Ученье – свет. А выключатель я сломала! (СИ) - Северная Елена

— Нет-нет-нет, — шептала я, глотая слёзы.

Ну, почему так? Зачем я его с собой принесла? Ну и рос бы он там, на взгорке, и ничего, что один, зато живой. А теперь …

— Тихо, дорогая, тихо, — шептал на ухо Лео и его ладони крепче сжимали мои плечи. — Камамери очень живучие, если хоть что-то от него осталось, — мы его вернём к жизни. А сейчас нам нужно продержаться до прихода магов!

Я всем сердцем хотела верить в слова друга, только не получалось. Чувство вины сжирало все остальные.

— Ария! — встряхнул меня Леонэль. — Ты же не хочешь, чтобы твой найдёныш зря пожертвовал собой? Нам нужно выжить!

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! — басовито разнеслось совсем рядом.

Я растерянно оглянулась и облегчённо вздохнула: — к нам нёсся камамери ректора.

Мощный хищник прокладывал себе дорогу, хватая большими бутонами за лапы пауков и отбрасывая тех в разные стороны. Таракуты, попавшие под раздачу взбешённого растения, несколько раз дёргались в агонии и замирали. И всё было бы замечательно, мы бы справились, но из кротовых нор полезли новые монстры. Они всё лезли и лезли, казалось, весь газон шевелиться хитиновыми панцирями.

— Да что такое? — пробормотал Леонэль. — Боевые маги уже давно должны были быть здесь!

Его магия продолжала усиливать щит, пауки не могли прорваться сквозь него, но наши защитники оставались там, за его пределами, и им было туго.

Внезапно, пространство заискрило и разорвалось. Из щели, пылающей яркой чернотой, появились огромные игольчатые псы.

— Сумеречные охотники! — взвыл парень. — Их только тут и не хватало!

— Я удержу щит!

— Долго ли? — хмыкнул он мне в ухо. — Такое впечатление, что нам никто не поможет.

— Сколько смогу, — прошептала в ответ.

Глава 9

Да, боевик не сможет защитить нас. Если бы он был один, или монстров было бы меньше, то он вполне справился бы. Да только я путалась под ногами, эльф не может бить одновременно на 360 градусов, его боевой удар максимум 180. Я прокляла тот момент, когда решилась отключиться от резерва Марии — воплощения первородной магии. Как же! Я ж поступила в Академию! Я должна сама! Без помощи! Тьфу, дура. От того, что мой резерв подпитывался бы первородной магией, ума бы не прибавилось извне. Зато сил бы хватило. Оставалось уповать на собственный резерв, а он у меня не такой уж маленький, и на скорость реагирования боевиков. Ну ведь должна быть в Академии какая-нибудь сигнализация!

Пока я горестно размышляла обо всём, собирая все силы на действие щита, вокруг начали происходить странные вещи. Пауки нехотя отступили и строем направились в пространственную прореху под горящими взорами псов. Самый большой медленно стал приближаться к камамери ректора. Они постояли друг против друга какое-то время, хищник возмущённо пошелестел листочками, помахал усиками, пощёлкал зубастыми бутончиками. Пёс оскалился, рыкнул и прошествовал к нам.

— Вот не пойму, — пробормотал Лео, — они сейчас нас делят или уже поделили?

— Ария, — возник в голове посторонний голос, — опусти щит. Мы не причиним вам вреда.

К этому времени последний паук скрылся в расщелине и в загоне остались только камамери, охотники и мы.

У меня возникла догадка:

— Тарх?

— Узнала? — добродушно(?) оскалился пёс.

Он подошёл совсем близко к щиту и уставился на меня своими огромными умными глазами. Я как загипнотизированная смотрела в них, с каждой секундой погружаясь в тёплую мягкую темноту. Казалось, глазами сумеречного охотника на меня смотрит вся Вселенная — бесконечная, мудрая, вечная …

Я оборвала силовую связь с магией эльфа и опустила руки. Уставшие мышцы благодарно откликнулись лёгким покалыванием, сообщая о том, что кровь заполняет опустевшие от напряжения капилляры и мелкие венки. Леонэль судорожно сжал мои плечи:

— Ты что творишь? — зашипел он.

— Прекрасно знаю, что творю, — на автомате ответила я, не в силах оторвать глаз от Тарха.

— Я разберусь, по чьему приказу эти низшие проникли сюда, — тихо рыкнул Тарх. — А сейчас мы уходим. Я заберу мелкого.

