Кондитерская дочери попаданки (СИ) - Хайд Хелена

Задумавшись, я осмотрела все украшения, что висели на стенах, даже снимала их и осматривала — нет ли там, с внутренней стороны, каких-нибудь карт, надписей или вроде того. Но увы, так ничего и не нашла. Поэтому принялась осматривать всю мебель, шкафчики, старую печь внутри и снаружи, кровать.

— Хм, а вот это уже интересно, — пробормотала я, обнаружив, что стоящую возле стены ножку подпирает кирпич, на котором как будто было что-то вырезьблено.

Поймав мой взгляд, Грей приподнял кровать, давая мне достать из-под ножки кирпич, и когда поставил обратно — та перекосилась.

— Надо же, — прищурилась я, рассматривая довольно интересные символы.

Символы, которые чем-то отдаленно напоминали те, что я нашла на покрывале, которым было накрыто тело в саркофаге. — Пожалуй, я заберу это домой.

— Хорошо. Тогда я поищу какую-нибудь другую подпорку для кровати, — вздохнул Грей, пропуская меня к выходу.

Вот только я, не успев сделать и шагу, провалилась ногой в треснувшую половицу! И наверняка полетела бы носом в пол, если б не оборотень, который подхватил меня. Только вот сам тут же потерял равновесие и свалился на пол. Продолжая, конечно же, держать меня в своих объятиях! Благо хоть успел в последний момент выставить руки, так что не упал на меня всей своей массой.

Только. навис надо мной, щекоча мои щеки кончиками своих пепельных волос.

А в следующий миг я не успела даже выдохнуть. Потому что его губы молниеносно захватили мои!

Остолбенев, я широко распахнула веки, и смотрела на лицо мужчины с закрытыми глазами, который страстно целовал меня. Движение за движением, его губы порхали на моих. Терпкие, немного шероховатые, и на удивление сладкие губы.

Губы, которым я, сама того не осознавая, начала отвечать.

Тяжело дыша, я обвила его шею руками и тихонько застонала, ощущая, как крепкое тело прижалось к моему, впечатывая меня в пол. Пальцы сами по себе нырнули в его волосы, пропуская жесткие пряди. Словно оказавшись в сердце урагана, я смутно, краем помутненного сознания понимала, что просто не способна остановиться…

Грохот.

Резкий, громогласный, и до безумия пугающий! Он раздался где-то снаружи, совсем невдалеке.

Вздрогнув, мы вскочили на ноги, и я испугалась настолько, что даже не сразу залилась краской. Вот только, конечно же, моментально отвела взгляд, боясь встретиться с глазами вервольфа.

Звук повторился.

— Оставайся здесь, — приказал Грей, и осмотревшись с порога, вышел на улицу.

Дрожа крупной дрожью (то ли от страха, то ли от запоздалого осознания только что случившегося поцелуя), я отошла на несколько шагов назад, вглубь хижины. Мужчина же напротив, внимательно поглядывая по сторонам, сделал несколько шагов вперед, пытаясь рассмотреть что-нибудь в ночной тьме своими глазами оборотня.

Все случилось стремительно и до крика ужасающе. В мгновение ока нечто, проскочив мимо Грея, заскочило в дом, и тут же тяжелая дубовая дверь захлопнулась, засов закрылся сам! Ну а то, что забежало внутрь, бросилось на меня, и я. в ужасе узнала в ЭТОМ Вильяма Варслора! Да-да, того самого теперь уже мужа моей сестрицы!

— Где ключи, дрянь?! — зарычал он, и подскочив ко мне, разом повалил на пол, прижимая мои запястья к старым половицам. Тут же в дверь послышался стук, с которым Грей очевидно пытался ее выбить, вот только она все никак не поддавалась. — Я знаю, что ты уже добралась до них! Знаю, что они уже начали пробуждаться из-за твоей крови! Говори, где ты их прячешь! НЕМЕДЛЕННО!

Что? Опять. опять эти ключи?

Так неужели. неужели тем, кто подослал ко мне того взломщика, был Вильям?

Но что. что с ним стало? Почему он ведет себя так безумно? Да что там, очевидно же, что он просто не в себе! Эта ярость, этот гнев.

— ОТВЕЧАЙ, ГДЕ КЛЮЧИ! У МЕНЯ УЖЕ НЕТ ВРЕМЕНИ ВОЗИТЬСЯ С ТОБОЙ, ТВАРЬ! ОН НЕ ХОЧЕТ БОЛЬШЕ ЖДАТЬ! — завизжал Вильям. И в этот момент его глаза на миг вспыхнули ярким желтым светом!

Точь-в-точь, как в ту ночь у барона Форстера.

