Связано с любовью (СИ) - Брай Марьяна

– Спасибо тебе, Дирк. Я рада, что у меня есть такой защитник.

– Плохо, что вы сразу его вот так… Даже не узнали, чего он хотел. Думал, увидит меня, и станет расспрашивать, а я и у него узнаю – чего хотел, но он был так зол… покраснел, вены вздулись и на лице, и на шее – страшное совсем лицо стало. И свистнул, как бандит. Коляска в ту же минуту подъехала, он прыгнул, и был таков, - закончил Дирк.

– А чего им надо? Дом нужен, и Рузи. Вернее, ее руки, которыми она станет зарабатывать им деньги. Вот что им надо, - выпалила Клара.

– Я думаю, от них можно откупиться, - задумчиво предположила Марита, и потом грустно продолжила: - но ты все деньги отдала за шерсть…

– Пока я не совершеннолетняя, ничего меня не спасет, Марита. Два года они будут приезжать и приезжать, ища возможность заграбастать побольше.

– Вот если бы замуж… - очень тихо сказала Клара.

– Ага, эти хоть два года будут кровь пить, а эти ваши мужья – на всю жизнь, - понимая, что Клара просто перебирает все возможные варианты, улыбаясь ответила я.

Решив оставить этот разговор до утра, которое, судя по сказкам, мудренее, мы разошлись по комнатам. Хоть я и думала, что заснуть не получится, и уже приготовилась коротать ночь в думах, сморило меня моментально.

Проснулась от стука в двери, и сердце снова забилось. Боже, ну может не все сразу, - подумала я и наклонилась на подоконник. В одной из дам, что отошла от двери и смотрела на окна я узнала Оливию и выдохнула.

И мать, и дочь, смотрелись на моей кухне как два бриллианта в шкатулке с бусами из рябины, хотя, казалось, их это совершенно не смущает.

Они долго осматривали наши станки, охали и ахали, ощупывая разноцветные клубки пряжи, гладили готовые пледы размером с полноценную двуспальную кровать. После этого они и согласились с нами позавтракать. Брускета с жареным сыром и вялеными томатами пришлась им по душе. Эту закуску здесь было легко повторить, потому что все основные продукты имелись, да что там… получилось много лучше, чем в моей прошлой жизни, потому что и сыр, и хлеб были натуральными.

– Конечно же, я рада вас видеть, и да, у нас еще есть что обсудить, но все же, думаю, вы приехали по какой-то причине. Что-то случилось? – прямо спросила я, когда мы перешли к кофе.

– Да, безусловно, хотя, думаю, даже не случись причины, нам стоило приехать, потому что такого я никогда не видела, Рузи, - ответила Флора.

– И так? – я же не ожидала ничего хорошего, понимая, что вчерашний гость, скорее всего, своим приездом открыл портал неприятностям, и белая полоса могла быть просто перечеркнута его серой сутаной.

– Вы не представляете, что творится в обществе! – как опытный интриган начала Флора. – Еще поздно вечером к нам явилась графиня, что проживает по соседству. Я думала случилось что-то сверхважное, а оказалось… Рузи, ты была права, и даже больше – о баронессе уже идут разговоры. И о подарке, что она получила от Рональда, и о пледах неземной красоты, которых никогда не видели ранее. И о том, что такую редкую вещицу мог достать только герцог! – с придыханием и округлившимися для пущей эпатажной глазами, продолжала вещать Флора.

– Мама ни капли не преувеличивает, дорогие мои. Это все правда. Весь город шумит, и скоро, думаю, это дойдет до герцога, - подхватила остановившуюся, наконец, мать, Оливия.

– Значит, мы не должны терять время, - вставила я, задумавшись. Нужно ковать железо, пока горячо. Марита, прямо сейчас, пиши открытку, указывая адрес Флоры и Оливии, Клара, упаковывай второй белый плед, но тот, что с помпонами. Думаю, эти помпоны станут самым главным козырем в руках Матильды! – поторопила я девушек, доливая кофе в чашки Оливии и Флоры.

– Детка, вчера ты была веселее, и сейчас я вижу, что хоть я и принесла долгожданную хорошую весть, что-то тебя беспокоит, - вдруг, заглянув мне в глаза, заявила Флора.

Пока девушки собирали новую «бомбу» для сплетен, я рассказала Флоре и Оливии о ситуации, в которой я оказалась «благодаря» моей матушке, о докторе, который помог чем смог, и о том, что живу сейчас как на пороховой бочке.

