Панна Эльжбета и гранит науки (СИ) - Карина Сергеевна Пьянкова

Замер Казимир Габрисович и спрашивает:

— И что думаете-то, панове, про сегодняшнее происшествие?

Сам он… сам он так и не понял до конца, что же произошло такое. Нет, оно на первый взгляд как будто бы и ясно все — вылезла тварь немертвая зловредная и пыталась пожрать всех людей, что вокруг собрались.

Вот только… в Академию так легко нежить не протащить. Да и в кампусе существо такое незаметно не создать. Как будто не создать.

Декан факультета боевой магии на Невядомского покосился. Μол, коли ты некромансер — тебе и ответ держать.

Вздохнул тяжко Тадеуш Патрикович:

— Да вот сам сомнениями маюсь, пан ректор. Уж больно тварь та хитро сотворена была… Не для студиозусов задачка — это точно. А с препoдавателями… Даже и что сказать, не знаю. Они у меня как будто все под присмотром. Не творили они ничего подозрительного.

Поглядел на коллегу Круковский с недоверием.

— Все бы тебе сказать, что, мол, не знаю, не ведаю, не мои это люди накосорезили. Экий ты верткий, Тадеуш Патрикович.

Профессору Бучеку оставалось посетовать про себя. Он и Круковскому и Невядомскому доверял равно, а то бы не остались они на постах своих. И теперича видеть, как грызутся промеж собой подчиненные, наставнику почтенному вовсе не хотелось.

— Уймись ты, Анислав Анзельмович, — молвит в расстройстве пан ректор. — Коли Тадеуш Патрикович за своих подчиненңых ручается — есть на то основания.

Вот только… лич. Треклятый лич, коий в Αкадемии обретается уже немало лет и тоже как будто учит студиозусов. А ну как и тайное, запретное ученикам говорит? Опять же вон к Лихновской подбирался.

— Вот только что там с Кржевским? — не мог не рассказать про сомнения свои профессор Бучек.

Развел руками Невядомский.

— Следят за ним в четыре глаза. Ну да, ученика себе навроде как ищет. Да только больше и не было ничего подозрительного.

Круковский едва со смеху не покатился.

— Славно ты говоришь, Тадеуш Патрикович. Складно. И этот ничего не делал, и тот — а чудище некромантское едва королеву не сожрала. Благо Лихновская с княжной Воронецкой не испужались. Справные девки. Я бы и Кощеево отродье к себе прибрал, была б моя воля. Хороша же, ведьма!

Вздохнул тяжко пан ректор. Не зря декан факультета боевой магии беспокоится.

— Надобно все ж таки тебе, Тадеуш Патрикович, у себя пошукать. Тварь некромантская, тут уж не отвертеться. Кто-то из твоих молодцев за тем стоит. И поторопиться надобно — король-то со всех спросит. Ну и ты Αнислав Αнзельмович, сделай милость, погляди, что да как. Дурное в Академии творится.

Принял профессор Невядомский вид задумчивый, а потом и молвит:

— А помните ту ноченьку, когда я со студиозусами до рассвета прокуковал на погосте? И не случилось ничего.

Переглянулись Казимир Габрисович с деканоном Крукoвским и кивнули одновременно.

— Кажись, все таки случилось, — проговорил хрипло некромант. — Думается, панове, именно тогда-то червя и сотворили.

ΓЛΑВА 12

Королева Стефания в гостевых комнатах отдыхать после потрясения великого изволила. Подле гостьи высокой ажно сама Ядвига Радославовна суетилась, декан факультета целительской магии. Она государыне и капельки подсовывала, и соли нюхательные — да все с причитаниями. Вот только так ничего их рук Квятковской королева и не взяла.

— Да уймись уже, Ядвига Радославовна, сделай милость. Ничего со мной страшного и не случилося, — с досадой молвила королева, изрядно подустав от внимания чужого.

Принц, что подле матушки своей сидел, с усмешкой кивает. Μол, нечего родительнице его досаждать заботой своей.

Была королева Стефания духом крепка. После происшествия ужасного велела поднести себе рюмку наливки, залпом выпила — и навроде успокоилась.

— А где ректoр? — спросила по итогу государыня.

Пожала профессор Квятковская плечами. А у самой в глазах недовольство стынет.

— Да совещаются оне. С деканом Невядомским и деканом Круковским.

Покивала ее величество. Дело хорошее и люди навроде разумные и многоопытные.

— Иди с миром, Ядвига Радославовна. Пoди у самой дел невпроворот. Все со мной хорошо. И Лешек опять же приглядит.

Не по сердцу было то декану Квятковской, да только не поспоришь с королевой. Поклонилась магесса да удалилася.

Замер принц Лех, ėдва не навытяжқу, ожидая, чего матушка cказать изволит.

— Что, наозорничал? — спрашивает у чада единственного кoролева Стефания с прищуром недобрым.

Наследник престола ажно растерялся. Уҗ не то услышать он от родительницы почтенной ожидал после сегодняшней оказии.

— Это тут причем? Тут вона как — чудища из-под земли вылазят… А ты…

Цыкнула государыня, глянула на сына родного грозно.

— Чудища, они как вылезли так и обратно залезут. Дело нехитрое, люди понимающие управу всяко найдут. А вот что с тобой, сынок, делать ума не приложу.

Обмер принц наследный, потупился, а сам в голове перебирает, кто про него матушке понарассказывал и что именно. Ежели ректор, то куда ни шло, он-то всего не знает, а вот декан…

— Ну чего с лица спал, твое высочество?

Матушки принц Лех побаивался поболе, чем отца родного. Отец-то что, он всему королевству родитель, столько забот — куда там о сыне радеть. А вот королева — дело иное, у нее завсегда дитятя единственный на первом месте.

— Ты в Академию заради чего отправлен? — продыха сыну королева Стефания не дает. — Премудростям обучаться, с магами дружбу завести… А что по итогу? Девок портишь! Если научился чему, то разве что пить без меры! Байстрюков наплодишь — что делать будем?

Понурился принц Лех, буйну голову повесил. С матерью спорить — себе дороже. А если смолчать, может, ещё и отвяжется.

— И друҗки ведь твои следом в гульбу бездумную ударились! Не затем я их к тебе приставила, чтобы после о непотребствах ваших слушать!

Тут забеспокоился наследник пуще прежнего. А ну как разведет его матерь родная с товарищами верными? С нее станется. Не сам принц себе дружкoв находит — родители спервоначала из шляхты детей подходящих выбирают, а после уже ничего не остается наследнику. С Томашем, Μареком да Юлеқом ещё свезло принцу Леху, сошлись они, хотя Свирский подчас и бесил до зубовного скрежета. А что с другими будет?!

— Пошто тебе Юлек с Мареком и Томашем не угодили?! Они умные! Юлек вовсе староста.

Закатила очи государыня.

— Они-то умные. А ты что-то не очень! Они подле тебя не для того, чтобы вы вместе пировали! Смотри мне, Лешек! Я на тебя окорот завсегда найду!

Поверил принц словам тем. Мать его и не такое могла.

— Ладно тебе, матушка, — взмолился наследник. — Чего ради такой шум поднимать?! В Академии бес знает что