Ренгель, смотря прямо в мои глаза, а я чуть не уронила ложку в тарелку. – Выспишься, а я с братьями посплю.

– Спасибо, – улыбнулась в ответ, мысленно выдыхая.

Утром, собрав охотничье снаряжение, дав братьям наставления и обещание вернуться не позднее вечера, выдвинулись в сторону леса.

Сегодня Орлан, как и Свон, категорически отказался перебираться к старухе Иванке. Восьмилетний брат, увидев наточенную косу, сказал, что дома дел много, травы нужно накосить, хвороста наносить, да и кашу он научился готовить. Всё будет хорошо.

С неспокойной душой, но верой в лучшее мы ушли.

Глава 29. Раскудахталась

– Ренгель, прошу, давай выкопаем, – я верёвочкой вилась вокруг Коричника Цейлонского. – Ты даже не представляешь, что можно делать с корой этого дерева. А я представляю.

Ой, как мне сейчас хотелось рассказать мужу о путешествиях с любимой бабулей на Шри-Ланку, которая является раем для ботаника. Мне в мои годы было всё любопытно, но позагорать и понырять в воды Индийского океана хотелось больше.

Рен с сомнением посмотрел на Коричник, дотронулся до ветки.

– Хрустальный. Впервые такой вижу, за последнее время в нашем лесу стали появляться растения не из этих мест. Хлебное дерево переместилось, сейчас вот это… Как называется? Коричник? Ты уверена, что тебе нужны именно эти кусты?

– Уверена, я сразу узнала. Листья, смотри, какие интересные, если потереть, появится тонкий приятный аромат, и растёт так плотненько, этим стволам года два-три, самое время рубить и делать корицу. Нет, всё рубить не нужно, молодую поросль выкопаем, корни старого дерева останутся, молодая поросль подрастёт, и можно опять собирать через два года. Но на нашем огороде, – ходила я лисой, – всё вырастет намного быстрее. Какие булочки, напитки, ой, да много чего можно сделать. Я не уверена, что у меня получится повторить сбор, сушку, как… – чуть не проболталась про остров. – …Как бабушка рассказывала да в книге показывала, но постараюсь.

– Да я не против, – рассмеялся Ренгель. – Но пойми, если мы сейчас их срубим, то нести на себе придётся, а это дополнительный груз. Давай я специально за ними на днях приду с верёвками, срублю, выкопаю сколько тебе нужно и принесу домой. А сейчас проверяем ловушки на предмет дичи и по мелочи собираем съедобные растения.

– Хорошо, – с грустью посмотрела на Коричник.

– Не переживай, я точно запомнил место, вернусь. Сколько тут стволов? – он осмотрел высокие кусты. – Двадцать? Все принесу потихоньку. Идём, скоро до первой ловушки дойдём. Надеюсь, заяц попадётся.

В этот момент в чаще раздался громкий грозный рык совсем не зайчика, заставивший Ренгеля напрячься. Он, словно именитый спортсмен-силач, одной рукой подкинул меня в воздух, и я оказалась в двух метрах над землёй, на крепкой ветке, под прикрытием густой листвы.

– Рен, ты куда? – дрожащим голосом спросила того.

– Сиди тут, – приказал муж, скрываясь между деревьев. – Я зверя уведу.

– Какого зверя? – шептала себе под нос, двигаясь попой по ветке, поближе к стволу, подол немного задрался, ноги поцарапала. В сумке на боку обеспокоенно задёргалась и закудахтала курица.

– Только тебя не хватает. Замолчи! – вынула связанный «подарок» из сумки, чтобы зажать клюв или погладить. Курица, почувствовав приближающуюся свободу, со всей мочи клюнула меня в руку и обеспокоенно закудахтала.

От боли я ослабила хватку, связанная птица полетела свёртком к земле.

– Мамочки! – воскликнула, ловя конец верёвки. – Совсем не смешно, – держась одной рукой за ствол, посмотрела вниз.

Курица не собиралась замолкать, дёргаясь на верёвке словно приманка для кошки, громко оповещала округу своими воплями. Всё, сейчас придёт хищник и съест меня вместе с ней.

Лишь на мгновение зажмурилась, перед тем как одновременно усидеть на ветке и подтянуть глупую курицу вверх. И именно в этот момент почувствовала сильный рывок вниз.

– А-а-а… – верёвку вырвало из руки, и я приземлилась на что-то мягкое. Неужели курицу раздавила?

Откатившись, поняла, что расплющила жёлтую подушку.