Флора долго молчала, а потом взяла мои ладони в свои, слегка встряхнула и ответила:

– Да, я думала, что у нас сейчас беда, а оказывается, есть случаи похуже. Но не стоит опускать руки. Я помогу всем, чем смогу, девочка, и, если потребуется, сама встану на твою защиту. А то, что касается твоей мамы… Да, тут пока ничего не сделаешь. Ты можешь работать только от ее лица, и даже я не могу предложить тебе оформить все на себя… Я не хочу, чтобы ты боялась предательства.

– Да, спасибо, я рада, что нашла столько хороших людей, и готова помочь и вам. Эти пледы принесут нам немало денег, но мы должны встречаться как можно реже, чтобы не было связи с нами. Так мы на сколько можно долго сохраним тайну, благодаря которой и заработаем. Я не хочу выходить замуж, и повесить себе на шею еще одну проблему, которая сначала покажется прекрасным выходом, а потом, возможно, станет еще большим препятствием, нежели моя матушка, - грустно ответила я.

– Рузи, пока рано это обсуждать, но… мне кажется, я знаю, как ты сможешь выйти из этой ситуации, - почти у порога, когда я провожала гостей, сказала Оливия.

– Как же? – с надеждой посмотрела я на красивую девушку, и еще раз отметила красоту ее темных, как ночное озеро, глаз.

– Ты можешь купить себе мужа, как и я.

– Купить? – я чуть было не рассмеялась. – Я себе одежду не могу купить, а ты о целом человеке. А их по весу продают, или как? – теперь я уже смеялась от души. – Если по весу, тогда мне проще купить самого тощего и откормить.

– Я вынуждена купить за свой титул, а поскольку у тебя его нет… За деньги, Рузи. И если дело, которое ты задумала с таким размахом и далеко вперед, пойдет, это не станет проблемой. Есть несколько баронов… Ну, вроде нашего отца, который проиграл и прогулял все. Но есть и холостые, - продолжила серьезно, и с какой-то грустью, Оливия.

– Она права, Рузи. Есть пожилые, и молодые, красивые и не очень, но все они бедны настолько, что едва хватает оплачивать дрова и одного слугу. Если правильно оформить брачный договор, после венчания ты его не увидишь в своей комнате, а может, даже и не придется жить в одном доме, - вполне серьезно поддержала Оливию Флора.

Я обещала все обдумать, проводила Мариту и новых своих знакомых, закрыла дверь и прижалась к ней спиной.

– Итак, безвыходных ситуаций не бывает. Пока над тобой не заколотили крышку, и не накидали на нее земли, выход есть, дорогая, - прошептала я себе и улыбнулась. – Ну, значит, будем зарабатывать денег, чтобы приобрести себе не самый худший вариант.

В голове, для того, чтобы поднять настроение, я подумала, что было бы не плохо оформить все в ипотеку, и выплачивать за него ежемесячно. Пока ситуация никак не решилась, но то, что есть лазейки, и одну из них я теперь знаю, очень радовало.

– Работаем, Рузи, работаем, иначе, пока ты тут грустишь, раскупят всех самых знатных и нажористых, - сказала я себе, и направилась в гостиную, где Клара уже уселась за работу.

Я забрала спряденную шерсть у Леовы, перевезла ее в покрасочную, оформила бумаги, и расписала какие цвета мне нужны. Шерсть Леовы пока оставалась в прядильной, и я обещала купить ее, как только мне вернутся деньги. На это ушел почти весь следующий день после ухода Флоры и Оливии.

Дома кипела работа – мы трое не отходили от станков – нам нужен был запас для того, чтобы продать первые пледы сходу.

Мальчишка с письмом прибежал в этот же день вечером. Флора написала, что уже три леди заходили узнать – как Флора связана с этими пледами. Это значило лишь одно – Матильда выполнила ту часть работы, которую мы на нее возложили, хоть она и не знала об этом.

Я боялась лишь одного – нового стука в дверь, и боялась, что за ней окажется не одни отец Марк, а несколько сильных мужчин, которые легко справятся не только с нами, но и с Дирком. Продевая нити между гвоздями, я думала только об одном – лишь бы этот момент оттянулся, если его нельзя избежать, потому что дважды не провернуть того, что уже начато.