— Он жив? — раненой птицей встрепенулась надежда. — Он вернётся?

— Жив, — насмешливо скосил глаза вожак, обрывая связь. — Если захочет, вернётся.

— Главное, он будет жить, — с облегчением вздохнула я и улыбнулась.

Один из охотников осторожно подхватил поломанного Мулю и потрусил в зияющую чернотой пространственную расщелину. Тарх наклонил голову, изображая вежливый поклон, затем величаво прошествовал следом за своей стаей. Уже стоя на границе пространства, он обернулся:

— Не все порождения тьмы агрессивны к вашему миру.

— Я знаю, — чуть слышно прошептала в ответ.

И была уверена, что Тарх услышал. Он взмахнул хвостом, щель схлопнулась, только в воздухе повисло лёгкое облачко тёмного тумана, которое, несколько мгновений спустя, рассеялось, оставив после себя запах дыма.

— И что это было? — нахмурился Леонэль.

Я сползла по нему на землю, осознавая, что сил совсем не осталось. Подскочивший ректорский камамери убрал со лба прилипшие пряди, что-то прошелестел и поскакал обратно в приёмную к своему горшку. Хоть эти хищники и могут передвигаться самостоятельно, но долгое время находиться их корни вне почвы не могут. И он, рассудив, что выполнил свою миссию, спешил закопаться, пока на корешках оставались остатки влажной земли и магическая связь со своим «местом жительства».

Рядом опустился Леонэль. Мы сидели, прислонившись спина к спине, и тупо смотрели перед собой. Каждый пытался осмыслить произошедшее.

— Вот скажи, — наконец сказала я, — почему нам никто не помог? Ведь, по идее, мы же студенты, недомаги, а тут какие-то монстры хотели нас сожрать!

Эльф помолчал несколько минут, потом ответил:

— У меня только одно объяснение: мы же в монстрятнике.

— Значит, выползай из загона и лопай студентов? — Моему возмущению не было предела.

— Нет. Здесь стоит система оповещения, реагирующая на агрессию.

— Угу, — язвительно буркнула я, — а таракуты чувствовали к нам любовь и нежность! И радостно хотели сожрать!

Леонэль хохотнул:

— А в твоих словах есть доля истины! Пауки любят парное мясцо, и с радостью предвкушают, как по жвалам будет течь тёплая кровь! — он сделал страшную мину.

— Дурак, — вяло отмахнулась и оттолкнула его. — Ты как хочешь, но я свои 4 часа отработаю на неделе.

По-стариковски кряхтя, я попыталась встать.

— Что тут произошло?

Неожиданно раздался возмущённый вопль смотрителя. Я плюхнулась обратно.

— Вы совсем ополоумели? — продолжал он орать. — Зачем перекопали всё? — Мужичонка бегал по загону и горестно заламывал руки. — Вы всё испортили! Весь газон! Всю корневую систему! Я пожалуюсь ректору! — С негодованием закончил он и уставился на наши тушки.

— Очень своевременно, — ядовито оскалился эльф. — А также просветите его: почему на территории монстрятника отключена сигнализация!

Леонэль встал сам и поднял меня.

— Ложь! — возопил смотритель. — У меня всё действующее!

— Насчет «всегодействующего» у вас лично, я ничего не могу сказать, не проверял по понятным причинам, — глаза студента-боевика угрожающе сощурились, — а вот в остальном я готов поспорить. А сигнализация у вас и впрямь не работает. Аккумуляторы в артефактах разрядились? — высказал предположение парень, взваливая меня на плечо. — Так ректорат средства каждый месяц выделяет, а сейчас только начало. Куда дели деньги? — Он встряхнул меня, поудобнее укладывая. — На «лечение» у мадам Бурф?

— Не докажете! — приосанился гном, но бегающие глазки выдали все статьи расходов казённых средств.

— И не будем ничего доказывать, — устало огрызнулся Леонэль и пошёл к выходу. — Тут был камамери ректора, он всё и расскажет.

— Чушь! — не сдавался смотритель. — Это безмозглое растение ничего не сможет доказать!

Эльф пожал одним плечом, так как на другом висела я, и поспешил убраться.

— Я его лично на чистую воду выведу, — шипел он пока шёл к общежитию. — А ещё лучше — жене мыслишку подкину. Тогда вообще и напрягаться не придётся. Мадам Дарневшельц очень эмоциональная особа. Такая гнома, скажу я тебе! — он хохотнул. — Её даже глава гномьей общины Соэля побаивается!