Всего за несколько часов до того, как он сошел с ума в своем ветхом поместье, а через сутки повесился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да что же здесь, черт возьми, происходит?

— ГОВОРИ! Даже не сомневайся, что я развяжу твой грязный язык, — неистово заорал Вильям… и начал пытаться расстегнуть мои брюки! Благо стянуть с меня штаны, застегнутые на все замки и ремни, было куда более сложной задачей, чем задрать подол какой-нибудь юбки, и уж тем более — старого банного халата. Так что за время его попыток я успела лишь впасть в панику, прежде чем засов, наконец, с громким треском сломался. И Грей, влетев в распахнувшуюся дверь, схватил нападавшего за шкирку, а затем отбросил в сторону, сопроводив свой бросок ударом кулаком по роже!

Вот только Вильям, похоже, не собирался сходиться с ним в бою один на один. Вместо этого он, все с той же поражающей ловкостью, прошмыгнул мимо и выбежал в открытую дверь!

— Не дай ему уйти! — закричала я, вскакивая на ноги (и на ходу поправляя штаны).

Кивнув, оборотень выбежал из хижины в ночь. А я, естественно, следом за ним. Схватила с подоконника лампу, чтобы самой хоть что-то видеть в ночном лесу.

И как раз успела увидеть момент, в который голову Вильяма пронзила стрела!

Оцепенев, я замерла, глядя округлившимися глазами на тело, падающее на влажную землю.

А затем заметила Матильду, вышедшую к нам наперевес с луком и висевшим за плечом колчаном стрел.

— Похоже, я вовремя, — вздохнула сестрица.

И подойдя к телу своего покойного молодого мужа, смачно на него плюнула!

— Да что здесь происходит, вашу ж мать?! — отчаянно закричала я, чуть в истерике не швырнув на землю лампу.

— Сама до конца не понимаю, — фыркнула Матильда. — Но. после того, что эта тварь сделала со мной в первую брачную ночь, я однозначно не буду убитой горем безутешной вдовой.

От ее слов я, вздрогнув, оцепенела, и лишь неподвижно стояла на месте, когда сестра подошла ко мне.

— Он начал странно себя вести в утро нашей свадьбы, — вздохнула она, прислонившись к дереву рядом со мной. И теперь, когда Матильда была так близко, я заметила, что сестра мелко дрожит, словно в ознобе. — Как будто. это уже был вообще другой человек. Не подумай, я прекрасно видела, какой Вильям скользкий тип. Однако то, каким он стал в тот день. Совсем другие повадки, другая жестикуляция, мимика, взгляд. Когда же я вчера пробралась в его кабинет, чтобы просмотреть его бумаги, то обнаружила, что последние записи сделаны совершенно другим почерком. Поэтому сегодня ночью я решила проследить за ним, когда он куда-то собрался, никому ничего не говоря. Один, без охраны. Ну и предвидя какую-нибудь дрянь, я, конечно же, прихватила с собой оружие. Так, на всякий случай. Как оказалось, не зря.

— Вот же дерьмо, — прорычал Грей, глядя то на Матильду, то на труп ее мужа, из головы которого продолжала торчать стрела.

— Да, однозначно, теперь могут быть проблемы, — вздохнула сестрица. — Его будут искать.

— В том числе, подозреваю, и генерал Лайсонс, который уже вот-вот прибудет в город, — подметил оборотень.

— Предлагаю утопить тело в болоте, — подумав немного, заявила Матильда. — Нет трупа — нет проблем… ну, разве что, немножко. А в этих болотах его точно не найдут при всем желании. Особенно если привяжем к нему парочку камней потяжелее.

Признаюсь, за всю жизнь, а особенно за прожитые в замке отца годы, я ни разу даже подумать не могла, будто мы с Матильдой будем когда-нибудь что-нибудь делать вместе. И уж тем более — что этим «что-нибудь» будет утопление в болоте тела ее новоиспеченного супруга! Какие, оказывается, неожиданные занятия могут сплотить семью!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Отыскав два увесистых камня, и нарыв в вещах, лежавших в домике, веревку и простыню, мы принялись за дело. Для начала обломали стрелу, чтоб не торчала. Затем привязали к ногам и шее трупа по камню. Затем замотали все это дело в простынь, которую сверху примотали веревкой, делая своеобразное подобие кокона бабочки. И когда с подготовкой было покончено — оттащил тело подальше от домика Грея, нашли многообещающее болото, прощупывание дна которого палкой показало, что оно явно глубокое. Так что мы, тяжко вздохнув, бросили в него наш сверток, и следующую минуту наблюдали, как его затягивает трясина.